Чтение онлайн

Жаль. А ведь я подумала… Ладно, не об это сейчас надо бы родным дать знать, что я нашлась!

Дверь в кабинет отворилась, чуть ли не спинка и в проеме появилось разгневанное лицо отца.

— Не поминай лихо… — шепнула я едва уловимо.

Честно, увидев такие родны и колючие глаза отца, мне захотелось втянуть голову в плечи. Лекс же, напротив, подтянулся, словно вышколенный солдат. Самоубийца! Бежать, только бежать…

— Ну, здравствуй! — протянул папа напряженно.

Эм-м-м, не поняла, это он ко мне так обратился? Парень даже бровью не повел.

Сижу, ресничками ураганы поднимаю и нифига не понимаю. Почему отец так зол? Что не так?

— Выйди! — четко скомандовал папа, и теперь, почему-то, сомнений не возникло, к кому именно он обратился.

Лекса, словно ветром сдуло, все-таки инстинкты — это наше все! Нет, он героически попытался что-то возразить, но наткнувшись на замораживающий, тяжелый взгляд застывшего в дверях демона вылетел пулей из кабинета. Предатель!

— Теперь поговорим, — процедил отец, и устало упал в соседнее кресло.

Я же основательно выпала из реальности. Мысли, словно испуганные львом лани, разбежались по углам. Что здесь, черт возьми, твориться?

Похлопав рукой по карманам пиджака, отец выудил пачку сигарет с зажигалкой. Достал одну сигарету, подкурил, глубоко затянулся и медленно выдохнул густой и терпкий дым

Офигеть! Я даже закашлялась. Непонятно только, от удивления или от раздражающего дыма. Никогда бы не подумала, что отец курит.

Разглядывая меня с нескрываемым интересом, он сидел напротив и хмурил брови.

— Па, что случилось? — наконец-то отмерла я и задала, самый насущный вопрос. Нечто невероятное и не укладывающееся в голове творилось вокруг, а я чувствовала себя маленькой соломинкой в бурном водовороте. Потерянной и ничего незначащей.

— Может, ты мне расскажешь? — нейтральным голосом спросил он и снова затянулся.

Сквозь тонкую завесу дыма на меня смотрело чужое существо, тщательно просчитывающее каждое движение и отслеживающее малейшую реакцию.

Бездна! Меня раздирали на кусочки, совершенно противоречивые желания: одна часть меня рвалась к отцу, стремясь обнять его и спрятаться в объятиях; другая же вопила — берегись его и беги, унося ноги!

— Что? Я ничего не понимаю! — выдавила я сквозь ком обиды в горле.

— Ой, только вот этого не надо! Кто ты? Что ты сделала с моей дочерью?

— Я?.. — возмущению не было предела. Задохнувшись в миг, расширенными от ужаса глазами я смотрела на отца и не могла найти ему оправдания. Да фиг с ним, с тем оправдание, даже хоть сколько-нибудь логичного объяснения его поведению не было.

— Ты! — рыкнул отец. — Что ты за тварь такая?

Ледяная корка отчуждения дала трещину и на папином лице появилась смертельная усталость, а в глазах невыносимая тоска.

— Создатели, как же ты на нее похожа. Я не вынесу этого!.. — шепнул он и растер ладонями лицо. — Где сейчас Дана? Что ты сделала с моей малышкой?

Вот так да!.. И ведь не поспоришь. Сколько бы ни доказывала с пеной у рта, что я это я, он ведь не поверит. Только больше утвердиться в своем убеждении.

От жалости защемило сердце, так захотелось утешить папу, сказать ему, что все будет хорошо. Только, даже наивная Белка в данной ситуации не поверила бы этому.

— Па, но я же… Как? Кто тебе?.. — слова застревали в горле, а мысли путались, словно спутанные нитки.

— Даже не пытайся!

— Но ведь это же я!!! — заорала на пределе и ударила рукой о подлокотник.

— Ну да, а как же.

Озарение, не иначе, пришло, откуда не ждали. Ладони сжались в кулаки, а температура в кабинете упала градусов на десять. Прямо, холодом повеяло, будто морозный воздух ворвался в помещение. Ледяное спокойствие окутало разум, а растрепанные нервы успокоило прохладой.

— Майкл! — зашипела я, хуже ядовитой змеи. — Убью, тварь! Воскрешу и снова убью. Скотина!!! Если ты меня чувствуешь или слышишь — знай, умирать ты будешь долго и мучительно, переживая все то, на что меня обрекал и моих близких.

Не знаю, почудилось мне или случилось на самом деле, но тьма, взметнувшаяся в душе, схлынула, унося с собой обещание. Будто это была смертельная клятва или проклятие.

Надеюсь, что мне не почудилось, потому что, кроме него никто не мог просветить отца по поводу запланированного ритуала? Когда он это сделал? Зачем? Что успел наговорить? Какие цели преследовал? Почему отец поверил этому шизофренику?

— Гр-р-р… — зарычала я, вскакивая с кресла. — Как таких козлов еще земля носит? Чтоб его бездна пожрала! Сволочь!!!

Понимание плачевности ситуации вернула в душу панику, испуг, ярость. Они даже не сменяли друг друга, а накинулись на меня сворой. Мои метания по кабинету даже отца привели в чувства. Затушив сигарету в недопитом Лексом кофе, он вперед подался, удивленно разглядывая меня.

— Как ты мог ему поверить? — закричала я, не в силах совладать с чувством обиды. — Что он тебе сказал?

Это во мне говорила — не Видана Нестерова, а нечто новое, та, которой еще не было имени.

— Он дал исчерпывающий комментарий по поводу твоего похищения. И усомниться в правдивости его слов — повода не было. Хотя, теперь я с выводами торопиться не стану.

— Как это произошло?

— Хм, хотел бы я знать! Он сам пришел, и подробно изложив намеченный план — тихо удалился. Судя по всему, в живых меня оставил, только для того, чтоб наблюдать, как я мучаюсь в бессильной ярости.

— Но как?.. — конец вопроса, просто-таки застрял в горле, стоило только вспомнить, как Майкл сделал из меня форменную куклу.

Даже думать не хочу, что он сотворил с отцом и почему не убил. Хвала Создателю и врожденному тщеславию Майкла, не будь этого…

— Ну не тварь ли? О-о-о-о, как же я рада, что поломала ему все планы. Прям, бальзам на израненную душу.

— Дана?.. — тихо спросил отец. Сколько надежды было в его голосе, затаенной горечи, переживаний — слов не хватит, чтоб передать.

— Мама об этом знает?

Как жалко стало родителей в этот момент — описать не могу. В жизни сердце ни разу так не щемило. Родные мои, сколько от меня проблем — врагу не пожелаешь. А впереди еще…

— Нет! Я никому не говорил о том визите.

— Па, кто бы сомневался! — прошептала я, сморгнув одинокую слезинку.

Выдохнув, опустилась в кресло и, закрыв глаза, откинулась на спинку. Расскажу, все, как есть. Пусть сам судит, верить или нет. Только не хочу следить за реакцией на мои слова. Надеюсь, сердце ему скажет, где правда.