Проза

При словах «родные места» Егор внимательно поглядел на брата, но тот провожал желтым глазом выбежавшую в сенцы за какой-то надобностью Ольгу. — Ладная у тебя бабенка, — сказал он. — Здешняя? — Нет. С войны привез. — И Егор начал зачем-то рассказывать: — Взяли мы одну деревушку — трубы да стены кое-где…

Список сокращений Адамович-1, 2 — Адамович Г. Литературные беседы. СПб., 1998. Кн.1. I «Звено» 1923–1926; Кн.2. «Звено» 1926–1928 (Адамович Г. Собрание сочинений). Зв. — Звено (газета и журнал; Париж, 1923–1928) Зеленая лампа — Пахмусс Т., Королева Н.В. «Зеленая лампа» Литературная энциклопедия…

— Парижъ, братецъ ты мой, — усмхнулся одинъ изъ моихъ друзей, кивая на стнку, отдлявшую насъ отъ бабьяго разгула. — Чего тамъ Парижъ! — подхватилъ другой. Просто Вальнургіева ночь какая-то. Броккенъ. E tr"agt der Be en, tr"agt der Stock die Gabel tr"agt, e tr"agt der Bock… — Хоть бы повидать эгихъ…

— Платье у васъ приличное есть? — Вотъ — только, что на мн. — Такъ васъ — прежде, чмъ въ домъ взять, еще одть придется! Такъ ходить нельзя: у насъ порядочные люди бываютъ, да и дти смяться станутъ, скажутъ — нищая… Нтъ, прощайте: тратиться на туалетъ бонны совсмъ не входитъ въ мои расчеты. — Вычтите…

Взволнованности — потому что мы все-таки выжили, вопреки насилию и произволу. Некоторые из нас пали жертвами репрессий. Другие исчезли в пространстве и во времени. Мы выстояли, несмотря ни на что. Мы живем и не потеряли способности к борьбе. Многие изменились — изменили взгляды, изменили жизнь… Жизнь…

Першым з Каганцовага роду дайшло да нас iмя Івана Кастравіцкага, праваслаўнага шляхціча, скарбніка Мсціслаўскага княства (XV ст.), які за добрую службу атрымаў вёску Кастравіцы на Гарадзеншчыне. (Яшчэ даўней гэты род меў прозвішча Бакуновічаў, баяр Мсціслаўскіх.) У XVI ст. унук Івана — Сцяпан Кастравіцкі…

— Бадай, з каралеўскай кароны Вітаўта. Гэты сюжэт добра вядомы, і таму паўторым яго адно ў некалькіх словах. Калі карону з усімі належнымі граматамі везлі праз Польшчу, яна там знікла. Пасюль ніхто не ведае імёнаў злодзеяў. Але, як кажуць, факт застаецца фактам: карону скралі… Вячаслаў Ракіцкі: …

«Давай писать набело impromptu, без самолюбия, и посмотрим, что выльется. Писать так скоро, как говоришь, без претензий; как мало авторов пишут, ибо самолюбие всегда за полу дергает и на место первого слова заставляет ставить другое». К. Батюшков. «Чужое: мое сокровище!» Мая 3-го 1817 Земля…

— Я, мама, возле окна посижу, спать не хочется, — попросил Вася. Хорошо было смотреть в темноту и вспоминать бабушкины сказки о героях, волшебниках, неведомых зверях и птицах. И вот уж Васе кажется, что рассеивается ночная мгла, а на фоне алого рассвета громоздятся чёрные стены и башни замка.…

– Я менеджер. В агентстве. – Надо же какое совпадение. Я тоже менеджер. В агентстве. А вы в каком? – В рекламном. – А я в недвижимости. Марине разговор уже надоел и хотелось спросить сразу: чего надо? «Самому надоест», – решила она. Сидела и молча тыкала кнопки радио. – А вы как проводите свободное…

Соседей в саду пока не было. Песочница маленького Шульца выглядела так же, как и накануне вечером: лабиринт улиц, проходивших сквозь туннели и горы, а на них подаренные мною старинные игрушечные машинки – целая коробка из-под обуви. Себе я оставил только маленький олдтаймер, мерседес «Зильберпфайль».…

А внизу, в прозрачной осенней дымке, нависшей над широкой приневской равниной, лежал Петроград. Весь будто на ладошке, такой, казалось бы, близкий и доступный. С закопченными трубами бесчисленных заводов, с жалкими деревянными домишками рабочих окраин, с барственным великолепием дворцов, гранитных набережных…

Но нажму, и что останется? Неживая полутьма, тишина, рождающая мысли, от которых становится жутко. Пусть лучше это… Давлю в пепельнице докуренную до фильтра сигарету, поднимаюсь. Довольно тепло. Значит, на улице без ветра – при ветре, как бы ни грели батареи, в квартире зябко. Правда, рамы я не заклеиваю…

Смирнин явился во время затишья. Он прошел к окну и занял столик, спросив официанта: – Ну, что у вас к обеду? Однако меню не соблазнило его: как назло, было два блюда, которых он не любил, – солонина и курица. – Ну, это все не то, – сказал он официанту, – закажи-ка мне лучше порцию холодной лососины…

Едкая сатира греческого писателя, в которой читатель наверняка уловит интонации, сходные с язвительными интонациями Д. Свифта и А. Франса, имеет глубокие национальные корни. К. Варналис прежде всего опирается на традиции народной «смеховой» культуры, восходящей к древним празднествам Диониса. Нетрудно…

Об этом раннем своем «писательстве» под псевдонимом «И. Ночин» (дочь генерала считает, что в нем «ночь» противопоставлялась «дню», — якобы звучащему в фамилии Дени кин {5} ; по другой версии, «для большинства офицеров [сослуживцев], знавших, почему на казенной квартире Деникина ночь напролет горит…

Даже когда они отъехали на порядочное расстояние, Борте все еще не могла прийти в себя. Рано утром, небо еще только-только начало желтеть — совсем недавно — служанка, Хоахчин, разбудила всю семью: Темучжина, Борте, Оэлун (мать Темучжина), других ее детей. Служанка услышала, что кто-то едет. Ничего хорошего…

— Ты тут, дедушка? — Тут я, родненькая, тут. — Собака перепрыгнула через ограду, дедушка! — Вот как? — старик перелистывает блокнот. — Остается только коз сюда пригнать, тогда уже будет полный порядок… в новом парке. Нахмурившись, он продолжает в том же духе, а вопросы девочки нанизываются, словно…

— Горло болит, — захныкала Флора, пытаясь вдохнуть, когда Минна звонила в дверь доктора. — Врач тебя вылечит, — ответила она с уверенностью, которой на самом деле не ощущала. — Ты из домочадцев баронессы, очень важная персона. В дверном проеме появился пожилой господин, утиравший усы льняной салфеткой.…

В памятный день предательства Мануэля судья Миллер уехал на собрание общества виноделов, а мальчики были заняты устройством спортивного клуба, поэтому никто не видел, как Мануэль и Бэк прошли через сад, отправляясь (так думал Бэк) на обыкновенную прогулку. И только один-единственный человек видел, как…