Чтение онлайн

– Избавимся?
– переспросил Виллерби.

– Вышлем ее куда-нибудь, где она не сможет повредить нам, и пусть себе делает карьеру на своей внешности. Кстати, мы дали ей нечто такое, чего не дал "Обсервер", - красоту. Она должна понимать это.

– Может, мне поговорить с ней?
– предложила миссис Белл.

– Нет, - решительно возразил Фасберже.
– Когда дело дойдет до разговора, я сделаю это сам. А пока, вероятно, лучше вообще ничего не говорить. Они и не подумают, что мы все знаем, и это даст нам в руки инициативу. Что же касается того отчета...

– Нельзя ли его уничтожить таким способом, который ни у кого не вызовет подозрения?
– спросила миссис Белл, подняв глаза на Виллерби.
– Скажем, пожар в квартире Пола Дарка? Ведь пожар - это чистая случайность...

Виллерби заерзал на стуле.

– Боюсь, что поджоги - это не совсем моя специальность.

– Но это можно устроить иначе. Совсем не обязательно вмешиваться лично. Допустим...

– Забудем о пожаре и насилии, - резко оборвал ее Фасберже.
– Есть более простые способы устраивать такие дела. Скажите мне, кто издает "Обсервер"? Не концерн ли "Стайн - Хеннингер"?

– Да, - подтвердила миссис Белл, - и мы помещаем немало объявлений в разных изданиях этого концерна, в том числе и в "Обсервер". Можно припугнуть их отказом...

– Объявления не трогайте. Мы не будем прибегать к угрозам, потому что, в конечном счете, это ударит по нам.

– Что же тогда делать?

Фасберже задумался, что-то соображая.

– Пока ничего. Дело в том, что Чарлз Хеннингер и я принадлежим к одному "Деловому клубу" на Пэл-Мэл. Возможно, будет лучше, если я спокойно побеседую с ним за хорошим завтраком. Я уверен, что Чарлз поймет те проблемы, с которыми нам приходится сталкиваться в промышленности и торговле, так же, как я понимаю его трудности в руководстве издательским концерном.

– И вы на самом деле считаете, что вам удастся повлиять на него?

Фасберже протестующе поднял руку.

– Дело не во влиянии. Все мы контактируем друг с другом в разных областях деятельности - мы должны это делать, чтобы остаться сильными и жизнеспособными. Иногда, бывает, между нами возникают конфликты по тем или иным вопросам. Но руководители всегда могут найти общий язык. Чарлз - глава концерна "Стайн - Хеннингер", и я уверен, что он так же, как и я, захочет избежать мелочного конфликта. Я сейчас же позвоню ему и приглашу позавтракать со мной в "Деловом клубе". А пока....
– Он быстро перевел взгляд с миссис Белл на Виллерби.
– А пока ничего не делайте.

Фасберже взялся за телефонную трубку.

– Благодарю вас, мистер Виллерби, за вашу бдительность, - добавил он. Надеюсь, вы и дальше будете докладывать мне обо всем.

– Конечно, - ответил Виллерби.

Тон Фасберже вдруг стал официальным.

– Желаю вам удачи, - сказал он, показывая всем своим видом, что разговор закончен.

Виллерби понял намек и пошел из кабинета. Следом за ним вышла и Аманда Белл.

Фасберже подождал ответа дежурной на коммутаторе и сказал:

– Соедините меня с Чарлзом Хеннингером, главой издательского концерна "Стайн - Хеннингер".

Он с самодовольным выражением положил трубку и удобнее расположился в кресле в ожидании звонка телефонистки.

***

Это был великолепный, с любой точки зрения, завтрак, и к тому же достаточно дорогой. Распорядители "Делового клуба" давно уже поняли, что изысканность блюд соответствует солидным разговорам. Фасберже щедро заказывал коктейли и вина, и за столом все время царила откровенная, непринужденная атмосфера. Дружеский разговор переходил с конных скачек на политику, с космических ракет на женщин, и во всех этих вопросах Чарлз Хеннингер проявлял полную осведомленность.

Хеннингер был маленький и подвижный человечек лет около шестидесяти, выхоленный и безупречно одетый, с круглым лицом, будто перерезанным тонкими губами. Более тридцати лет назад он нанялся на службу в небольшую издательскую фирму, владельцем которой был Роджер Стайн. После смерти Стайна, во время войны, Хеннингер был уже, по сути, полновластным самодержцем издательской империи "Стайн - Хеннингер", но он больше интересовался бухгалтерией, чем журналистикой. Его знакомство с типографским делом ограничивалось отпечатанными на машинке листами финансовых отчетов, а успех того или иного журнала определялся для него только тиражом и прибылями от рекламных объявлений. Он почти не знал в лицо никого из редакционных работников, оставляя оценку их способностей на ответственных редакторов. Ближайшим его сотрудником был главный бухгалтер концерна.

В конце завтрака, после короткого непринужденного разговора о гольфе, Фасберже сказал:

– Кстати, Чарлз, я хотел поговорить с вами по одному небольшому делу. Это касается нового изделия нашей фирмы, которое мы скоро выпустим в продажу.

Хеннингер принял заинтересованное выражение лица.

– Буду чрезвычайно рад, Эмиль, если смогу чем-нибудь вам услужить.

– Так вот, - сказал Фасберже, подав знак официанту принести сигары, - вы понимаете в экономике и хорошо знаете, как трудно бывает продвинуть новый товар на переполненный рынок. Но на этот раз мы надеемся одержать полную победу. Речь идет о косметическом креме под названием "Бьютимейкер".

– Хорошее название, - одобрительно заметил Хеннингер.

Очень хорошее...

– Понятно, что этому предшествует широкая рекламная кампания в печати и на телевидении. Большинство ваших журналов помещает огромные рекламные объявления о креме "Бьютимейкер", особенно "Обсервер", который весьма распространен среди определенной группы читателей.

В глазах Хеннингера отразилось удовлетворение.

– Нам удалось найти блестящий рекламный ход. Мы берем обыкновенную некрасивую девушку, подвергаем ее курсу Лечения одной из активных составных частей крема, и, хотите верьте хотите нет, она в течение нескольких недель превращается в сказочную красавицу.

– Фототрюк, - улыбнулся Хеннингер. Официант принес сигары. Оба собеседника отрезали кончики и закурили.

– Представьте себе, что это вовсе не фототрюк, - объяснил Фасберже.
– Мы действительно делаем девушку красавицей, то есть совсем изменяем ее внешность. И это настоящая правда.

– Вы и в самом деле уже так сделали, Эмиль, или это только ваше намерение?

– Мы сделали это, Чарлз. Опыт уже завершен. Все зафиксировано на пленке и готово для телевидения и прессы. Хеннингер поднял брови.

– Да, это любопытно. И теперь, конечно, вы хотели бы осветить это в прессе, в дополнение к рекламным объявлениям.

– Нет, - твердо ответил Фасберже.
– Нам менее всего нужны какие-либо комментарии прессы. Но мы придаем чрезвычайно большое значение рекламе этого чудесного препарата. Одно лишь, остается нашей тайной. Каким способом достигнуто это удивительное перевоплощение. Но оно абсолютно подлинное.
– Он понизил голос почти до шепота.
– Вам я, конечно, могу сказать, Чарлз. Весь секрет в новом препарате под названием стимулин, который применяется в соединении с другими сложными веществами. Это и преобразило серенькую некрасивую девушку в ослепительную красавицу. Каждый тюбик крема "Бьютимейкер" содержит определенный процент стимулина.