Чтение онлайн

Лена стояла у кофеварки, ловко придерживая плечом телефон у уха. Она его не заметила.

Он хотел кашлянуть, чтобы не подкрадываться исподтишка, но в последний момент передумал, ведь Лена внезапно заговорила:

— Ой, наконец ты ответила, — голос Лены был мягким, заботливым, — как ты?

Пауза. Затем голос стал заметно мягче, извиняющимся:

— Слушай, прости, что напоминаю, но… ты мне фотки забыла скинуть. Анют, ну я наконец… да, скинь, пожалуйста, сейчас. Ну, парочку хотя бы… ага… да, давай, целую.

Лена повернулась, и вздрогнула, увидев его.

— Прости. Я подслушал, — сказал Марсель тихо, почти извиняясь, хотя понимал, что не должен.

— Нормально, — коротко кивнула она. — Садись. Сейчас, кофе сварится — и приду.

Марсель молча кивнул и прошёл в столовую, привычно задевая плечом дверной косяк.

Спустя пятнадцать минут они сидели за столом. Марсель пил крепкий чёрный кофе, Лена рассказывала.

Она начала с того, как сбила какого-то парня у входа в башню. Рассказывала всё — почти хронологически — начиная с момента, как они расстались в больнице. Где-то по пути всплыла история о новой посуде для духовки. Потом — рассказ о том, как она не могла выбрать, что заказать на обед.

Марсель кивал. Иногда переспрашивал. Он понимал, что Лена не просто болтает — она выговаривается. Выплёскивает то, что носила в себе всё это время.

Сначала он не понимал, зачем ему слушать про сковородки, когда в теплице его ждали настоящие дела. Но теперь он чувствовал — она ждала чего-то. Всё это — не просто болтовня. Это задержка дыхания.

Она то и дело поглядывала на телефон, который лежал между ними экраном вверх.

Когда она дошла до момента, как выбирала, что заказать на обед, Марсель уже не выдержал. Собирался спросить, но…

Телефон завибрировал. Раз, другой. Третий. Несколько уведомлений подряд.

— Наконец-то, — выдохнула Лена. Она тут же открыла экран и, не говоря ни слова, начала печатать что-то в ответ.

Марсель сдержал комментарий. Просто наблюдал.

Через несколько секунд Лена развернула телефон и молча протянула его брату. Говорила спокойно, но в голосе звенело:

— В той башне я столкнулась с ним. Это Олег.

Марсель едва не уронил телефон, принимая его из рук сестры, поражённый тем, как она резко перешла к сути, и уставился на экран.

— Охренеть… это… — он вглядывался в лицо на фотографии. — Это как?

Лена не отвечала. Смотрела куда-то мимо, в сторону окна. Плечи ссутулились.

— Подожди, он… — Марсель начал листать. Четыре снимка. На трёх — рядом с Олегом какая-то девушка. — Подожди… это мой брат, что ли?

— Марс, — сказала Лена тихо, не поворачивая головы. — У вас даже родинка одинаковая. Под ухом. Я проверила.

Он замер.

— Так ты… почему ты сразу не ска…

— Потому что ты вёл себя как мудак! — резко выкрикнула Лена, и сама же вздрогнула от громкости. Её лицо моментально изменилось и тут же обратно.

Злилась она на него изрядно.

— …прости, — сказала она уже тише. — Потому что ты не хотел разговаривать.

Марсель опустил взгляд. Всё справедливо. Он не думал, что она всё это время носила это одна. Он даже не дал ей возможности рассказать. Он не дал себе возможности услышать.

— Признаю. Мудак. — Он поднял взгляд. — Рассказывай. Ты ему показала меня?

— Показала… — ответила она едва слышно. И отвернулась окончательно.

Марсель заметил, как дрогнуло её лицо. Её всегда выдавали глаза. И слёзы, которые она никогда не позволяла упасть на людях.

— Что случилось? Он плохо отреагировал? — кулак сжался — Он…

— Он погиб, Марс. В тот самый вечер. И я… я…

Её затрясло.

Марсель вскочил, не думая, и прижал её к себе. Обнял крепко, всем телом — как будто мог не дать ей рассыпаться.

В голове метались десятки вопросов. Сотня лиц и одна — самое главное. Физиономия парня, саркастично улыбающегося с фотографии, уже намертво врезалась в память. Он сам так улыбаться не умел. И бриться так начисто не выносил. Но…

Это было его лицо.

Дальше Лена рассказывала всё.

Про тот вечер, когда Марсель висел на мачте ветряка, пытаясь его починить, а она — сталкивалась лбом в лоб с Олегом в фойе башни. Как сбила его, как нашла его вечером, как пыталась всё объяснить, не веря сама себе.

Несколько раз срывалась на слёзы. Говорила, что виновата. Что не остановила. Что была там — и не смогла ничего сделать.

Потом — о его девушке. О том, что она пережила. Что видела.

Когда она добралась до описания кабинета… когда прошептала, как вошла туда и увидела его… её голос оборвался.

Марсель не перебивал. Только слушал. Не верил, что это всё действительно происходило. Что это не бред, не кошмар.

И когда Лена замолчала, он уже знал три вещи.

Во-первых: ему было безумно жаль Олега. Который, может быть, и правда был его братом.

Во-вторых: ему было дико стыдно за себя. За то, как он вёл себя все эти дни, не подозревая, через что прошла Лена.

И в-третьих: он должен понять, что всё это значит.

***

— Подожди… — Марсель снова поднял телефон, развернув его к Лене. — Это Аня?

— Да. Это она.

— Хм…

Он уставился на фото. Пытался понять, что не так.

Лена повернула к нему голову, прищурилась:

— Что за "хм"?

— Да странно… — пробормотал он. — Что в ней такого, что он на неё так запал?

Тишина.

Лена как будто не сразу поняла. Потом — как будто щёлкнуло.

— Эй. А давно это мы стали мужланом? — её голос задрожал от возмущения. — Что за… Марс! Я даже не думала, что ты такой козёл!

Она сорвалась. По-настоящему. Без театра.

Он опустил голову. Да, это было глупо. Грубо. Не к месту.

— Прости. Да, ты права. — Он поднял взгляд. — Уверен, что… ну… ладно. Я сожалею. Не буду усугублять.

Он быстро сменил тему:

— А когда похороны?

Лена резко откинулась на спинку стула и уставилась на него, как на чужого.

— Ты сдурел?

— Что? Я же извинился!

— Ты на фотографию его посмотри. Ты куда ехать собрался? Там будут люди. Его друзья. Его коллеги. Те, кто знал его как единственного.