А жить, братишки, будет можно!
Шрифт:
Некоторое время оба молчали.
Мать Кошкина нарушила молчание первой.
– У тебя и отец есть, и мать? – спросила она.
Александр кивнул.
Марья Васильевна горестно вздохнула.
– А Игорек отца своего не знал, – она через силу улыбнулась.
– Я ведь без мужа уже почти двадцать лет живу. Как посадили его за кражу свиньи из колхоза, так по тюрьмам с тех пор и мыкается. Может, уже и не живой…
Она поглядела на Александра почти с материнской нежностью.
– Женат?
– Пока не успел.
Марья Васильевна горько покачала головой.
– И Игорек не успел…
Зажмурившись, она начала мотать головой из стороны в сторону и тихонечко выть. Александр сидел, не смея шелохнуться. Он смотрел на мать Кошкина с болью в глазах.
Всхлипнув, Марья Васильевна встала. Александр тоже поднялся на ноги. Мать Кошкина сделала шаг к Александру и с громким стоном, вырвавшимся из ее горла, кинулась Сухорукову на грудь.
Обняв его своими высохшими, узловатыми, красными руками, она громко зарыдала.
Глаза Александра тоже стали влажными.
– Ты женись поскорее, - произнесла она сквозь слезы.
– И детей нарожай… Побольше, слышишь? И за себя, и за Игорька моего нарожай…
Марья Васильевна подняла голову и погладила Александра по щеке.
– Ты приезжай ко мне с ними. Я их буду любить, как родных…
…На остановке за деревней Александр запрыгнул на подножку битком набитого ЛАЗика и помахал на прощанье рукой Марье Васильевне, которая стояла у автобуса.
– Я буду к Вам приезжать! – крикнул он и скрылся внутри автобуса.
Дверь ЛАЗика со скрежетом закрылась. Он тронулся с места.
Прильнув к окошку, Александр продолжал махать Марье Васильевне.
Мать Кошкина смотрела удаляющемуся автобусу вслед.
Она подняла правую руку, перекрестила Александра и прошептала:
– Храни тя Бог.
***
Ирина подошла к белой кирпичной будке КПП госпиталя имени Бурденко, остановилась рядом с ней и посмотрела на наручные часы. Девушка заметно волновалась.
Дверь будки открылась, и на ее пороге вырос дежурный по КПП – седой, полный прапорщик предпенсионного возраста с большими черными усами.
Ирина стояла к нему спиной, но прапорщик сразу узнал ее и довольно ухмыльнулся в усы.
Слегка прихрамывая, дежурный по КПП спустился по ступенькам крыльца и подошел к Ирине. Застыв за спиной девушки, он негромко кашлянул.
Ирина обернулась и, тоже сразу узнав его, приветливо улыбнулась.
– Здравствуйте.
– Здравствуй, - прапорщик хитро прищурился. – Не забыла меня?
– Разве Вас забудешь!
– Ирина зарделась.
– Большое Вам спасибо. Что пропустили меня в госпиталь. Тогда, ночью…
Дежурный по КПП махнул рукой.
– Да не за что!
Он с любопытством посмотрел на Ирину.
– Ну что, поправился твой… жених?
Ирина радостно кивнула.
– Да. Его уже выписали.
Брови прапорщика удивленно взлетели вверх.
– А что ты тогда тут делаешь?
– Он проходит медкомиссию. Военно-врачебную.
Дежурный по КПП хмуро почесал в затылке.
– Комиссия – дело серьезное, - он покосился на свою ногу.
– Я год назад тоже проходил ВВК, после ранения…
Прапорщик вздохнул.
– Чуть не комиссовали, заразы.
Ирина испуганно прижала ладони к лицу.
– А что? Его тоже могут… комиссовать?
Дежурный по КПП пожал плечами.
– Шут их знает, этих докторов. Кого признают годным, кого – нет.
Прапорщик участливо посмотрел на Ирину.
– Как повезет.
Дверь будки распахнулась, и на крыльцо КПП вышел Александр.
Он увидел Ирину и радостно улыбнулся. А потом вскинул обе руки вверх и громко крикнул:
– Признали годным к прохождению службы! И в мирное, и военное время!
Сбежав по ступенькам вниз, Александр шагнул к Ирине. Она бросилась ему навстречу. Александр и Ирина обнялись, и он поцеловал ее в губы.
Дежурный по КПП стоял в стороне и, улыбаясь в усы, растроганно смотрел на влюбленных…
…В этот миг ни Александр, ни Ирина еще не знали, что через год после свадьбы, которую они сыграют в конце лета, у них родится сын, которого они назовут Валерой. Что после окончания Академии имени Фрунзе Александру придется часто переезжать с одного места службы на другое – из Пскова в Кировабад, из Кировабада – в Болград, из Болграда – в Тулу… И в Афганистане ему тоже придется побывать еще раз – уже после того, как Советские войска будут выведены оттуда: в 1992-ом году его парашютно-десантный полк будет эвакуировать из Кабула персонал посольства России и Миссии ООН… А когда Александру исполнится сорок пять, он станет командиром Тульской дивизии – той самой, которой когда-то командовал его отец - и получит звание генерал-майора. Александр и Ирина не знали, что их единственный сын пойдет по стопам отца, но прежде чем поступить в Рязанское училище ВДВ, захочет отслужить хотя бы год срочной службы и после «учебки» попадет в батальон Новороссийской дивизии Воздушно-десантных войск в Каспийске. В тот самый батальон, который 7 августа 1999 года выдвинется к Ботлиху и преградит дорогу бандитам Басаева и Хаттаба, вторгшимся из Чечни в Дагестан. Рядовой Валерий Сухоруков примет участие в знаменитом штурме высоты «Ослиное ухо», и, едва уцелев в этом бою, будет потом за проявленное в нем мужество удостоен звания Героя России. А поздравить его с высокой наградой в госпиталь, где будет находиться израненный Валерий, придут с родителями его дед - генерал-лейтенант в отставке Василий Егорович Сухоруков - с Татьяной Ивановной.
…В погожий летний день 1981 года Александр с Ириной еще ничего этого не знали. Но, как и все влюбленные, верили, что впереди у них – долгая и счастливая жизнь…