Чтение онлайн

— Ну почему? Почему именно ты жив?! — всхлипнула вампирша.

Боэсхий отпустил её руки.

— Лайси, — позвал мягко, — не время для слёз. Время для жертвоприношений.

Я рванула к дверям, но он вдруг оказался рядом со мной, подхватил меня на руки. Мир помчался яркими полосами, стремительно убегая. Я вцепилась в узкие плечи вампира.

— Бося! Пожалуйста…

Снова усыпальница. Гробы. Мумии. Вот только теперь я поняла, что Боэсхий и насчёт них мне соврал. По крайней мере, одна из лежавших на столе мумий была Цесарием, его братом. Сожжённый селянами фон Быборг был действительно мёртв, а вот Лайси оказалась вполне живой.

И спасения мне не было. Ниоткуда. Потому что, отдав Асире звонякалку с нарытым на Топора компроматом, я уверила орчиху, что всё остальное сделаю сама, и осталась без связи. Я была настолько уверена, что Бося, мой Бося, справится со всеми обидчиками, что мы возьмём Юльси с сыном и улетим в бескрайние просторы тайги, что…

— Ты меня убьёшь? — спросила его тихо. — Ты правда это сделаешь?

Вампир не счёл меня достойной ответа. А у меня впервые не было никаких сил сопротивляться. И кто бы ещё сказал, что делать с этой чёрной невидимой скалой, рухнувшей и придавившей сердце?

— Ты будешь очень красивой мёртвой невестой, Аглая, — мерзко захихикал лжецесарио. — Самой милой из всех мумий.

Боэсхий поставил меня на ноги. Я пошатнулась. Он придержал, но тотчас обернулся к Лайси:

— Я выпью её сам.

Она нахмурила красивые тёмные брови, ярко-алые губы и голубые, светящие в темноте глаза.

— Ну уж нет! Это сделаю я! Выпью и волью её кровь в тело моего Цесарио!

— Нет. Ты не удержишься и проглотишь.

— Неправда!

— Ты уже пила своё, — равнодушно заметил он. — От тебя пахнет человеческой кровью. Кто это был?

— Так. Один парень. Немного помог мне с Русиком. Неважно. Мы недолго втроём тусили, но… Боэсхий, при чём тут это? Ты всерьёз думаешь, что я проглочу всё сама и не волью в Цесарио?! Что за чушь! Я люблю его больше вечности! Я так долго ждала этого дня!

Бося передёрнул плечами:

— Ложь, Лайси. Ты любишь только себя. Если бы ты хотела, перелила бы в брата кровь того парня.

— Не тебе об этом судить! — прошипела разгневанная невеста.

Её алые губы кривились от гнева. Вампир притянул меня к себе, обняв так, что его руки легли на мою грудь, чуть куснул шею:

— Это — моя добыча, Лайси. Её заманил я, а не ты.

— Если бы не я, она бы сдохла у Обносского и никогда не досталась бы нам! И это я запутала волчат так, что те не нашли нашу жертву в подземелье. И это я…

— Не сдохла бы. Она умная девочка.

— Её бы схватили сатиры! Ты лжец и предатель! Ты даже не соизволил предупредить меня, что она метаморф! А если бы там, в гараже она и правда сдохла? Я же не знала, что это не Пася! И вообще…

— Замолчи. А то мне придётся вызвать тебя на поединок. Так ведь поступали древние вампиры в спорах за кровь?

Она зарычала и кинулась на него. Я успела заметить это краем глаза — Бося отпихнул меня в сторону… двери. Но раньше, чем я вскочила на ноги и попыталась удрать, на лестнице появилось новое действующее лицо. Высокий рыжееволосый, красный от злости дракон. Его зелёные змеиные глаза сверкали бешенством.

— Гарр?! А… а…

Договорить я не успела. Муж подхватил меня на руки и тотчас выдохнул алое пламя поверх моей головы. Оно промчалось огненным смерчем. Рёв, стон, жар, и Лайси сгинула в огне, а вместе с ней заполыхал стол с мумиями. Гар снова вдохнул воздух, набирая лёгкие и готовясь спалить и Босю, распластавшегося по противоположной стене. Кжется, в драке невеста отшвырнула бывшего жениха.

— Нет! — крикнула я, закрывая рот мужа ладонью. — Нет, Гарр. Просто забери меня отсюда.

Обняла его шею, уткнулась в неё, спасаясь от удушливой вони и дыма.

Дракон послушался. Взбежал по лестнице, и мы оказались в розовом садике. Гарр распахнул крылья и взлетел в квадрат звёздной ночи, прижимая меня к себе. Неужели он вот так собирается лететь до самого Психербурга?

Оказалось нет: в белёсой туче нас ждал вертолёт с открытой дверцей. Гарр чудом успел сложить крылья, убирая их из-под рубящего винта, нырнул в салон, посадил меня на пассажирское сиденье, поправил перепачканный подол белого платья:

— Ты как?

— Хочу домой, — прошептала я, щурясь от слёз.

Из водительского сиденья к нам обернулся пилот в шлемофоне:

— Ну что? Полетаем? — заорал, громкостью голоса превышая шум двигателя и винтов.

— Домой, Дирр, — рявкнул Гарр в ответ.

Плюхнулся рядом, прижал меня к себе и погладил по волосам:

— Всё будет хорошо, Глаш. Теперь всё будет хорошо.

Целый месяц или больше я провела под капельницей: отравление мухоморином не прошло без последствий. Врачи вводили в мою кровь лекарства и витамины, а мне казалось, что прозрачные шланги наоборот выкачивают из меня жизненнные силы.

Умереть, уснуть. Уснуть и видеть сны, быть может, вот в чём сложность… Кто-то умный это сказал, но кто — я не помнила.

Ко мне приходила Юльси, какая-то необычно счастливая, в удивительно красивом вишнёвом бархатном платье и кружевном болеро. С Никандриком под ручку. Принесли мандарины. Рассказали, что тётушка Нуси всё это время провела в квартире племянницы и немного повредилась рассудком. Когда её забирали на скорой, она жевала бумагу и вопила, что от целлюлозы у неё снова вырастут глазные клыки и она станет настоящим вампиром, наконец.

— А ещё я выхожу замуж! — сияя глазами сообщила моя бывшая клиентка.

И замолчала, загадочно глядя на меня. Видимо, ждала чего-то. Чего?

— Прекрасная новость, — квёло отозвалась я.

Голова болела. Хотелось спать. Посетители раздражали.

— Мам, мне кажется, Аглая Найдёновна плохо себя чувствует, — заметил Никандрик.

И они как-то незаметно ушли.

Несколько раз появлялся Хойр, от которого я узнала, что его мама нашла папу и вытащила из лесов. Папа не особенно сопротивлялся, потому что началась осень. Теперь они живут все вместе, а вместо балета эльфоорчёнок ходит в клуб единоборств. Или карате. Или чего-то такого, я не запомнила.

Оказывается, в тот день, когда им удалось выбраться из подвала, Асира (это было настоящее имя агента под прикрытием) от кровопотери потеряла сознание прямо на мостике через речку, и плачущим детям пришлось её тащить в домик Туктукберг едва ли не на руках. Так что компромат на Топора в ВАМПИСЕЦ отправил сам Хойр. Если я ничего не перепутала, конечно, в сумбурных монологах мальчика.

Но чаще появлялся Гарр. Приносил мандарины, уносил заплесневелые и высохшие. Садился рядом и держал меня за руки. От его присутствия становилось как-то легче дышать.