Чтение онлайн

Мацуока заявляет, что против пакта у него никаких возражений нет, кроме редакционных поправок, что же касается протокола о ликвидации концессий, то так как в скором времени будут заключены торговый договор и рыболовная конвенция, то создастся хорошая атмосфера для разрешения вопроса о концессиях, а пока что он хотел бы ограничиться передачей т. Молотову конфиденциального письма и сейчас подписать пакт о нейтралитете, без протокола.

Тов. Сталин говорит, что все беседы, которые вел Мацуока с т. Молотовым, и сегодняшняя вторая его беседа с Мацуокой убедили его в том, что в переговорах о пакте нет дипломатической игры, а что действительно Япония хочет серьезно и честно улучшить отношения с СССР. В этом он раньше сомневался и должен это честно признать. Теперь у него эти сомнения исчезли и теперь действительно мы имеем настоящие стремления к улучшению отношений, а не игру.

Тов. Молотов добавляет, что у него от переговоров с Мацуокой такое же впечатление, как и у т. Сталина...

... Тов.Сталин говорит, что он не хотел бы затруднять положение Мацуоки, который вынужден довести до конца борьбу со своими противниками в Японии, и готов облегчить его положение,чтобы он, Мацуока, добился здесь дипломатического блицкрига...

... Мацуока при этом указывает, что, как он уже говорил Молотову, самым лучшим и коренным способом разрешения вопроса была бы продажа Японии северной части Сахалина, но так как советская сторона не принимает этого предложения, то нужно найти иной способ разрешения вопроса о концессиях.

Тов. Сталин спрашивает - ликвидация концессий?

Мацуока отвечает - да, и добавляет, что он не будет откладывать этого дела в долгий ящик...

... Мацуока говорит, что в беседах между ним и т. Молотовым точки зрения обеих сторон стали очень ясны. Он ставил вопрос о продаже Японии Северного Сахалина, что было бы коренным разрешением вопроса, но так как советская сторона не принимает этого предложения, то нужно найти другой выход и идти по линии протокола. Мацуока заявляет, что он будет стараться работать в этом направлении, и здесь будет добрая воля, а не игра. Мацуока просит верить ему и довольствоваться его первоначальным письмом, и указывает, что будет лучше, если он вернется в Японию свободным и не связанным. Мацуока заявляет, что он имел инструкцию, в которой говорилось о продаже Северного Сахалина, но так как СССР не соглашается, то ничего не поделаешь.

Тов.Сталин подходит к карте и, указывая на Приморье и его выходы в океан, говорит: Япония держит в руках все выходы Советского Приморья в океан - пролив Курильский у Южного мыса Камчатки, пролив Лаперуза к югу от Сахалина, пролив Цусимский у Кореи. Теперь Вы хотите взять Северный Сахалин и вовсе закупорить Советский Союз. Вы что, говорит т. Сталин, улыбаясь, хотите нас задушить? Какая же это дружба?

Мацуока говорит, что это было бы нужно для создания нового порядка в Азии. Кроме того, говорит Мацуока, Япония не возражает против того, чтобы СССР вышел через Индию к теплому морю. В Индии, добавляет Мацуока, имеются индусы, которыми Япония может руководить, чтобы они не мешали этому. В заключение Мацуока говорит, указывая по карте на СССР, что ему непонятно, почему СССР, имеющий огромную территорию, не хочет уступить небольшую территорию в таком холодном месте.

Тов. Сталин спрашивает: а зачем вам нужны холодные районы Сахалина?

Мацуока отвечает, что это создаст спокойствие в этом районе, а кроме того Япония согласна на выход СССР к теплому морю.

Тов. Сталин отвечает, что это даст спокойствие Японии, а СССР придется вести войну здесь (указывает на Индию). Это не годится.

Далее Мацуока, указывая на район южных морей и Индонезии, говорит, что если СССР что-либо нужно в этом районе, то Япония может доставить СССР каучук и другие продукты. Мацуока говорит, что Япония хочет помогать СССР, а не мешать.

