Чтение онлайн

И все же до сих пор у большинства людей при слове «раб» возникает образ чернокожего африканца. И это тоже одно из последствий работорговли.

В течение многих поколений люди узнавали Африку сквозь призму работорговли. Мир не слышал о пышном богатстве древней Ганы, о могуществе средневекового Бенина и Сонгай. Была известна Африка работорговцев и невольников. Отсюда во многом брала начало концепция неисторичности африканских народов, и в умах миллионов людей, отнюдь не расистских воззрений, сложилось убеждение, что африканцы — люди невысоких умственных возможностей, способные выполнять лишь неквалифицированную работу.

Оформление расовых предрассудков в теорию расизма произошло в конце XVIII в., когда почти во всех странах Европы и в США шла борьба за запрещение работорговли.

С самого начала своего существования расизм имел «служебный» характер. Его возникновение было вызвано желанием оправдать угнетение одной расы другой и доказать необходимость этого.

В начале XIX в. расизм особенно не проявлял себя. Начавшийся колониальный раздел мира послужил новым толчком для его дальнейшего развития. Особенно благоприятная почва для расистской идеологии и практики была создана деятельностью колонизаторов в Африке и борьбой плантаторов-рабовладельцев за сохранение рабства в США. Во время территориального раздела Африки расизм был взят на вооружение колонизаторами, чтобы оправдать теперь уже колониальное рабство африканцев.

Современная наука, если подходить действительно с научной точки зрения, легко опровергает любые домыслы расистов. И все-таки расизм — это, по словам У. Дюбуа, «самое ужасное наследство рабства негров» — существует до сих пор.

В 1967 г. вопрос о расах и расизме обсуждался на заседании ЮНЕСКО. Была принята Декларация о расах и расовых предрассудках, где, в частности, отмечалось, что «расизм препятствует развитию тех, кто от него страдает, развращает тех, кто его исповедует, разделяет нации между собой, усиливает международную напряженность и угрожает миру во всем мире».

В 1978 г. ЮНЕСКО вернулась к обсуждению вопроса о расах и расизме и была принята Новая декларация о расах и расовых предрассудках. В ней, в частности, говорится: «Все народы мира обладают равными способностями, позволяющими им достигнуть самого высокого интеллектуального, технического, социального, экономического, культурного и политического развития».

«Расизм — социальный феномен, — говорит Г. Аптекер. — Он имеет свою историю, т. е. начало, развитие и, я убежден, конец» [270, с. 75]. Действительно расизм не вечен, но если времена работорговли ушли в прошлое, то расизм живет и в настоящее время.

Работорговля, имевшая столь тяжелые последствия для Африки, способствовала развитию и расцвету стран Европы и Америки.

Существовала тесная связь в эпоху первоначального накопления между рабством, колониальной системой, развитием торговли и возникновением крупной промышленности. «Подобно машинам, кредиту и т. д., прямое рабство является основой буржуазной промышленности. Без рабства не было бы хлопка: без хлопка немыслима современная промышленность. Рабство придало ценность колониям, колонии создали мировую торговлю, мировая торговля есть необходимое условие крупной промышленности.

Без рабства Северная Америка, страна наиболее быстрого прогресса, превратилась бы в патриархальную страну» [222, с. 135]. «Вообще, — писал К. Маркс, — для скрытого рабства наемных рабочих в Европе нужно было в качестве фундамента рабство sans phrase (без оговорок) в Новом Свете» [221, с. 769].

Сказочные богатства плантаторов Вест-Индии и Америки были созданы руками африканцев, сотни тысяч которых погибли в жесточайших условиях плантационного рабства.

Наибольшую выгоду от работорговли получили обе Америки. Основы сегодняшнего экономического могущества США были заложены во времена работорговли на костях сотен тысяч африканцев.

«Всем, что есть в Америке хорошего, мы обязаны Африке», — говорил один из американских общественных деятелей XVIII в. «Негры — главная опора Нового Света», — поддерживали его современники [440, с. 9, 38].

Наряду с индейцами — единственной автохтонной расой Америки, наряду с потомками некогда иммигрировавших в Новый Свет европейцев потомки бывших невольников-африканцев могут с полным правом считать Американский континент своей родной землей. Как индейцы и индийцы, как «белые» жители Американского континента, афро-американцы были и есть творцы истории тех стран, гражданами которых они являются.

Потомки рабов-африканцев стали выдающимися учеными, общественными деятелями: имена Уильяма Дюбуа, Поля Робсона, Мартина Лютера Кинга и другие называют среди лучших представителей человечестваа.

Африканцы, оторванные от родины, проданные в рабство и привезенные на чужую, суровую для них землю, отдали мачехе-Америке не только свой труд. Они принесли в Новый Свет свою культуру, свои обычаи и верования, свое искусство.

Можно предположить, что приблизительно в начале XIX в. постепенно, в процессе совместной работы на плантациях, рудниках, борьбы против плантаторов начали преодолеваться некоторые племенные отличия. Языки колонизаторов помогли преодолеть языковой барьер, поскольку невольники были уроженцами различных районов Африки и не всегда понимали друг друга. Последовавшая затем отмена рабства, уход в некоторых колониях невольников с плантаций и как следствие этого миграция внутри страны способствовали росту чувства этнической общности. Возможно, с этого времени можно говорить о начале процесса складывания афро-кубинской, афро-гайянской народности и др.

Из всех народов, появившихся в Новом Свете после того, как он стал известен европейцам, африканцы принесли с собой наиболее глубокие культурные традиции. Бесспорно влияние африканских ритмов и мелодий на музыку народов обеих Америк и Вест-Индии. Бытуют почти без изменений некоторые традиционные танцы йоруба в Бразилии, мина и коромантин на Кубе. Женщины Байи заимствовали у йоруба некоторые украшения и элементы праздничной одежды.

Фольклор Бразилии обогатился за счет фольклора рабов из Анголы, Конго, Мозамбика. В меньшей степени здесь прослеживается влияние фольклора йоруба [439; 246]. На Кубе потомки африканцев — ибо, коромантин, йоруба — сохранили предания своих народов [225]. Современный язык Бразилии включает много слов йоруба и кимбунду.

Некоторые западные ученые говорили, что столетия колониального рабства в Новом Свете привели к почти полному исчезновению африканских традиций как в области социальных отношений, так и в области традиционного искусства, религиозных культов.

Это неверно. Скорее, вероятно, следует говорить о том, что в условиях жесточайшего плантационного рабства невольники в строжайшей тайне от белых сохранили, передавая из поколения в поколение, свои религиозные обряды, культурные традиции, фольклор. Исследования покажут, где здесь правда. Для такой работы необходимы полевые исследования, совместные усилия ученых разных специальностей. Сейчас появляются работы, посвященные истории рабства африканцев в отдельных американских странах. Возможно, в них будет дан ответ и на эти вопросы.

Встречи с европейской цивилизацией были гибельны для многих народов мира. Открытие новых земель, территориальные захваты сопровождались подавлением сопротивления местного населения, часто переходящим в истребление аборигенов, пример этому — американские индейцы, австралийцы, тасманийцы. Африку (мы говорим здесь об областях, бывших ареалом работорговли) постигла другая участь.

Четыре столетия, пока продолжалась торговля невольниками, европейцы и не пытались проникнуть в глубь континента: им это было не нужно. Борьба за Африканский континент ^началась, когда на новом этапе развития капитализма Африка должна была стать и стала источником сырья и рынком сбыта для метрополий, а африканцы превратились в колониальных рабов на своей родной земле.