Чтение онлайн

В последние десятилетия произошло резкое повышение интереса науки и общественности к проблемам работорговли. Окончательный распад колониальной системы, получение политической независимости странами Африки поставили перед африканскими народами вопрос о выборе пути дальнейшего развития. В связи с этим буржуазная историография начала пересмотр некоторых вопросов истории колониализма. Основная цель пересмотра была обелить, насколько возможно, действия колонизаторов в прошлом, доказать исконность дружеских чувств данной капиталистической страны к африканцам. Кроме того, началось активное переиздание работ о работорговле, написанных ее современниками. Но при переиздании старых книг проводился строгий отбор, и из печати выходили лишь работы аболиционистов и путешественников, симпатизировавших африканцам и осуждавших работорговлю.

Способствовало также возрождению интереса к работорговле и отмечавшееся широко в США 100-летие войны между Севером и Югом. К этой дате был издан ряд работ по истории ввоза невольников в США, например книги Д.П. Мэнникса и М. Каули [396], П. Дигнэна и С. Кленденена Г328].

В целом все десятилетие 60-х годов, как в США, так и в странах Европы, отмечено выпуском большого числа книг по истории работорговли. Пытаясь снять с капиталистических держав вину за развитие работорговли, авторы утверждали, что в развитии работорговли виноваты в первую очередь сами африканцы.

Такие работы нередко схожи по содержанию с книгами защитников продолжения работорговли в XVIII–XIX вв. Сейчас, в наши дни, они рассказывали о громадном якобы развитии рабства и работорговли на Африканском континенте еще до прихода европейцев, о зверствах работорговцев-африканцев; в то же время сглаживалась жестокость плантационного рабства. Эти ученые писали о равноправном сотрудничестве европейских и африканских работорговцев, о прибылях, которые африканцы будто бы наравне с европейцами и американцами извлекали из работорговли.

Фактически отрицалась пагубность ее влияния на народы Африки. Некоторые из них даже утверждали, что работорговля не приносила особых барышей европейцам и была якобы часто невыгодной и даже убыточной. Один из самых известных африканистов тех лет, Ф.Д. Картин, возрождая утверждения Д. Джонстона о благодеяниях европейцев для Африки писал, что две продовольственные культуры, завезенные из Нового Света в Африку, — маниока и маис — получили столь широкое распространение на Африканском континенте, что возможно рост населения в Африке в результате ведения этих культур и спасения ими людей во время голодных лет превышает людские потери Африки от работорговли [308, с. 270].

Во всех подобных книгах превозносится филантропическая деятельность и «бескорыстная» борьба европейцев и даже американцев за запрещение работорговли. Утверждается, что если на них и лежала некоторая вина за развитие вывоза невольников из Африки, то они полностью искупили ее тем, что в течение десятилетий боролись за его прекращение.

Особенно большое значение в этих работах западных ученых придавалось статистике работорговли: приводились «новые» подсчеты вывезенных из Африки и особенно ввезенных в Новый Свет африканцев.

Наиболее отчетливо это проявилось в работах Ф.Д. Картина, П. Дигнэна, С. Кленденена [308; 310; 328]. Но никто из упомянутых исследователей — и это надо помнить при оценке их работ — не вводит в научный оборот серьезных новых документов: все новые подсчеты проводятся на основании давно уже известных материалов.

Основное «исправление» статистики работорговли у современных американских африканистов относилось к числу африканцев, ввезенных на территорию США, П. Дигнэн, С. Кленленен и другие, как правило, ограничиваются общими фразами о том, что число рабов-африканцев, ввезенных в США, в действительности гораздо меньше, чем принято считать, и что работорговля оказывала на США гораздо меньшее влияние, чем об этом писали предыдущие исследователи. Ф.Д. Картин в своей книге «Атлантическая работорговля» не только пересматривает цифры ввоза рабов на территорию США, но и подвергает полной ревизии цифры ввоза рабов-африканцев во все страны Нового Света: по его мнению, в Новый Свет, и особенно в США, было ввезено гораздо меньше невольников, чем это было принято считать ранее [см. подробно гл. VII]. Именно эти выводы, а также утверждение о том, что работорговля имела для Африки далеко не столь тяжелые последствия, как это утверждали раньше, явились причиной того, что некоторые американские ученые, например Ван Вудворт, заявили в те годы, что выводы Ф. Картина о работорговле являются окончательными и статистика работорговли в будущем должна быть именно такой, какой он дает ее в своей книге.

