Чтение онлайн

Новый страж был настолько уродлив, что мы затрудняемся толком описать его. Короткие кривые ноги и безмерно длинные руки. Огромный горб на спине и похожий на горб вырост на груди. Голос звучал подобно крику павлина; уши походили на обезьяньи, лицо имело сходство с мордой бульдога; рот напоминал жерло печи, а по краям его одиноко торчало несколько зубов, цветом и размером напоминавших лошадиные. Рыжие спутанные волосы имели сходство с лисьей шерстью; из-за злого нрава его нередко сравнивали с волком, а из-за кровожадности — с тигром. Одним словом, глядя на него, трудно было догадаться, к какому роду — человеческому или же звериному — принадлежал сей субъект. Увидев столь ужасное создание, обе дамы в страхе отшатнулись, но изменить ничего не могли: кошмарное существо назначили их сторожем.

— Штольбах, — говорил тем временем Шиндерс, — вам поручено не только надзирать за этими женщинами, но и следить, чтобы они исправно выполняли свою работу: мне не терпится вернуть их капризнице-природе, по ошибке исторгнувшей их из лона своего на землю…

Заперев дверь темницы, оба достойных разбойника удалились.

— Полагаю, дорогая Батильда, — проговорила Аделаида, — теперь даже твои надежды рухнули.

— Нет, сударыня. Обстоятельства наши не изменились, но почему надобно терять надежду?

— А тебе не кажется, что сей ужасный страж сделает нашу жизнь совершенно невыносимой?

— Нет, не кажется; напротив, он — в отличие от предыдущего — может оказаться нам полезным. А нам, сударыня, очень нужна помощь, ибо без помощи нам отсюда не выбраться.

— Ты права, но вряд Штольбах согласится нам помочь. Лицо человека — это отражение его души; а на что можно надеяться, имея дело с таким монстром?

Две недели прошли в тревоге и слезах; и вот как-то раз Аделаида, кою печаль полностью лишила сил, утром не встала с постели и сказала Батильде, чтобы та работала одна, а она более не в состоянии ничего делать. В час приема пищи Штольбах под каким-то пустяковым предлогом вызвал Батильду в сад.

— Возвращайся скорее, — напутствовала ее Аделаида, — я очень плохо себя чувствую.

Пообещав вернуться, как только узнает, что хочет от них стражник, Батильда побежала в сад. Прошел час, а она все не появлялась; тогда Аделаида встала и пошла за ней; она нашла Батильду в слезах.

— О дорогая госпожа моя, — протягивая к Аделаиде руки, рыдала Батильда, — если бы вы только знали, какую цену потребовал негодяй за нашу свободу!

— Не представляю… что он тебе сказал?

— Что без помощи нам бежать не удастся, и он готов нам помочь… но, ах, дорогая госпожа моя, он потребовал, чтобы за помощь его я заплатила своей честью!

— Останемся, останемся здесь, Батильда. Лучше смерть, чем бесчестье.

И принцесса повела Батильду в башню. Едва успели они войти, как появился Штольбах с двумя мужскими костюмами в руках.

Повесив костюмы на стул, стражник обратился к Батильде:

— Девица, вижу, лицо мое внушает вам неизбывное отвращение: окажись Небо ко мне более благосклонно, быть может, вы бы не отказали мне. Так как исправить содеянное Небом я не в силах, я не стану требовать от вас невозможного. Я готов помочь вам бежать и даже принес вам одежду, чтобы вы могли изменить свой облик. За это я потребую награду, в которой, полагаю, вы мне не откажете. Я знаю, у вас есть деньги, поэтому вам придется заплатить мне за услуги. Каждая даст мне по двести флоринов, и я готов сопровождать вас до тех пор, пока вы не окажетесь в безопасности.

— О Штольбах, как вы благородны! — воскликнула Аделаида. — Вы сняли с души моей огромное бремя! Сумма, кою вы требуете, сейчас обременительна для наших кошельков, но так или иначе, мы отдадим ее вам полностью.

