Чтение онлайн

Она рассказала Вере все-все, до капельки. На столешнице гора использованных бумажных салфеток и чашка чая. Вера накормила женщину кашей, оставшейся с ужина. Доеден яблочный пирог. Истрепаны нервы.

Но, она не жалела, что пустила ее, выделив место на диване в гостиной. Сама Вера сможет сдвинуть детские кровати и приткнуться с детьми. Никаких бонусов от своего поступка первая жена Копейкина не ждала. Благодарность — дело скользкое. За доброту чаще всего приходится расплачиваться вдвойне. И хорошо, если деньгами.

Дмитрию же хотелось вырвать ноги и вставить спички. Да то, что между ног обрезать под корень. Пока Лана плескалась в ванной, Вера смогла дозвониться до бывшей свекрови и в общих чертах передать, что вытворил ее сыночка. На кудахтанье: «Как же так?», строго сказала:

— Мария Семеновна, или вы сейчас же приезжаете ко мне, чтобы решать вопрос или на порог больше не пущу. Буду считать, что вы заодно с Митькой и одобряете его поведение!

— Верочка, я на выставке. Я тут гуляю с подругой. Но, раз такое дело… — голос ее звенел испугом и предчувствием надвигающейся катастрофы.

С ней только так и нужно, а не всякие там пляски с бубном вокруг, да около. И пока Вера слушала заунывные Ланкины жалобы, ее мысли обретали более-менее осмысленные формы. Наказывать Копейкина нужно конкретно. Он еще за старое не рассчитался, и опять накуролесил.

Ася и Милана разглядывали ляльку, приходящуюся им сводной сестрой. Девочки, как страусята вытянув шеи и встав на цыпочки пробовали ее позвать… чтобы подвинулась ближе. Малышку обложили подушками на раскинутом диване ближе к стене. А им строго-настрого запретили залазить на спальное место.

— Ля-ля, — показывала Ася на «куколку» пальцем.

— Ась, у нее даже имени нет, — дула щеки Милана. — Не доросла еще, — хмыкнув, пожала плечами, что она здесь сама старшая и умная.

— Дать куклу? — Ася выражалась коротко и односложно для трехлетки.

— Наши куклы больше нее, — развела ручонками сестрица. — Мама сказала, ничего не трогать. Видишь, она спит и вот так делает губами, — Милана повторила сосательный рефлекс младенца, высунув язык и почмокав. У нее получалось так забавно, что наблюдающая за ними со стороны мать, заулыбалась.

— Девочки, тише! Идите в свою комнату. Тетя Лана сейчас ляжет спать и вам пора, — кивнула на двери в их комнату.

Девочки разочарованно переглянулись, что им не дали поиграть с новой сестричкой и как следует ее пощупать. Пришлось уходить, чтобы сладкого не лишили, ни похода в магазин для маленьких принцесс. Мотивация у Веры работала безотказно. Хорошо себя вели — получите поощрение. Не слушались? Кто-то обойдется без мультиков и нового наряда.

Добрая половина женского сообщества пострадавших от Копейкина спала, когда прозвенел дверной звонок.

— Верочка, извини, что задержалась. Такси долго не приезжало, — Мария Семеновна оправдывалась, раздеваясь в прихожей. — Так ты говоришь, что Димка выгнал жену с дочкой из дома? — ее глаза смотрели с затаенной надеждой, что ранее услышанное окажется шуткой, обычным розыгрышем. Не мог сын так низко опуститься…

— Лана с ребенком спит у меня на диване. Какие еще доказательства вам нужны? — зашипела Вера, понизив голос. — Не шумите, все спят. И я вас позвала не за тем, чтобы жаловаться.

— А-э-а… Зачем? — моргнула свекровь и медленно опустилась на пуф, сложив руки на колени.

— Оставлю вас с ними, — Вера, свернув пальцы в кулак и оттопырив большой палец, указала им через плечо. — Я кое-куда схожу, Мария Семеновна.

— Верочка, — охнула свекровь, и схватилась за сердце. — Ты же не сделаешь глупости? У тебя… У тебя дети, Вера! — выкатила на нее глаза и только сейчас заметила, что бывшая невестка одета в джинсы и водолазку, словно на позднюю прогулку собралась.

— Никакого криминала, Мария Семеновна, — заверила ее Вера. — Так, поговорить просто хочу с одним твердолобым, разъяснить кое-какие обязанности…

Ни один мускул на красивом лице не дрогнул. Меньше знает — лучше спит.

Гаденыш замки не удосужился поменять, так что Вера спокойно открыла двери. Вошла тихо, стараясь глядеть под ноги. Такого срача в этой квартире она не помнила, хотя здесь когда-то жили маленькие дети, раскидывающие все и вся…

— Вера? — вылупился на нее Копейкин мутными глазами, всплеснув ручками, типа: «Какая радость!».

После выплеска агрессии у него сменилось настроение на благодушное. К нему в гости пришла бывшая жена. Вспомнила, наконец-то о его существовании.

— Как видишь, — она выпустила ноздрями свое полное разочарование.

Чудовищем с запашком был ее бывшим мужем, отцом ее детей… Сколько лет жили в браке и все же не знаешь, на что способен человек, до чего может докатиться.

— Ты это… Проходи. Я тут приболел немного, — он глупо врал, стараясь казаться лучше. Держал спину прямо, чтобы не заваливаться вперед. Приложил ладонь ко лбу, якобы у страдальца температура. Пошатнулся.

— Надеюсь что-то редкое и неизлечимое. От новой потаскухи подцепил? — она брезгливо обогнула его и заглянула в большую комнату.

Интуиция не подвела. На полу сидела какая-то рыжая баба в футболке Димки с бутылкой пива в руке. Вокруг разбросаны пакеты чипсов и сухариков. Некогда красивый пушистый ковер пошел разными пятнами и приобрел грязно-серый оттенок. Чавкая, как свинья рыжая пялилась в телевизор, где идет мульт Гравити Фолз.

— Вер, чаю будешь? — дыхнул на нее справа Копейкин смрадом.

— Да, поставь, — сдерживая рвотный рефлекс, кивнула она. — Я пока тут с твоей подругой побеседую.

Не расчухав в ее голосе ничего подозрительного, Дмитрий поплелся ухаживать за дамой. В поплывшем мозгу билось, что она вернулась… Вернулась к нему. И скоро станет как прежде, где было хорошо, спокойно, сытно и уютно. Про случайную любовницу он и вовсе забыл.

На кухне загремели чашки.

Вера повернула голову на звук, а потом снова сосредоточилась на любительнице мультиков. Подошла и рывком подняла ее за волосы с пола. Баба хрюкнула от неожиданности и замахала руками, выпустив бутылку недопитого пенного, которая грохнулась ей на ногу и откатилась, оставляя мокрую дорожку.

— Ты че-о-о! Ты на каво-о-о-о! — рыжая пыталась одной рукой достать Веру, а другой высвободить свои космы. — Да, я тебя-а-а…

Смазанный удар шлепком по губам. Еще и еще, пока голосить не перестала, а только мычала, выкатив глаза. Такие понимают только силу. Ни уговоры, ни просьбы, ни благие намерения…