Проза

Она отлепляет прядь со лба, перекидывает все волосы на одну сторону и стоит довольная, оглаживая их: здорово отросли. Он слышит ее шаги у себя над головой. Цокот туфель по полу. Вибеке неизменно ходит по дому в туфлях. Летних, на низком каблуке. Он достает спички. Чиркает одной о коробок и ждет, не…

простое. В разные сроки времени господином Пушкиным взято у меня под залог турецких шалей, жемчугу и серебра двенадцать с половиной тысяч ассигнациями. Гончарова. Я знаю... Шишкин. Двенадцать с половиной, как одна копеечка. Гончарова. А вы не могли бы еще потерпеть? Шишкин. С превеликим бы одолжением…

— Пошевеливайтесь, белоручки! Быстро все наверх, офицерские да сенаторские дочки! Сейчас расстреливать будем! Всех вас на тот свет! Загнали на чердак и заперли. Где было начальство, где классные дамы — никто не знал. Елочка твердо помнила, что с ними в этот час никого не было. Институтки рыдали; одни…

Капитан начал развивать изумительные перспективы,- новый способ рожать приведет к неслыханному изобилию, женщины будут рожать каждый год, республика завоюет весь мир. - Матери поставят вам памятник на вашей родине в Мариуполе,- сказал Берг.- Вашим именем будут называть детей. Вы будете богом женского…

Г-н Назарие явно оседлал своего любимого конька. С воодушевлением, но не без некоторой грусти живописал он те стародавние пиры, которые позже так гротескно копировали варвары. — ...что же вы хотите, на всем нижнем Дунае, особенно здесь, к северу от Джурджу, в пятом веке до Рождества Христова была развитая…

Печаль и радость с нами разделите. ДЕЙСТВИЕ I СЦЕНА I Входят Кротолон и Оргил. Кротолон Зачем темнить? Иль повод есть, чтоб так В дорогу торопиться? Оргил Повод, сударь? Их много. Кротолон Назови хотя б один, Не то не отпущу тебя в Афины. И почему Афины? Хочешь мир Переустроить?…

И все равно я ищу человека, который меня не поймет, и я его не пойму, потому что мне до жути необходимо братство. * * * В первые у меня были галлюцинации в возрасте шестнадцати лет. Я вдруг увидел себя среди ревущих волн реальности, и реальность наступала на меня со всех сторон. Я был очень молод,…

- Ну что вы говорите, старая! - вскричала Джачинта. - Чтоб я опять показалась в этих жалких обносках? Нет! Красивое испанское платье, тесно облегающее фигуру и ниспадающее богатыми, пышными складками, широкие рукава с прорезями, сквозь которые виднеются дорогие кружева в буфах, шляпка с задорно развевающимися…

Пассажир встал и, оглядывая ящик, отозвался: - Грамотный. - А сидишь где нельзя! - Не видать надпись-то. - И жарко тут; из машины масляный дух. Ты откуда? - Кашинской. - Давно из дома? - Третья неделя. - Дожди у вас были? - Не-е. Какие тут дожди! - А отчего сапоги у тебя…

Как будто дразня и весело насмехаясь, извозчики вокруг наперерыв предлагали свои услуги. Соблазн был велик, но мы, мирные обыватели, потихоньку шли вперед, наслаждаясь солнцем, теплом и бодростью собственного, отдохнувшего за ночь тела. У бульвара, сбегавшего по наклонной плоскости вниз широкой, кудрявой…

В брюках у продюсера первая уже нашла некое неоднозначно безвольное, но внутренне жаждущее активизации образование. Прикасания к структуре подавленной, но оживающей, глажение ее неопределенной поверхности, проба вкуса ее непрерывной невостребованности чаровали другую. Она пела ласковые партии ангелообразной…

-- Первый дом, первая ночь, а?! Пусть соседи видят, да, Линь?! -- не унимался Кинолог. Майский хамсин оплавлял и чувство юмора, и чувство стиля, да и реакции становились вялыми и необязательными. Веселились только сам Кинолог и Фортуна моя, убогая и прибабахнутая... А всего полгода назад, в середине…

- Ха-ха-ха-ха! - подхватывает Мамедгусейн. - Это верно, есть такие, это ты точно заметил, - говорит он, а сам думает: "Вот ты и есть такой, которого надо было вперед ногами вынести..." - А на здоровье я не жалуюсь, слава богу, тьфу-тьфу от дурного глаза... Да и ты смотришься бодрячком, клянусь…

Мой старый товарищ, известный наш телеведущий Владимир Познер когда-то, в первые свои послестуденческие годы, работал литературным секретарем у замечательного российского поэта и переводчика Самуила Яковлевича Маршака. - Самуил Яковлевич! А что ж нынче все стихи-то такие плохие пишут? спросил он как-то…

Ч. П. Сноу. Лондон, август 1960 года. ЧАСТЬ 1 СЫН И МАТЬ Глава 1 ЧАСЫ ПРОБИЛИ Над водой плясала мошкара. Вокруг нас плотной стеной стоял камыш, напротив круто вздымался обрывистый берег реки; послеполуденный воздух был томительно зноен и неподвижен, и нам казалось, что вокруг…

Миссис Крэб, миссис Джеймс Ганн, миссис Лолли, майорша, миссис Пифлер и прочие присутствующие дамы - все тут же пустили слезы; и Джеймс Ганн, добрый и мягкосердечный человек, совсем опешил. Наспех поцеловав жену, он принес торжественную клятву, что будет печься о малютках, и попробовал поцеловать их…

Теряла? А вообще, такая дама способна кого-нибудь любить? Скажи ему кто неделю назад, что он задастся этим вопросом, Кирилл рассмеялся бы и не поверил. Современная леди, застегнутая на все пуговицы. Холодная и высокомерная. Такой она представлялась ему до сих пор. А сегодня он впервые поколебался в…

Я не успела подумать о странности формулировки приказа, как он снова скомандовал: — Рэй! А лугар! Сьентате! [1] . Или что-то в этом роде, то есть не по-русски. Ризеншнауцер затормозил и сел. Он продолжал рычать и показывал мне зубы, приподняв верхнюю губу. Батюшки! Что это были за зубы! Они бы…

Осенью 1906 г. поступаю в интернат московской гимназии Фон-Дервиз. Пишу Революционные стихи. После интерната Фон-Дервиз – интернат Алферовской гимназии, после которого VI и VII класс в гимназии Брюхоненко (приходящей). Лета – за границей, в Париже и в Дрездене. Дружба с поэтом Эллисом и филологом Нилендером.…

— А мальчонка, пока не подрос, не вредный. — Ну, барин — он барин и есть! — Ты, поговори! — буркнул солдатский дядька. В отблеске костра показалась высокая тень дежурного офицера. Разговор замолк. Скоро солдат Федор Зуев был переведен в гвардейский Семеновский полк. Гвардейцев донимали парады, дворцовая…