Чтение онлайн

– Ну и поступай, как хочешь, - простодушно произнес Айрон, - Тогда я выпью твоей крови и все равно стану сильнее. А над Немфеей поиздеваюсь, как захочу. Она же милая девушка.

Микиэль опустил осколок. Опустил голову. Он проиграл. Его идея со спасением не сработала.

– Заткнись! Не смей даже произносить ее имени, - закричал Квенсент.

Квенсент и Микиэль вступились в мою защиту. Несмотря на свое заточение, они думали обо мне, в то время как я думала о них.

Вернувшись в спальню за полночь, Айрон подошел к кровати. Я сидела около и измученными глазами наблюдала за ним.

– Сними накидку, - сказал он, клацнув пальцами.

Я поднялась, стала позади Айрона. Принялась отстегивать накидку. И лишь дело было оконченным, как Айрон схватил меня и повалил на кровать, придавил всем телом, схватил рукой за шею. Свет в комнате резко погас. Лунные лучи озарили постель, и стало приятно-светло.

– Не могу понять, - сказал он, - Почему тебя так все защищают? В тебе же нет ничего особенного. Обычный человек.

Я промолчала, неотрывно смотря в его сапфирные околдовывающие глаза.

– Обычные волосы, обычные глаза, обычное тело. Ничего особенного, - сильнее и сильнее сдавливая шею, - Почему же тогда они стремятся тебя защитить? Даже пожертвовать жизнью?

Я молчала.

– Может ты им что-то обещала? Или может, преподнесла какой-то дар?

Я молчала.

– Говори! – приказал Айрон.

– Мы все друзья и этого между нами достаточно.

– А если ты станешь моей, это же будет означать, что я стал и твоим другом?

– Ты не посмеешь этого сделать. А если и сделаешь, то не получишь ни какой выгоды, кроме что плотской.

– А может, я хочу испытать твою плоть?

– Тогда у тебя будет грязная совесть, а я и после смерти буду преследовать тебя и проклинать, нагонять несчастья.

Айрон рассмеялся.

– Вот чего я ожидал от настоящей принцессы. А на счет совести, то я ее далеко и давно уже потерял, когда перерезал дюжину людей. Так что, терять мне нечего.

С его спины появились огромные крылья цвета вороньего крыла, и словно куколкой, обернули нас. Айрон еще ближе приблизил ко мне лицо и поцеловал в губы, закрыл глаза.

Проснулась я, лежа в растеленной белоснежной постели с откинутым одеялом. Вся постель была помята. На кровати и около, красовались разбросанные, словно листья осенью, черные перья. Не понимая, что случилось, закрутила, изучая головой. Посмотрела на себя. Наряд кабы не тронут. Хотя и обнаружила в пазухе фрака перо. Удивилась, но ничего не смогла вспомнить, что вчера произошло. Айрона не было. Поднявшись с постели, заслала и тут же, цепь среагировав, укоротилась, мгновенно пригвоздила к полу. От неожиданности, я ударилась головой об пол и пошла кровь. Не растерявшись, принялась вытирать рукавами, превращая ручьи в разводы.

Наступила ночь. Я ее боялась. Потому, что не знала, что сказать Айрону, что случилось вчера ночью, как посмотреть ему в глаза. Видимо, я напоминала настоящего избитого, забитого в угол, щенка.

Когда пришел он, я молчала. Он сказал снять с него накидку, и я сняла. Вдруг в голове олицетворялось вчерашнее воспоминание, как Айрон повалил меня на кровать, и, боясь повтора, мои руки задрожали.

– Ты хочешь о чем-то меня спросить, собачка? – спросил он.

Я сомневающе сказала:

– Что вчера произошло? Что ты со мной сделал?

– А это тебе так важно? – нахально усмехнулся, - Хорошо. Ты стала моей.

– Лжешь, - отступила шаг назад.

– Ха-ха! А ты бы и поверила. На что ты мне нужна? Ты же моя собачка и не больше.

Такие вот сказал слова он, и я в них поверила, позабыв о том поцелуе.

Заметив на моем лице кровяной развод, Айрон достал с манжета рукава белоснежный платок с черной каймой, наклонился над моим лицом, приложил к лицу, и принялся бережно вытирать.

– Где обранилась? – спросил он.

– Об пол. Цепь, - смотря в глаза Айрона и не понимая, почему он ко мне так добр.

– Слушаться надо.

– Она потянула, только лишь закончила застилать постель.

– Значит, будешь знать на будущее.

Я подумала: «У меня, что будет дальнейшее будущее с кроватью?».

– Км, - резко проведя чувство в порядок и сунул мне в руку носовой платочек, - Ложись спать. Сей ночи я ни хочу видеть тебя и твоих глаз.

Я, послушно не замедляясь, легла на пол, и, свернувшись калачиком, закрыла глаза.

Утром, когда проснулась первым делом, увидела стоящего Айрона, застегивающего на себе пуговицы, заканчивая одеваться. Я подняла голову и посмотрела на него. Не обрывая дела, косым взглядом он посмотрел на меня.

– Собачка, ты рано проснулась, - сказал он.

Я промолчала.

За меня сказал мой желудок. Я не помню, сколько дней назад уже ела, и казалось, мое тело не просто похудало, а иссохло. Я не пила даже глотка воды.

Айрон рассмеялся.

– А ты обжора.

– Смешно говорить тому, кто ест каждые дни. До сыта.

В дверь постучали. Я насторожилась, кто там. Впервые за дни пребывания в этой комнате кто-то стремился войти из посторонних. Айрон подошел спокойно к двери и приоткрыл. В щели появилась чья-то рука, держащая покрытую тканевой салфеткой корзину. Айрон принял дар, и даже не отблагодарив за подношение, просто закрыл дверь. Открыл корзину и передал мне в руки. Я заглянула, что там. В ней находилось блюдо с нарезанными кусочками в кубики сыра, в каждый вставленная деревянная зубочистка, спелые до красноты яблоки, белый и синий виноград, кувшин с водой и стакан.

– Спасибо, - не удержалась я от благодарности, пусть и к врагу.

– У тебя полчаса, чтобы съесть все.

Окинув ледяным взглядом меня, он удалился. Позабыв о жутком месте свое нахождения, словно с голодного края, набросилась на корзину. Принялась есть. Первым делом схватила яблоки в обе руки и стала кусать за две щеки, откушивая сразу же с двух яблок, жуя и давясь сочным соком. Затем опустошила за раз целый стакан холодной воды, принялась за ягоды, отдавая предпочтение белому винограду.