Чтение онлайн

Я медленно киваю: миссис Ка подтверждает то, о чем я уже догадывался.

– Я, конечно, хотела ей помочь, но не знала как. Она сказала, что не сдастся, пока не докопается до правды.

Миссис Ка смахивает слезу, и я касаюсь ладонью ее руки.

– Мне только удалось добиться от нее такого же обещания, которое я сейчас прошу дать тебя.

Она пристально смотрит на меня.

– Всегда соблюдать осторожность!

Прощаясь, я обнимаю миссис Кранфилд и даю ей это обещание.

Свернув с нашей дороги и остановившись перед временным светофором на Нижней улице, мистер Ка поворачивается ко мне.

– Они уже два месяца копают эти дренажные канавы. Уверен: во времена Виктории это делалось быстрее.

Я улыбаюсь.

– Так неловко, что вам пришлось ехать, – говорю я. – Я бы спокойно дошел пешком.

– Не проблема, – откликается он. – До нашего ужина еще полчаса, и мы не хотели, чтоб ты опоздал на праздник.

– Вообще-то я иду только ради Холли, – объясняю я. – И вряд ли задержусь там надолго.

Мы трогаемся с места, но не успеваем доехать до перекрестка, как снова загорается красный.

– А вы знали? – спрашиваю я, глядя на подсвеченное светофором лицо мистера Кранфилда.

– Узнал только после маминой смерти. Мы с миссис Ка тогда посоветовались и решили оставить все как есть. Не потому, что хотели от тебя что-то скрыть, а просто… чтоб ты мог спокойно жить своей жизнью.

Я не сержусь на него. И спрашиваю:

– Если моя мама была уверена, что ребенок и вправду родился и это пробуждало в ней надежду… тогда почему?..

– Почему она себя убила? – мистер Ка внимательно смотрит на меня. – Не знаю, Бен. Я никогда не мог этого понять.

– А стала бы она рисковать ради ребенка Абигейл Лангдон?

– Если у нее был шанс найти некую связь с Ником, думаю, да, стала бы. Родительская любовь – непреодолимая сила. Она никогда не слабеет.

– Если ребенок и родился, мне трудно поверить, что его отцом был Ник. Нет никаких свидетельств его отношений с Лангдон. Я разговаривал с Элизабет Вокс. Она так же думает и про Саймона.

Мы трогаемся с места и едем мимо рощи в Сент-Марнем. Остановив машину возле городского пруда, мистер Ка опять поворачивается ко мне.

– Никто из нас не может знать наверняка, был ли это ребенок Ника и был ли он вообще. Но бьюсь об заклад, тут кроется кое-что еще.

– О чем это вы?

– Мы переехали в Хадли примерно через год после суда. Я каждый день видел, как Питер Вокс проходит по одному и тому же маршруту: по берегу реки и через рощу. Он был несчастен. Такой жалкий! К тому времени он фактически стал бродягой, и я иногда, когда мог, подкидывал ему пару фунтов. Тяжело видеть человека в таком состоянии, особенно зная, сколько он пережил. Порой я сидел с ним на берегу, угощал его пинтой пива. Он был полностью сломлен.

– Я помню.

– Потеря ребенка – страшное несчастье, но там было не только это: он чувствовал вину. Сожалел о том, что не сделал то, что мог, и это его изводило. При каждой встрече со мной он снова и снова возвращался к этому. Если бы он только принял меры, если бы!..

Я думаю о своем завтраке с миссис Вокс и о смутной тревоге, испытанной ею в день финала по регби.

– Он что же, слышал истории о Лангдон и Фэрчайлд еще до убийства? – спрашиваю я.

– Незадолго до того как он окончательно пропал, я увидел его на скамейке на набережной. Купил ему пинту пива. И он снова заговорил о том, как сожалеет, что вовремя не вмешался.

