Чтение онлайн

— Она у них, — испуганно подтвердил мои худшие предположения Хойр. — И Никандрик.

Сверху что-то ударило: видимо, волки ворвались в комнату, и, конечно, сразу заметили металлическую-то дверь в камине.

— Уходим! — свистящим шёпотом повторила Асира.

Я покачала головой.

— Нам нужно спасти Юльси. Асира, ты можешь вызвать подкрепление?

— Угу, — буркнула учительница, мрачнея.

Скорее всего, за такую заваруху и самонадеянность её тоже не погладят по головке. И всё же она вытащила звонякалку и…

— Нет связи, — прошептала и растерянно посмотрела на меня.

Я кивнула:

— Уводи детей. Хойр, помнишь домик госпожи Туктукберг? Уходите туда. Подвалы замка огромны, думаю, вы найдёте выход…

— Мы с вами! — пискнула Пася.

Я покачала головой:

— Вам нужно уходить. Ни одна металлическая дверь не выдержит испытание взрывом. Так что найти нас в подвале для врагов — дело времени.

— А вы?

— А я… Асира, сколько сейчас времени?

— Час ночи.

Я кивнула:

— У меня есть план. И есть… человек, который может мне помочь. Уходите. И ещё…

У меня очень неплохая ориентация в пространстве. Я попыталась вспомнить, как мы шли с Босей, когда заключали договор, и довольно быстро смогла представить, где находится зал с гробами. Конечно, уверенности в том, что я смогу туда выйти, не натолкнувшись на глухую стену, у меня не было, но… Попытаться же можно? Тем более, Боэсхий должен чувствовать мою кровь. Может, он сам меня отыщет?

Но он не отыскал.

Я шла и шла, подсвечивая себе путь фонариком и от всей души надеясь, что Асире с детьми удалось выбраться из каменной западни. Коридоры сворачивали, петляли, но я продолжала упрямо идти, и моё упорство, наконец, было вознаграждено.

Знакомые тяжёлые своды. Закрытые гробы — с одной стороны, мумии на столе — с другой. Я сразу узнала нужный гроб. Замерла в несвойственной мне нерешительности. А что, если Боэсхий давно проснулся и куда-нибудь… ну, уехал? Улетел?

— Да что тут гадать! — прошептала вслух, чтобы слышать собственный голос.

Не припомню, чтобы когда-нибудь была настолько робкой и слабой.

Подошла, открыла крышку и… Бося спал. Бледный, как мертвец, его лицо по цвету сливалось с подушкой. Руки были сложены на груди в характерной позе. Чёрный костюм. Даже башмаки не снял! На несколько мгновений мне показалось, что он мёртв, а потом я напомнила себе, что он реально мёртв, но как бы не до конца, наклонилась и поцеловала его в губы. Тотчас отстранилась. Ой, мы же поругались! Впрочем, сейчас это такие мелочи…

Боэсхий открыл глаза. Они слабо блеснули. Вампир сел в гробу.

— Аглая Най…

— Да-да. Это я. Мне нужна твоя помощь. Нам всем нужна твоя помощь.

Вампир прыснул стаей летучих мышей, она заклубилась чёрным дымом, и почти тотчас снова обрёл человеческое тело, но уже стоящее на полу.

— Что случилось? — спросил Боэсхий холодно.

— Я так устала! — пожаловалась я ему, обняла и прижалась щекой к бархатной ткани камзола. — Обносский напоил меня какой-то дрянью, в которой был метаморфин, и я потеряла способность переворота…

— Ты пила метаморфин? — изумился он. — Зачем?

— Я не знала, что он там. И… и я не знала, что мухоморин так на меня подействует!

Его пальцы легли на мои волосы, ладонь скользнула снизу-вверх.

— Как это не знала? Ты же метаморф.

— Может быть, лет триста лет назад, — горько усмехнулась я, — когда ты был человеком, всё и было иначе, но в наше время представителей моего вида практически не осталось. Я никогда не встречала другого метаморфа. И книг с инструкциями для метаморфов — тоже. Боюсь, что… что это насовсем, понимаешь?

И невольно всхлипнула. Почему-то рядом с ним я почувствовала себя беззащитной и беспомощной. Необычное чувство!

Боэсхий молча погладил меня. Я снова всхлипнула, щёки защипали предательские слёзы. Почему я плачу при нём? Я никогда ни при ком не позволяла себе плакать! Даже когда приютские учителя били меня линейкой по пальцам или запирали в чулане с пауками.

— Андруш вызвал Ужасного… ты помнишь такого? Но сам Ужасный, хвала всем поросячьим хвостикам, не приехал. Однако вместо него приколдыбал оборотень-волк. Мы были в плену, и я, и Пася, и Хойр… Они сейчас с его мамой, и я… я не знаю, выбрались ли они или попали в беду. Я почти победила всех! И тут такое… Ты же чувствуешь их в своём замке, да?

— Да.

— Юльси и Никандрик попали в плен. О-ох! Теперь Ужасный сможет её найти… Но я не знаю, что будет хуже… Их могут пытать, и убить, и…

Вампир молчал, только осторожно гладил мои волосы.

— Ну почему? Почему всё, что я делаю, приводит к обратным результатам? Всё становится хуже, чем было до того, как я попыталась исправить зло.

Боэсхий обнял меня, ткнулся в макушку носом.

— Ты поможешь? — с надеждой спросила я.

Запрокинула голову, попытавшись заглянуть ему в лицо, но вампир подбородком удержал мою голову.

— Помогу, — согласился хрипло. — Но с одним условием.

— С каким? — уточнила я, предчувствуя, что именно за условие мне выдвинут.

И меня замутило. Он же не может… он же… не сейчас! Нет, только не сейчас, когда мне и без того плохо, поставить на кон… это же будет значить, что Бося просто пользуется моей слабостью…

— Ты уедешь. Прямо сейчас, — подтвердил Боэсхий мои худшие опасения.

— Нет, — прошептала я сдавленно. — Нет… Бося, у нас контракт! Мне так мало осталось до его выполнения…

— Вы уедете сегодня, — непреклонно отказал он.

— Как ты можешь! — крикнула я и решительно отстранилась. — Как ты можешь шантажировать меня в такую минуту?! Там Юльси с ребёнком в беде и… Неужели тебе «Единорог» дороже живых людей?!

— Ты забыла: я — вампир. Люди для нас… коровы. Только сосём мы не молоко, а кровь.

В его холодном голосе я расслышала горечь. Или мне показалось? Я ударила вампира ладонями в грудь.

— Перестань! Ты не такой! Вспомни: Юльси, та девушка, которую ты спас из «Таракани во тьме»! Помнишь?