Чтение онлайн

Рассмеявшись собственной шутке, Мулан удалилась.

— Пошли, — сказала я Расмусу, жестом приглашая его следовать за мной.

Мы прошли через зал, полный хихикающих стилистов, которые подмигивали нам, когда мы проходили мимо. Я закатила глаза от их веселья и продолжила движение. Мулан не было в комнатах со станциями для мытья волос.

Я остановилась, фыркнула на свою доверчивость и уставилась в пустоту.

— Шаманка Ву и ее игры меня раздражают.

— Что за Ву? — спросил он.

Мулан вернулась в главную умывальную.

— Ты самая медлительная из всех, кого я знаю, ведьма. Мы сделаем это в моем личном кабинете. Тебе повезло, что я не сдалась.

Ругаясь себе под нос, я последовала за ней по коридору, вздыхающий Расмус следовал за мной по пятам.

Я подождала, пока он сядет в кресло, и она приступит к мытью его волос. Мне было неприятно наблюдать, как он закрывает глаза от удовольствия, когда ее пальцы скользят по его голове. Я точно знала, насколько это приятно, потому что сама сидела в кресле на прошлой неделе. Совсем другое дело — подглядывать, когда это происходит с кем-то другим. Женщины в парикмахерских не пялятся. Таков этикет. Но я не могла отвести взгляд.

— Теперь мы можем поговорить? — спросила я, разозлившись еще больше, когда мне пришлось прочистить горло.

— У него много демонических принуждений. Похоже, он был у них какое-то время. Должно быть, он был хорош в постели, — сказала Мулан.

Я открыла рот, но из меня вырвался только медленный выдох.

— Ты их видишь?

— Да. У него их несколько в приватных местах — как старых, так и новых. Ты разбила ему только одно на макушке. Знаешь, сорокалетняя женщина не должна так сильно бояться обнаженных мужчин. И должна заметить, что этот человек для тебя лучше, чем твой красивый пожилой муж.

Я не стала ее поправлять. Просто покачала головой.

— Я разрушила одно из его принуждений, но не смогла полностью от него избавиться. Я заставила демонессу, которая поставила эту печать, ее сломать.

— В конце концов, то же самое, — сказала она, отряхивая руки от пены. — Пойдем. Ты смоешь с него кондиционер, а я схожу за своими шаманскими инструментами.

— Во сколько мне обойдется твое шаманство?

Мулан сверкнула глазами.

— Бриджит была права. Ты большая скряга.

Я скрестила руки на груди.

— Я не скряга. Я экономная.

— Более модное слово ничего не меняет. Тебе нужна помощь в борьбе с демоническими принуждениями или нет?

Я опустила руки и обошла Расмуса. Он открыл глаза, когда я поменялась местами с Мулан. И внимательно наблюдал за мной, пока я включала воду и проверяла температуру. Мулан исчезла так, что никто из нас не заметил.

— Не надо снова окрашивать мои волосы в фиолетовый цвет. Он продержался несколько дней.

У меня вырвался удивленный смешок. Совсем забыла, что я это сделала.

— Ничего не обещаю, — сказала я.

От улыбки в уголках его глаз появились морщинки. Это выражение напомнило мне о тех редких случаях, когда он находил в себе силы пошутить в моем обществе. В тот момент он выглядел таким привлекательным, что я переключила внимание на его волосы.

Несмотря на то, что я отказала себе в удовольствии исследовать его тело, я не спеша смыла кондиционер и провела пальцами по его голове. Когда Расмус закрыл глаза, я поняла, что это из-за меня, и у меня подкосились колени.

Мои пальцы замедлили движение, когда желание прикоснуться к улыбке на его губах почти лишило меня самообладания.

— Перестань тратить впустую мою воду, ведьма. Можешь потом построить влюбленные глазки своему новому мужчине, — сказала Мулан.

Мои пальцы слишком сильно сжали его волосы, когда я их отжимала.

— Сядь прямо, — приказала я.

После того, как Расмус, тихо посмеиваясь, выпрямился на стуле, схватила ближайшее полотенце и ловко обернула им его мокрые волосы.

Я отошла в сторону и вытерла руки о штаны.

Мулан ухмыльнулась, наблюдая за мной.

— Я не причинила вреда ни одной черепахе при изготовлении своих шаманских инструментов. Я собираю черепах, которые умирают от болезней или от старости. Или покупаю панцири в фондах защиты дикой природы. Я покупаю оптом.

Я хотела было сказать что-то язвительное, но потом поняла, что на ней был настоящий жилет, сделанный из маленьких черепашьих панцирей, соединенных в виде ромашки. В центре жилета был панцирь гораздо большего размера. На каждом из них были странные надписи. Шаманка Ву, направляясь к нам, держала в руке панцирь. В другой руке у нее было множество зеленых шарфов.

Расмус попятился ко мне, когда Мулан двинулась на него.

— Чего ты хочешь?

Мулан выглянула из-за спины Расмуса, чтобы посмотреть на меня.

— Делай свою работу, ведьма.

— Какую работу? — спросила я, свирепо глядя на нее.

— Подержи его неподвижно, чтобы я могла измерить его промежность. Я вижу, что осталось одно принуждение, но оно очень плохое. У него много слоев. Мы воспользуемся костяным оракулом, чтобы полностью очистить это место. Понадобится большая черепашья кость, чтобы покрыть все, но, думаю, у меня есть то, что подойдет.

— Аран снимет с меня мерку, — сказал Расмус. Чтобы убедиться, что шаманка Ву все поняла, он развернул меня и поставил перед собой. — Она уже все видела. И не будет возражать.

Рот Мулан скривился, когда она уставилась на него. Расмус первым отвел взгляд. Его лицо было таким красным, каким только могло быть. Я не знала, смеяться мне, злиться или улыбаться, глядя на Мулан, потому что он не позволил ей к себе прикоснуться.

Сердито что-то бормоча на китайском, Мулан протопала в комнату, соседнюю с той, в которой находились мы, и вернулась с большой коробкой в своих крошечных ручках.

— Надень перчатки, и сама найди черепаховый панцирь, который полностью его прикроет, — приказала она, сунув коробку мне в руки.

Под парой одноразовых перчаток было не менее пятидесяти пустых черепаховых панцирей, похожих на самый большой панцирь из шаманского жилета Мулан. Они были разного размера, разного цвета, и на всех были странные надписи. Это больше походило на рунические письмена, чем на китайскую каллиграфию. Я почувствовала, что от них исходит настоящая магия.

Любопытство взяло верх над всеми моими жалобами на ее поведение. Я поставила коробку с ракушками на кресло для мытья волос, надела перчатки и аккуратно их перебрала. Расмус придерживая полотенце на голове одной рукой, заглядывал мне через плечо и наблюдал за происходящим.