– А что же, он считал, ему нужно было сделать? – спрашиваю я, пытаясь вглядеться в отрывочные воспоминания мистера Ка.

– В тот последний летний семестр в школу позвонили. Он отмахнулся от сообщения, посчитав его обычной сплетней, но задним числом очень из-за этого переживал. Говорил, что постоянно вспоминает тот звонок.

– Что ему сказали?

– Не знаю. Больше я его не видел.

Мистер Ка смотрит на ярко освещенный сад Ричардсонов на той стороне пруда.

– Честно говоря, я очень жалею, что мало помогал ему.

На этот раз наступает мой черед положить руку на плечо мистеру Ка. Я выхожу из машины и огибаю пруд. Подходя к подъездной дорожке сияющего дома Ричардсонов, я оборачиваюсь и вижу, как мистер Кранфилд неторопливо шагает к местному пабу.

Вгостиной Ричардсонов меня сразу же окликает Джейк, который приглашает присоединиться к небольшой группе его друзей.

– Бокал шампанского этому парню, – говорит он, отправляя ко мне официанта.

Я беру с подноса наполовину наполненный бокал, а Джейк ставит пустой и берет новый.

– Принесите нам лучше сразу бутылку, – говорит он, отсылая официанта обратно в бар. – Ты же знаешь наших соседей Мартина и Дункана? Их дети ходят в садик вместе с Алисой.

Обменявшись приветственными кивками с его друзьями, я начинаю осматриваться в поисках приятеля, который мог бы меня вызволить.

– Тут такое было! Подыхая от скуки, выпиваю я вторую пинту пива, доедаю пирог со свининой и еду через этот сонный городишко – Сент-Марнем против него просто мегаполис.

Мартин и Дункан смеются в положенных местах – я понимаю, что пришел в разгар пьяных излияний Джейка о прошедшей рабочей неделе.

– Два дня я там надрывался, набивая карманы этих говнюков, которым мой собственный папаша продал мою компанию, – компанию, которую я создал. Короче, я был выжат как лимон, вот и решил кайфануть после обеда. Дай, думаю, посплю под деревом. Только задремал – слышу стук в стекло моей «ауди». Приоткрываю один глаз и вижу, как этот отставной придурок заглядывает в окно. Сначала я подумал, что меня мучит кошмар и что это мой папаша… ну вы поняли, как тот выглядел. Я игнорирую его и закрываю глаза, но он опять начинает барабанить. Открываю окно. Он представляется майором Эдвардсом – не переношу отставников, которые продолжают козырять своими званиями, – и спрашивает, не мог бы я отъехать чуть в сторонку. «У нас свободная страна, черт побери!» – отвечаю я, и он, конечно, не упускает случая сообщить, что проливал за эту свободу кровь. А потом говорит, что мое присутствие нервирует «местных дам». «Ну надо же!» – говорю я, выпрямляюсь на сиденье и прошу его объясниться. Когда я собираюсь открыть дверцу, он отступает на шаг, но продолжает бубнить о взволнованных дамах. Я спрашиваю зануду, точно ли он говорил хоть с какой-нибудь дамой, но прежде чем он успевает ответить, я делаю вид, что сейчас выскочу из машины. Он пятится, спотыкается и падает спиной в грязь. Я не мог удержаться, чтобы не заснять его.

Джейк достает телефон, одновременно забирая у официанта бутылку шампанского. Он наполняет свой бокал и доливает бокалы Мартина и Дункана. Тут кто-то трогает меня за локоть. Обернувшись, я вижу Уилла Андруза.

– Помощь нужна? – спрашивает он тихо.

– Тебя просто бог послал, – отвечаю я и отхожу с ним, извинившись перед Джейком и его друзьями.

Пока мы идем по гостиной, я слышу, как Джейк продолжает издеваться над краснолицым майором Эдвардсом.

– Прости, что наш вчерашний разговор был таким коротким. Ты пришел не в самое подходящее время, – говорит Уилл.