Чтение онлайн

– Кто?

– Грибы. Жуки. Много кто.

– Это не Саймон говорит. – громко шепчу я.

Айра ничего не отвечает. Она просто открывает дверь. И мы заходим.

И мне уже не хочется, чтобы Капи говорила.

Глава 8.

POV Саймон

Нас все еще одиннадцать. Но иногда кажется, что больше.

Теперь мы слушаем Тигра – вечером и ночью. Даже Малыш слушает.

Кстати, Тигр теперь лучше говорит. Как мы. Только иногда непонятно.

И уходит не каждый день.

Мы ложимся на матрас в моей Спальне. Я беру куртку Па, укрываюсь ей. Тигр чихает.

– Лес – он видит. – говорит Тигр. – Если идти злым – он злой. Если добрым – он добрый. Если с ним играть – он тоже играет. Пока ему не надоест.

– Там есть Тигры? – спрашивает Айра.

– Теперь есть – говорит Тигр

– Это ты?

– Это я. Но если ты очень захочешь там увидеть Тигров – они будут.

– А торт? Там будет торт?

Тигр поворачивает голову и смотрит на Малыша.

– Если ты захочешь. Но ты не захочешь.

– Почему?

– Там ты будешь большим. Большим торт не интересно.

– Что едят в Лесу? – спрашиваю я вдруг

– Каждый свое. – говорит Тигр. – Всем хватает.

– Как в Доме?

Тигр молчит.

– В Доме вы одни. – тихо говорит он. – А в Лесу – все вместе.

– А Па и Ма…- еще тише говорю я. – У них там другие дети?

– Нет.

– Честно?

– Честно.

– Тогда почему они не приходят?

Тигр вздыхает.

– Они забыли.

– Про нас?

– Про все, что тут. Они теперь – Лес. Они так захотели.

– Не понимаю. – быстро говорит Айра. – Они живы?

– Да. – говорит Тигр.

Я хочу снова спросить: «Честно?». Но молчу.

Я злюсь. Очень-очень сильно злюсь.

Если бы я ушел куда угодно – я бы не забыл никого. Ни Айру. Ни Малыша. Даже Альберта не забыл бы.

Куртка Па пахнет табаком и пылью.

Они просто ушли в дурацкий Лес и все забыли.

А может, Тигр все-таки врет? Мой Тигр никогда не врал. Но этот…новый Тигр, иногда мне кажется, что я его не знаю.

Иногда я думаю: «А что, если его не выпустить ночью?»

Что он будет делать тогда? Разучится говорить? Снова будет смотреть оранжевыми глазами? Заболеет? Или сам уйдет?

Иногда очень хочется это проверить.

Я беру печенье из чашки и грызу его. Но печенье невкусное.

Это же мое любимое ореховое печенье, которое Молли сегодня испекла. В белой глазури, с узорами. Испортилось оно, что ли?

– Айра, хочешь печенья?

Айра, не глядя, протягивает руку. Надкусывает и кривится.

А вот Малыш радостно съедает наши печенья и берет третье.

– Они могут уйти из Леса? – спрашивает Айра.

Айра всегда задает важные вопросы. Почему она, а не я?

– Могут. – говорит Тигр. – Но Лес пойдет с ними.

– Ага. Как Кот. – кивает Айра.

Тигр молчит. Он же не знает Кота.

Айра что-то пишет в блокноте.

– Не бойся меня, Саймон – говорит Тигр.

– Я не…

– Ты боишься. Это нормально. Но я тебе не враг. И никому из вас не враг.

Тигр прислоняет ко мне голову. И я осторожно глажу его за ушами. На шерсти вспыхивают зеленые искорки.

«Это же мой Тигр» - говорю я сам себе. «Все в порядке».

А еще я думаю – если мы спрашиваем его про Лес…может, там тоже спрашивают про нас?

Может, там нас уже вспомнили.

POV Айра

Я записываю то, что говорит Тигр. И не понимаю.

Карандаш рвет бумагу, я злюсь. Еще и ошибки делаю в простых словах. Третий раз уже ошибаюсь!

Но я все равно пишу, даже когда рука устала. Ма говорила, что ошибаться не страшно. Самое главное – делать, а не бросать на полпути. Вот я и делаю. Трясу онемевшую руку, вырываю лист из блокнота. И переписываю медленно и красиво, как будто это домашнее задание.

Лес живой – ладно. Но Ма и Па…они какие сейчас?

Лучше бы мы ничего не знали, честное слово.

Саймон говорит: «А давай завтра не выпустим Тигра? Посмотрим, что будет»