В страхе и недоумении взирала Батильда на свою госпожу.

— Молчи, так надо, — быстро шепнула Аделаида, повернувшись к Батильде, — да, дитя мое, так надо! У нас нет других возможностей…

И Штольбах немедленно получил запрашиваемую сумму в золоте и бриллиантах.

— Теперь живо одеваться, — произнес стражник, — время дорого. Мне еще надобно позаботиться о собственной безопасности. Что, если внезапно явится Шиндерс и застанет нас вместе?

Переодевание не заняло много времени. Штольбах открыл ворота, обе женщины сели в лодку, и стражник повез их через пруд к берегу, где начиналась тропа, ведущая в лес. Прежде они ехали по ней на лошадях, но сейчас, когда им пришлось идти пешком, они быстро выбились из сил. Прощаясь с ними, Штольбах посоветовал им идти в мужском платье до самого Франкфурта, дабы их никто не узнал; дав сие наставление, он повернул назад.

Поднявшись на вершину горы, беглянки увидели притулившийся там крошечный трактир. Усталые и голодные, они зашли поесть и отдохнуть, а затем принялись разглядывать друг друга.

— Ах, дорогая подруга, — вздохнула принцесса, — как нам вести себя в мужском обличье? Сейчас нам грозит еще большая опасность, чем прежде. Если наш маскарад обнаружат, нас примут за бродяжек, а так как нам надо хранить тайну, то жаловаться будет некому. Вещи наши пропали; к счастью, у нас остались еще кое-какие средства, помимо тех, что мы отдали нашему освободителю. Идем, положимся на Провидение; до сих пор оно нас не покидало, так будем же надеяться, что не покинет и впредь.

Выйдя из трактира, они в замешательстве остановились, не зная, в какую сторону повернуть.

— Дети мои, — обратился к ним проходивший мимо старец, — вижу, вы никак не можете решить, какой дорогой вам идти. Идемте со мной, у меня в доме вы найдете покой и отдых, а на досуге сможете подумать, какой путь вам выбрать.

Похоже, старец принял их за искателей приключений.

— Нам не требуется ни помощи, ни пристанища, — ответила принцесса. — Сами мы родом из Франкфурта; бандиты напали на нас, ограбили и забрали наших лошадей, и мы вынуждены пешком возвращаться домой.

— В таком случае, — произнес отшельник, — вам у меня будет очень хорошо; домик мой стоит возле самой дороги, что ведет во Франкфурт, и вы, без сомнения, быстро найдете себе достойных попутчиков.

— Послушай, — шепнула Аделаида своей спутнице, — почему бы нам действительно не последовать за этим старцем? Если он окажется порядочным, мы доверимся ему, и он, быть может, даст нам совет или даже поможет выпутаться из положения, в котором мы очутились.

И, приняв предложения старика, они пошли следом за ним. Через пару часов они пришли к аккуратному домику с соломенной крышей; неподалеку журчал прозрачный ручей, а в четырех сотнях шагов, за густой липовой рощей, пролегал широкий тракт.

Когда путники вошли в дом, отшельник предложил им молока и фруктов.

— Хлеба у меня нет, — произнес он, — но надеюсь, что благодаря щедрости путников он у меня будет. Пока же прошу вас подкрепиться тем, что есть, а я постараюсь, чтобы завтрашняя трапеза оказалась менее скудной.

Гости переночевали на ложе из соломы, а ранним утром хозяин дома, собравшись уходить, посоветовал им набраться терпения и дождаться его возвращения.

— Вот, — сказал он, — кувшин с молоком и корзина с фруктами. Ешьте, друзья мои, к вечеру я принесу свежей еды, дабы в моем доме вы ни в чем не нуждались. Однако покидать его я вам не советую: на дорогах кишат разбойники. Дождитесь меня: когда я вернусь, я помогу вам добраться до Франкфурта.