Чтение онлайн

Впустить ее в себя? Но она и так есть часть меня. Раствориться во тьме полностью? Нет, я пока не решусь. Так хоть душа, рвущаяся на свободу, прочь из сковывающего ее тела, получит желаемое. В противном случае могло и ее не остаться.

Тупое глазение в потолок прервал скрежет открывающейся двери. Видимо ее давно не смазывали или вовсе не пользовались.

Черт! О чем только думаю? Закрыв глаза, я прикинулась ветошью, хотя это не составляло особого труда.

Заскрежетала решетка и теплые пальцы коснулись щеки. Призвав все свое самообладание в помощь, я сдержала судорожный всхлип. Каких усилий стоило мне продолжить лежать неподвижно, даже описать не берусь. Мимолетное прикосновение вызвало буру эмоций. Знакомый запах пощекотал нос, вынуждая заметаться в панике мой разум.

— Упрямая… — тихо шепнул на ушко Майкл, согревая дыханием кожу. — Глупая, наивная и упрямая, как ослица.

С уверенностью в том, что он не мог почувствовать мое состояние, я продолжила неподвижно лежать. Ума не приложу почему, но я была уверенна, что добра от демона, упекшего меня в эту камеру ждать не стоит. Сердце же отказывалось верить в это и рвалось из груди.

— Ничего, уже недолго осталось. Скоро ты будешь принадлежать только мне, и все вокруг будет моим. Никто не сможет помешать! — легкое сумасшествие сквозило в его словах.

Лихорадочный смех разорвал тишину камеры, эхом отражаясь от пустых стен. Вот после этого мне стало реально страшно. Он же псих!

— Скоро, очень скоро… — чуть ли не шипя, протянул он и продолжил с другой интонацией. — Тару пора убрать!

— Но как?.. — снова это шипение и ситуация повторяется. — Она же бесполезная. Толку и было, что воскресить мятежный дух.

— Да уж, но вопрос не снимается. Как ее убрать?

Очешуеть! Он же реальный шизофреник. А демоны вообще страдают психическими расстройствами? Может, он вообще раздвоением личности приболел? Ну, судя по беседе 'умных с красивыми' — это так и есть.

Жесть, как я раньше этого не замечала?

Черт! Черт! Черт!

— Сфера, она нам тоже не нужна! — захотелось придушить этого шипящего придурка. Это же души наших миров! Как он собирается владеть мирами, которых не будет.

От понимания в какую задницу я угодила, захотелось завыть в голос. Ну почему я такая невезучая? Как теперь можно сложить лапки и спокойно кануть в небытие, если тут такие перспективы обрисовываются?

— Да-да-да, вот эту идею надо обдумать.

Тебе бы к психиатру записаться, а не на подобные темы размышлять.

Мать моя ведьма! Точно… Как я раньше не поняла! Тогда говорила Тара, только я никак не могла связать ее с Майклом.

Снова горячее дыхание обожгло висок. Судя по всему, этот сохатый сидел на корточках у изголовья кровати, на которой я лежала. Беда…

Проваливал бы ты дружок, а то ведь нервный у меня не железные.

Чуть не рассмеялась в голос над собой. И что я ему могу сделать в таком-то состоянии? Разложиться у ног? Вот же дура!

Придушив в зародыше все эмоции и чувства, взметнувшиеся в душе, я попыталась абстрагироваться от происходящего вокруг. Не хватало еще выдать себя для пущей радости этого козла.

Насколько же я была слепа, чтоб не заметить изменений! Когда он стал таким? Просто поверить не могу, что Майкл в момент нашего знакомства был психом. Хотя, чему я изумлюсь? Я в себе-то разобраться не могу, куда мне других судить!

Хватит размышлять на отвлеченные темы, надо думать, как выплывать из этого дерьма.

— Все же занятное предложение, только как заманить Тару в этот проклятый зал? Может сказать ей, что ее воскрешение можно провести именно там? — более вменяемая половина Майкла выдала гениальную идею и ждала согласия от шипящей.

— Не поверит. Она знает, что это не сработает сейчас. Меня-то она воскрешала и не тебе дурачить продуманную стерву. Сколько эта тварь повидала за свою жизнь нам и в страшном сне не приснится.

— Думаешь?

— Знаю!

Краем уха, прослушав умопомрачительный диалог, назрело два вопроса: что означает воскрешать и кто этот второй в теле Майкла? Теперь уже не осталось сомнений, что с этим демоном не все так просто.

От переизбытка чувств в голову лезли одни ругательства. Причем, такие изощренные, я даже пожалела о том, что не могу высказать их вслух.

Странная догадка всплыла в сознании, словно озарение. Вот значит, почему Тара переживала за меня. Боялась, что я не восстановлюсь. Тварь! Я, судя по всему, мало ее интересую. Мое тело — главная цель.

Ха-ха-ха, и что получается? Я потом буду ходить, как Майкл и со вторым сознанием согласие искать. Н-да, можно еще стенам улыбаться и с мебелью беседовать.

Хотя, сильно сомневаюсь, что эта коза даст мне возможность поселиться рядом с ней. Захапает мое молодое тельце старушенция и буде…

Твою…! О чем я думаю? Бежать!!!

— Скоро, дорогая, уже скоро…

Холодные губы коснулись лба, а меня чуть не передернуло от отвращения. Бее-е-е, будто скользкое и холодное земноводное облобызало!

Фу, мерзость какая!

Скрипнула дверь захлопывающейся клети, а за ней вторая и меня наконец-то оставили в покое. Никогда не думала, что буду рада, избавится от общества Майкла, но видимо пришило время.

Тишина, ну сама Создателю! Только звук капающей воды нарушал иллюзию спокойствия.

Открыла глаза и глубоко вздохнула, решаясь на очередное издевательство над собой. Точнее, над собственным телом. Некогда предаваться размышлениям и душевным терзаниям. Как только окажусь в безопасности, тогда и поплачу над разбившимися надеждами, а пока надо унести бренное тельце от загребущих лап Тары.

Глухой «шмяк» разорвал тишину в камере, и я судорожно втянула воздух в ушибленные легкие.

Черт! А высоковато было падать, но уже поздновато об этом думать.

Закашлялась и попыталась перевести свое положение в пространстве. Валяться тряпичной куклой хорошо, но и о цели забывать не стоит.

Как же тяжело быть ветошью! Руки, словно плети, соскальзывали с края топчана, да, с кроватью я погорячилась. Как есть — топчан обыкновенный, еще и грубое покрытие. Здешние тюремщики явно не заботились об удобстве заключенных. Судя по всему, в онемении конечностей этот предмет интерьера сыграл не последнюю роль.

Каких трудов мне стоило поднять свою обессиленную тушку, даже сказать не берусь, только жутко захотелось наградить себя медалью за заслуги, не меньше.

Села, выдохнула, огляделась. Беда…