Чтение онлайн

Возникновение термина «адвокат» традиционно связывается именно с судебной практикой в Древнем Риме. Сам термин происходит от латинского слова advocatus, под которым в республиканском Риме подразумевались друзья и родственники тяжущегося, сопровождающие последнего в суд и дававшие ему советы во время заседания. В строгом смысле описываемая категория лиц оказывала обвиняемому не юридическую, а психологическую помощь. В эпоху Империи термин «адвокат» приобрел более «техническое» значение – «правозаступник», которое сохранилось и до сих пор.

Лаудаторы занимали среднее положение между защитниками и свидетелями. Например, они не сообщали факты, раскрывающие суть дела, а говорили о личных, положительных качествах обвиняемого[6].

Наиболее весомую роль в оказании юридической помощи в уголовном процессе играли патроны. Именно они представительствовали в суде, держа речь в защиту обвиняемого. Однако не всегда приходится говорить о патронах как о юристах-профессионалах. Чаще всего это были достойные граждане, сведущие в ораторском искусстве, а их деятельность носила скорее общественный, чем профессиональный характер. Последнее подтверждает и тот факт, что патроны не получали вознаграждения, а лишь имели право принять почетный подарок от своего клиента по окончании дела. Отсюда и название вознаграждения юристу, который представительствует в суде – гонорар.

При ведении гражданских дел юридическая помощь оказывалась в форме представительства, общее же понятие последнего в Римском праве звучало так: «Когда какое-либо действие может быть совершено известным лицом с непосредственными или посредственными последствиями для другого лица, то между лицом действующим и представляемым предполагается известное представительное отношение». Допуск представителей в судебный процесс Древнего Рима продвигался очень медленно. Правовая аксиома «никто не может искать по закону от чужого имени» (Nemo alieno nomine lege agere potest) делало представительство довольно затруднительным. Но потребность сторон в юридической помощи при ведении гражданских дел послужила причиной изменений и в гражданском процессе.

Представительство в Древнем Риме ставило перед собой две основные задачи: защиту прав лица, по каким-либо причинам не имеющего возможности защищать их лично, и оказание юридической помощи. В той или иной мере в любых формах представительства данные цели реализовывались совместно и с весьма небольшими различиями, в одних случаях преобладала первая задача, в других – вторая.

На практике представительство осуществлялось в двух случаях. Защита прав лица, по каким-либо причинам не имеющего возможности защищать себя лично, осуществлялась в строго оговоренных ситуациях. Например, раб, который был убежден, что его лишили свободы незаконно, не мог сам оспаривать это в суде (рабы не являлись субъектами права). В данном случае его интересы в суде защищал именно представитель.

Кроме того, активно осуществлялось представительство юридического лица. Последние являются правовой фикцией и потому нуждаются в физическом лице, которое будет их представлять. Данный вид юридической помощи существует и сегодня. Лица, лишенные дееспособности, малолетние, те же юридические лица для реализации своих прав нуждаются в представителе.

Представительство с целью оказания юридической помощи осуществлялось двумя категориями лиц: когниторами (cognitores) и прокураторами (procuratores). Когнитор был формальным представителем и назначался одной из сторон в присутствии другой. Когнитор утверждался претором, и его полномочия простирались на протяжении только одного процесса. Между когнитором и клиентом заключался договор.

Впоследствии функции оказания юридической помощи по гражданским делам стали переходить прокураторам. Прокуратор мог быть назначен без уведомления противной стороны, претора или судьи. Более того, в случае, если прокуратор предъявляет иск по поручению представляемого, истец не может обратиться в суд с тем же иском вторично. Полномочия прокуратора удостоверялись поручением, доверенностью или ратигабицией. Ратигабиция означала дополнительное одобрение определенных действий прокуратора.

Третья форма оказания юридической помощи в Древнем Риме – respondere. Она выражалась в высказывании мнения юрисконсульта по запросу частных лиц. Авторитет некоторых знатоков права имел такой вес и такое признание в обществе, что их консультации стали носить обязательный характер для правоприменителей, в частности для суда.