Но уже в 1976 г. были опубликованы материалы дискуссии о количественной стороне работорговли, в которой среди других приняли участие Ф.Д. Картин и историк-африканец Д. Иникори. Отвечая Ф. Картину, Д. Иникори сказал, что его статистика работорговли не выдерживает никакой критики и что африканские ученые, занимающиеся исследованием этих проблем, считают, что даже те цифры, которые приводит У. Дюбуа, могут быть увеличены вдвое. То есть, по мнению африканских историков, можно предположить, что Африка потеряла в результате работорговли более 200 млн. человек [373].

Африканские историки в своих трудах все чаще обращаются к проблемам работорговли. Некоторые африканские историки, например ганский ученый А. Боахен, преувеличивая роль работорговли, стараются сделать ее единственной причиной современного отставания народов Африки [282]. Либерийский историк К. Абайоми Кассел утверждает: «Стоимость производительных возможностей рабов достигла астрономических цифр за почти пятисотлетний период работорговли. Таким образом, ясно, что долг, который обязаны заплатить Африке христианские народы, втянутые в эту торговлю, неисчислим. Удивительно поэтому слышать, как некоторые народы хвастаются тем, что они оказывают помощь африканским государствам. Когда будет рассказана вся история африканской колонизации с ее эксплуатацией человеческих и материальных ресурсов этого обширного континента, когда будет подсчитана прибыль, некогда полученная колониальными державами, тогда, быть может, будут оценены истинные размеры задолженности белой расы Африке» [294, с. 11–12].

В работах ганского историка К. Дааку [336], нигерийцев О. Экундаре и С.А. Акитойе [265; 334], М. Нвулиа [416; 417] проблемы истории работорговли получают более серьезное толкование, однако африканским ученым несомненно предстоят еще длительные исследования как истории атлантической работорговли, так и ее последствий для народов Африканского континента.

В частности, им предстоит преодолеть влияние западной, особенно американской, литературы по вопросам работорговли и создать оригинальные исследования, базирующиеся не только на европейских и американских, но и на африканских материалах.

Не стареют работы «патриарха» африканистики У.Э. Б. Дюбуа. Его исследование «Запрещение африканской работорговли в США. 1638–1870» до сих пор остается одним из наиболее интересных по этой теме [326]. В монографии «Африка» [202] дан предельно сжатый, глубоко эмоциональный очерк развития работорговли и ее влияния на развитие Европы и Америки. В других книгах У. Дюбуа — едва ли не первых по этой проблеме — показано взаимодействие африканской и американской культур [324; 325; 326а].

В русской печати, начиная с конца XVIII в., появились сначала отдельные статьи, а потом и книги о положении африканцев-рабов в Америке и политике европейцев в Африке. В частности, резко высказывался против расизма А.Н. Радищев [233].

В середине XIX в. русские революционные демократы, вся прогрессивная русская общественность уделяли большое внимание расовой проблеме в США, выступали за уничтожение рабства негров в США. Широко известны высказывания Н.Г. Чернышевского о происхождении расизма, его высокая оценка восстания Джона Брауна. В это же время была издана, например, работа Г.Ф. Симоненко, где был дан исторический очерк движения за запрещение работорговли, уничтожение рабства африканцев в Америке и Вест-Индии [236]. В многочисленных журнальных статьях русские публицисты выступали против расизма, сообщали о продолжающейся работорговле, о преследованиях аболиционистов в США. Резкую отповедь расизму дал русский путешественник по Африке Е.П. Ковалевский (см. также гл. VIII).