Проза

Выходные прошли как миг. Вечером я сидела и готовилась к урокам. Надо же, одиннадцать лет в школе училась, пять лет в университете и теперь еще готовить домашнее задание надо. Но самое печальное, что у меня все классы были разными. А значит, на каждый урок нужно подготовить разные конспекты. Даже когда…

ТЁТЬЛЮСЯ Ша-ах! Сколько раз говорить?! – для вас дворовый сортир! Вот я твоим родителям это вышлю! Они тебе устроят Газават! Тарахтит на холостом ходу трактор. Евгений и Владимир в двух шагах от нирваны, наслаждаются «тишиной». Владимир протягивает руку за флягой. Евгений отпивает сам. Передаёт.…

Вынырнул, сделал несколько гребков. И сразу же уверенность в себе сменила тревога. Шторм оказался совсем не таким, как тогда на Чёрном море, когда он ещё старшим лейтенантом лихачил перед девушками. Там волны, хотя и внушительные, бросали верх - вниз. От этой крутой синусоиды захватывало дух. Качели!…

Таковы условия сделки. Я записала их, чтобы не забыть. — Давай попробуем иначе, — сказал мне Гауптштурмфюрер. — Чего ты хочешь? И я попросила вернуть мне одежду. Сейчас это кажется жалким. Уверена, он ждал чего-то вызывающего в ответ: «Освободите меня», или «Мы победим», или благородного — «Прекратите…

В соприкосновении с природой, ее чистотой и неподкупностью, в столкновениях с преградами, опасностями, неизбежными на таежных тропах и дорогах, на нелегком, часто изнурительном промысле обнажаются характеры, проверяется личность, явным становится истинное и ложное в людях. Сколь бы искусно и долго ни…

Никто не внял, что час отмерен Грехами минувших времен, Воздастся каждому по вере И канет в вечность Вавилон. На месте строгих зиккуратов Пески барханы водрузят, Где бушевала жизнь когда-то Лишь смерть да тленье воцарят; Падут дворцов державных своды, Руины время погребет,.. И лишь…

– А ты – не как все! Главное – не как все! – внушала мама. – Кто там что говорит? А мы на них – ноль внимания, фунт презрения! Весной огромное пространство между домами, гаражами, сараями и кочегаркой заливает талая вода пополам со снежным крошевом. В центре этой безбрежной лужи с дном изо льда одиноко…

Для Зои Межировой событием является то, что на поверхностный взгляд, до этого ранга не дотягивает . Но художник заново выстраивает иерархический ряд, и желание Акакия Акакиевича приобрести новую шинель в плане эстетическом не менее значимо, чем желание Гамлета отомстить за поруганную честь матери и…

Николай поднялся, огладил ладонями лицо, чтобы снять тень усталости, и услышал, что в прихожую вышла Оксана и что оттуда уже слышен разговор. В комнату первой вошла жена, затем незнакомая девушка, потом – сын. – Познакомься, папа, это Аксинья. – Николай Васильевич, – кивнул хозяин. – Да вы проходите,…

Она была всегда. Я никогда не вспомню, где и когда я познакомился с ней. Возможно, она пришла ко мне из сказки, а, может быть, я сам придумал ее. Плод моего воображения, который стал частью меня самого. Я видел ее в своих снах, я много думал о ней и она, вот так просто, однажды ворвалась в мою жизнь…

Она опять проспала. В последнее время это случалось все чаще. С неимоверным, почти героическим усилием, Блондинко оторвала голову от подушки. Окончательно осознала размер проблемы, взгляну на часы. Это была ошибка. Она вылезла из-под одеяла и одела шорты. Нет, чтобы послать все лесом и спать себе дальше.…

Они выпили ещё по одной, немного успокоились, помирились, и ушёл неудачливый проповедник из дома весёлой вдовы с тем, чтобы больше никогда сюда не возвращаться. Трудно, почти невозможно изменить привычки сложившейся взрослой женщины. Особенно если она в принципе не желает меняться... Несмотря на…

– Странная история. Начнём с того, что номенклатура в ДТП просто так не погибает. А если и погибает, значит, кому-то это очень надо. История с баксами выглядит правдоподобно. Но кто эту сугубо закрытую информацию слил уголовникам? И как эти уголовники проникли в охраняемый дом? И почему их так быстро…

– Без палки никак? – сказал я. Мы уже почти приговорили бутылку коньяка. – О чём ты, – отмахнулся Каминский. – На нынешнем историческом этапе никак. Ты посмотри, что в мире творится: диктатор на диктаторе сидит и диктатором погоняет, хоть в Англии премьер-министром называется, а в Америке президентом.…

Оживление начинается после семи часов вечера, когда все начинают возвращаться с работы. Массу людей на улице, в магазинах и заведениях можно увидеть только поздним вечером. Днём пустынно и практически безлюдно. Зато, когда стемнеет, такое оживление кругом! Мы сидели в этот первый вечер в кафе также…

Отец рассказывал мне об игроках вроде Альфредо Ди Стефано, который всё знал о том, как нужно использовать свободное пространство поля, а также о Фасе Вилкесе, феноменальном дриблёре, блестяще обращавшемся с мячом. Он начинал движение из центра поля и по пути обыгрывал четверых-пятерых соперников. Что-то…

Мужчина некоторое время молчал, но не настолько долго, как бы этого хотелось женщине. – Нила! А давайте сегодня выпьем? Вместе. Ведь правда же! – неожиданно предложил он. – Правда – что? – невозмутимо отвечала женщина, поддерживая мозг ладонью левой руки, после рассечения мозжечкового намета во избежание…

С утра до вечера я повторяла себе, что чудовищ не существует, это только мои фантазии, и стоит мне захотеть, как преследователь исчезнет, рассыплется в пепел, лопнет, как воздушный шарик. Так мне говорила мама. Набравшись храбрости, я нарочно оставалась дома одна. Но проходило пять, десять, пятнадцать…

 Ведь сколько же можно, что мы, маленькие что ли? Эдак можно и до скорбящих маньчжурских журавлей дожить, и до рыдающих медведей, а то – и до собственных степных волков с зайцами, встающих во фрунт при виде отечественных вождей и отдающих дрожащими лапками заслуженную честь.  Разом объединились и организовали…

Угла без "стыка" не бывает. Значит так, если Вы затеяли склонение-спряжение с целью, что это я, а не Вы наметили 7 декабря, то оставайтесь там, откуда пришли и считайте, что я погорячился в начале предыдущего, беру свои слова обратно. Что Вы мне всё тычете каких-то баб? Чтоб Вы все попроваливались…