Чтение онлайн

Но когда я подхожу к кабинету тренера и заглядываю в окно, то вижу, что там пусто. Поворачиваю ручку и открываю дверь. Не заперто. Должно быть, она всё еще здесь. Я писала ей, что заберу письмо к трем.

Она могла бы отправить его по электронке, но я хотела поздороваться. Ее уроки я ненавидела меньше всего.

Пересекаю кабинет, открываю дверь на противоположной стороне и выглядываю в коридор, которым пользуются только тренеры. Напротив находятся кабинеты главных тренеров по мужским видам спорта, а за ними — их раздевалка.

Майло сидит в кабинете тренера Давенпорта, а Ана Морено устроилась у него на коленях. Она из предпоследнего класса.

Я смотрю, как они сплетают пальцы, и она глубоко и медленно целует его. Мерзость.

Сколько ей лет? Шестнадцать? Я достаю телефон, поднимаю его, подхожу к окну и приближаю картинку, словно снимаю видео. Чего я не делаю, потому что она несовершеннолетняя.

Хотя Майло тот еще идиот.

Ана замечает меня и быстро спрыгивает с него, пятясь назад и сжимая кулаки.

Майло оборачивается ко мне и что-то ей говорит, отправляя ее через противоположную дверь. Я пытаюсь сдержать улыбку, убирая телефон в карман.

Он обходит стол и открывает дверь в коридор, а я держу руку за спиной, готовая в любой момент схватиться за ручку двери в кабинет Кумер и дать деру, если придется.

Он останавливается, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. — Что ты здесь вынюхиваешь?

— А ты что здесь делаешь? — выпаливаю я.

— Я помогаю тренерам по футболу и баскетболу.

— Они подпускают тебя к старшеклассницам?

Прошлой весной он буквально заканчивал выпускной класс на домашнем обучении, и хотя официальных обвинений не было предъявлено, все знали почему.

Но на его лице расплывается ухмылка.

— Ммм, — он кивает. — И с ними, кстати, тоже ничего не изменилось, — он оглядывает меня с ног до головы, ведь когда-то и я была такой же наивной. — Если не считать того, что здесь больше нет детей из Залива, как в прошлом году, — отмечает он.

Лив Йегер была единственным ребенком из Залива, который когда-либо здесь учился.

— Знаешь, половина родителей здесь заинтересована в том, чтобы эту дыру сровняли с землей, — говорит мне Майло. — Они все гадают, как Йегерам удается держать застройщиков подальше от себя.

— Они знают?

Он ухмыляется.

— Теперь знают.

Что это значит? Я никому не рассказывала о камерах в Фокс-Хилл. Они нашли какие-то из них?

И тут до меня доходит. Кейт, Эмалин и Антуанетта — не единственные, кто сегодня вечером направляется в Залив.

— Там будет оцепление, — напоминаю я ему. — Копы остановят этих мелких засранцев еще до того, как они пересекут пути.

В сильную бурю каналы затапливает. Будет введен комендантский час.

— Эти мелкие засранцы, — отвечает он, — раньше были твоими одноклассниками. Думаешь, ты теперь Йегер?

Если у Мейкона есть камеры на нашей территории, возможно ли, что у Святых есть камеры в Заливе? Сент-Кармен хочет устроить там сегодня проблемы. Они идут туда, чтобы устроить неприятности. Намеренно.

— Местные новости завтра должны быть очень занимательными, — говорит Майло.

— Зачем ты предупреждаешь меня о том, что сегодня что-то намечается? Ты же знаешь, я им расскажу.

Он отступает обратно в кабинет.

— Чем больше, тем веселее, — и закрывает дверь, направляясь в мужскую раздевалку.

Сукин сын.

Резко развернувшись, я достаю телефон, напрочь забыв о Кумер.

Клэй берет трубку, но я начинаю говорить еще до того, как у нее появляется шанс поздороваться.

— Лив в городе?

Клэй секунду медлит, но затем отвечает:

— Только что приехала. А что?

Блядь. Я бы предпочла, чтобы ее здесь не было в такой момент, но скоро праздники. Конечно, она вернулась.

— Мне нужна ваша помощь сегодня вечером, — говорю я. — И мне нужно, чтобы вы обе мне доверились.

Арми

Боже, как же я не хочу домой.

Он там. Он, блядь, всегда там, и он больше никуда не уходит. Это как находиться в горящей комнате. Ты постоянно об этом помнишь. Ни на секунду не забываешь о том, сколько у тебя осталось времени, пока огонь не доберется до тебя.

Я стягиваю футболку, вытираю ею пот со спины и лба, а затем бросаю ее в кабину пикапа. Тучи закрывают солнце, а ветер приятно холодит кожу.

— Думаю, она бы мне заплатила, — подает голос Трейс.

Я прослеживаю за его взглядом и вижу Элейн Бертран с ее идеальным чувством времени — она направляется к своему бассейну, который мы только что почистили, за живой изгородью, которую мы только что подстригли; на ней белый бикини. Она бросает на нас взгляд, который задерживается ровно настолько, чтобы не осталось никаких сомнений в том, чего она хочет. Молодая жена Дэниела Бертрана явно не стала бы рутиной.

Я затягиваю ремень, закрепляя оборудование.

— Я бы взял больше.

— Это спор?

Он смотрит на меня сверху вниз, стоя в кузове пикапа с удивленно поднятыми бровями.

— Ой, заткнись на хрен, — я качаю головой. — Если ты сделаешь что-то подобное ради денег, мы оба покойники.

Мейкон убьет и меня тоже.

Даллас забрасывает мешки с обрезками в кузов, пока Трейс спрыгивает на землю; волосы на его висках слиплись от пота.

— Но ты ведь уже делал, не так ли?

Я замираю, уставившись на него.

— Сколько именно слухов ходит обо мне и Мейконе?

— Нет, этот только про тебя.

Я ворчу:

— Замечательно.

Беру кулер с подъездной дорожки и ставлю его на пол на заднем сиденье.

Трейс идет за мной.

— Знаешь, мне было бы плевать, — говорит он мне. — Ты был в моем возрасте, когда вам с Мейконом пришлось заботиться о целом доме детей. И это даже не считая тех, о ком вы заботились в Заливе. Если ты делал то, что должен был, тогда...

Я не смотрю на него, каждая мышца в моем теле напряжена.

— Тогда что?