О праве на юридическую помощь в период существования феодальных государств в литературных источниках имеются довольно скудные сведения. Так, юридическая помощь в XI–XII вв. во Франции характеризовалась тем, что было распространено участие представителей (procureurs) в гражданских делах. В уголовном процессе обвиняемый был практически лишен юридической помощи. Сохранились сведения, что стороны могли пользоваться советами так называемых avant-parlirs или советами судьи. В XIII в. во Французском королевстве впервые возникает такое должностное лицо, как прокурор. Первоначально одной из основных функций прокурора было оказание юридической помощи истцу и ответчику по гражданским делам. Прокурора назначали в основном немощному тяжущемуся.

Первые упоминания об осуществлении юридической помощи в России можно проследить в середине XV в. на примере института поверенных. Согласно Псковской Судной Грамоте, поверенные осуществляли помощь отдельным слоям населения, если ими являлись: женщина, несовершеннолетний, монах, монахиня или человек, который «стар велми или глух». Такими «пособниками» могли быть родственники и иные частные лица.

Отсутствие внутрикорпоративного контроля за деятельностью пособников, привело к росту негативных тенденций в древнерусской адвокатуре: подача ложных исков, челобитных, необоснованное затягивание судебных процессов. В свою очередь, власти начали борьбу с «некорректными» методами поверенных.

Дополнительный приговор Ивана IV от 12 марта 1582 г. Установил: что кто будет в суде «говорить не по делу, и… его бив кнутьем, от суда отсылати и впредь к суду не пущати». Если поверенный «в суде стоя того продаст, за кого стоял… ино находящихся на службе у государя». Говорить о данных лицах как о юристах-профессионалах, разумеется, не приходится.

Однако некоторые факты свидетельствуют о наличии среди «пособников» определенных знатоков права, занимающихся представительством на полупрофессиональной основе. Так, среди поверенных наиболее часто встречались «холопи боярские». Они не только «ходят в доводах за своих государей», но и «наймутся в судех у иных». Точно так же «дети боярские, бегая от службы, ходят в суды за других». Можно с уверенностью говорить, что эти лица неплохо разбирались в правовых вопросах и действительно занимались оказанием юридической помощи.

Вообще, ученые-историки довольно скептически относятся к тому, как осуществлялась юридическая помощь на данном этапе ее развития в России. В литературе можно встретить такие высказывания: «Вот начало русской юриспруденции – начало весьма неблистательное: холопи защищают в суде права своих господ».

3.2. Адвокатура в период возникновения буржуазных отношений

Юридическая помощь в буржуазной Франции XIX в. оказывалась двумя группами профессиональных лиц: адвокатами и поверенными. Адвокаты являлись юридическими советниками своих клиентов и их правозаступниками. Функции адвокатов заключались в составлении наиболее важных судебных документов и произнесении защитительных речей в суде. Причем в гражданском процессе адвокат мог заменить недостающего судью.

Функции поверенных заключались в представительстве своего клиента путем сбора и подготовки фактического материала, поиске свидетелей и документов, подаче и получении судебных бумаг. Согласно Закону от 8 декабря 1897 г., защитник мог быть допущен к участию на предварительном следствии уже после первого допроса обвиняемого.

В Русском государстве в первой половине XIX в. отмечено более уверенное становление института юридической помощи в уголовном процессе. Так, на стадии предварительного следствия юридическую помощь привлекаемому лицу оказывали прокурор и стряпчий, которые «суть взыскатели наказания по преступлениям и вместе с тем защитники невиновности», т. е. в одном лице совмещался и обвинитель, и защитник подследственного. С этой целью прокурорам и стряпчим предоставлялось право истребования дел, предложение заключения по нему в суд. Большинство авторов полагают, что нельзя говорить о наличии в России полноценного института защиты в этот период[7]. Действительно, поверенным могло стать практически любое лицо, а ходатаями в основном были вообще темные дельцы-стряпчие, в которых ценилось именно умение находить «ходы-выходы» для выигрывания дел. В подобных условиях правовые познания были не так уж важны.