Тов. Сталин отвечает, что взять Северный Сахалин - значит мешать Советскому Союзу жить.

Далее, возвращаясь к поправкам в тексте письма, Мацуока говорит, что он не возражает против того, чтобы вместо слов "в течение 2-3 месяцев", указать "в течение нескольких месяцев".

Тов. Сталин соглашается с этим.

Мацуока далее заявляет, что так как СССР ие хочет продать Японии Северный Сахалин (в этот момент т. Молотов бросает реплику: "Это невозможно", а т. Сталин говорит, улыбаясь: "Япония хочет нас задушить, какая же это дружба"), то остается другой выход по линии протокола. Что же касается вопроса о том, сколько нефти будет поставлять СССР Японии - 100 тыс. тонн или несколько больше, то об этом нужно говорить потом.

Одним словом, говорит Мацуока, он будет прилагать все свои усилия к разрешению вопроса о концессиях.

Тов. Сталин предлагает в текст письма Мацуоки внести поправку: и вместо "... вопрос, касающийся концессий...", написать "...вопрос, касающийся ликвидации концессий".

Мацуока соглашается с этим и далее говорит, что ему теперь придется испросить полномочий императора на подписание пакта о нейтралитете, и просит т. Молотова дать распоряжение на центральный телеграф о том, чтобы там ни одной минуты не задерживали телеграмму из Токио.

Тов. Молотов говорит, что он это сделает...

На беседе присутствовали т. Молотов, японский посол Татекава и советник Миякава. Беседа продолжалась около двух часов.

Записал Забродин

АП РФ. Ф.45. Оп. 1. Д.404. Лл,91-101. Машинопись, заверенная копия".

Взято из сборника документов "1941 год", т.2.

Документ N 383.

В результате пакт о нейтралитете между СССР и Японией был подписан 13 апреля 1941 года. Отдельно была подписана декларация об уважении территориальной целостности и неприкосновенности Монгольской Народной Республики и Маньчжоу-Го.

Что касается упомянутой в беседе ликвидации концессий на Сахалине, думаю полезным было бы затронуть существо этого вопроса, поскольку широкой публике сейчас он не очень известен. А вопрос этот в то время имел достаточно большое значение.

Южный Сахалин отошёл Японии после поражения России в русско-японской войне 1904 года. Однако, территория эта была бедна полезными ископаемыми. Вместе с тем, северная часть Сахалина, оставшаяся за Россией, имела достаточно значительные запасы нефти и угля. На исходе Гражданской войны японцы оккупировали Северный Сахалин и оставались там вплоть до 1925 года. В то время у молодой Советской республики попросту не было сил, чтобы изгнать оттуда интервентов.

В январе 1925 года была подписана советско-японская конвенция об основных принципах взаимоотношений, установившая дипломатические, консульские и торговые отношения между двумя странами. Согласно ей же, Япония обязалась к 15 мая 1925 года вывести свои войска с территории Северного Сахалина, который немедленно после этого переходил под суверенитет СССР.

После того, как японские войска были действительно оттуда выведены, 14 декабря 1925 года между СССР и Японией был подписан договор, по которому на Северном Сахалине и создавались японские концессии. Интересно, что с советской сторооны этот договор подписал, как председатель ВСНХ СССР, Ф.Э. Дзержинский.

Согласно этому договору СССР передавал японцам в эксплуатацию нефтяные и угольные месторождения Северного Сахалина сроком на 45 лет. На практике это выглядело так. Восемь нефтяных месторождений были разбиты на участки, перемежающиеся между советским и японским участниками по 50%. Вскоре, в 1928 году здесь же был создан и советский трест "Сахалиннефть", производящий добычу для нужд СССР.

За время существования концессий в Японию было вывезено свыше 2 миллионов тонн нефти. Следует отметить, что сахалинская нефть составляла более 50 % всей нефти, добытой в это время Японией. Вся остальная нефть поставлялась из США. Поэтому можно себе представить важность для нее вопроса о сахалинских концессиях.