Чтение онлайн

Наташа осторожно под столом передала Никите свою последнюю на сегодня булочку. Тот одним махом заглотил ее и облизнулся.

– Вкусно! – довольно потянулся Никита. – В общем так, жалко мне тебя, пожалуй, возьму и над тобой шефство. Расценки узнаешь у Орлова.

И не говоря больше ни слова, Никита отправился восвояси.

– Что все это значит? – Наташины брови взлетели вверх. – Что за расценки?

– Ну… – промямлил Сережа, – у нас уговор, я помогаю ему на огороде, а он мне в столовой. Прости, я хотел тебе все сразу рассказать, но Никита не разрешал. Я его целую неделю уговаривал, чтобы он и тебе помогал!

Наташа молчала, она тщательно обдумывала новую информацию.

– А чья это вообще идея была? – сурово спросила девочка.

– Моя, – скромно улыбнулся Сережа и посмотрел на подругу.

Наташа сияла:

– Я же говорила, что ты – гений! Круто придумал! Но больше так не делай, сразу все рассказывай мне, а то я обижусь и поколочу тебя!

С этого дня жизнь стала гораздо легче и веселее. Петрушкина каждый раз зеленела от злости, отмечая в журнале чистые благодаря хорошему аппетиту Никиты Гномова тарелки Сережи и Наташи. Клавдия была назначена «инспектором грязных тарелок», она составляла списки штрафников и выдавала им по вечерам булочки.

Видя перекошенное лицо Каркуши, Наташа даже перестала расстраиваться из-за своих двух дополнительных булочек, полученных ею за провал процедуры измерения и взвешивания. Эти булки они с Сережей съедали вместе перед сном. Мальчик всё еще чувствовал себя виноватым и забирал у Наташи одну зеленую булочку, а Наташа не спорила. Прополку еще одной грядки в огороде за Никиту она вообще за труд не считала. Девочка была готова копать и поливать весь день, лишь бы насолить вредной рыжей Клавке.

Но если проблема, вызванная правилом номер два о том, что надо доедать все, что положено на тарелки, решилась так удачно, то правило номер шесть, за нарушение которого полагалось самое суровое наказание, а именно изоляция, продолжало портить детям жизнь. «Покидать территорию дачи строго воспрещается» – вот, что гласило это неправильное правило. Но как же так? Ведь там, за забором их любимая речка, в которой Наташа с Сережей так любили плавать.

И они продолжали это делать, только теперь тайно, убегая во время тихого часа через дыру в изгороди, которая так хорошо пряталась за пышным кустом.

– А помнишь, как Буся смешно плавает? – Сережа сидел на песке у воды. – Что-то я ее давно не видел.

– И я. – Наташа прыгала босыми ногами в воде и жевала дикое яблоко. – Надо ее найти, когда вернемся.

– Как ты можешь есть эту кислятину? – удивился Сережа.

– Не знаю, – пожала плечами девочка, – просто мне вкусно.

Путь к реке проходил мимо лесной яблоньки. И каждый раз Наташа срывала небольшой плод и с аппетитом его съедала.

– Наверно, надо идти обратно, – мальчик поднялся на ноги и стал карабкаться по крутому берегу вверх.

И тут его взгляд уперся в пару блестящих туфель ядовито-зеленого цвета. Как же Сереже не хотелось поднимать глаза на обладательницу этой пары обуви, ведь по толстым ножищам, которые вылезали из этих самых туфель, мальчик уже понял, что перед ним стоит не кто иная, как Изольда Карловна Лягушкина, директриса дачи.

– Я даже в этом не сомневаюсь, – исходя желчью, проквакала она, – жду вас обоих в моем кабинете для назначения наказания. И захватите свою воспитательницу Галину. Совсем она вас распустила.

И Жаба с видом победителя направилась прочь от реки.

Через час дети и их хорошая, добрая Галя стояли в кабинете Изольды Карловны и выслушивали речь о том, какие они неблагодарные и невоспитанные. Наташе было очень стыдно, но не за то, что она нарушила какое-то дурацкое правило, а за то, что подвела свою воспитательницу.

Честно говоря, у Наташи с самого утра было смутное предчувствие, что сегодня что-то в этом роде должно было произойти. Уж больно довольная физиономия была у Каркуши за завтраком. И когда они с Сережей относили свои сверкающие чистотой тарелки, Клава ничуть не огорчилась, а наоборот даже была этому рада.

– Молодец, Малахитова, сегодня всё съела! А то в изоляции только хлеб и вода тебе светят.

Наташа тогда не обратила внимания на эту фразу Каркуши, но сейчас, стоя в тесной комнатке, перед письменным столом, за которым восседала необъятная Изольда Карловна и брызгала слюной направо и налево, она ясно поняла, что рыжая Клавка уже тогда знала, что их сегодня поймают.

«Глупая Каркуша, чтоб ты похудела за эту неделю на целый килограмм», – мысленно пожелала Наташа.

– Итак, – громко продолжала Изольда, – вы оба отправляетесь в изоляцию в коричневый домик на 5 дней. А вы, дорогуша, – и директриса ткнула своим жирным пальцем-сосиской в Галину, – получаете строгий выговор и лишаетесь премии! А теперь проводите этих хулиганов и заприте их. Ключ принесите мне.

С этими словами Изольда Карловна выдвинула ящик письменного стола и, порывшись в нем, протянула испуганной воспитательнице большой ржавый ключ на синей веревочке.

– Но это непедагогично, – пролепетала Галя.

– Цыц, девчонка! Поучи еще меня, как детей воспитывать! Была бы моя воля, я бы их в бочку посадила и в море выкинула. Всё! Аудиенция окончена! – и Жаба указала всем троим на дверь.

– Ну что, доигрались? – печально вздохнула Галина и повела детей в самый запущенный уголок дачной территории.

Как раз там и находился коричневый домик, о котором говорила Изольда. Обычно о нем не вспоминали, ремонт в нем не делали, мебель не обновляли. Да и кому нужен был этот домик, если семей было шесть, а домиков семь. Вот и стоял он многие годы заброшенный и всеми забытый.

Дойдя до места, Галя открыла дверь и пропустила детей внутрь.

– Попробую сообщить Ивану Ивановичу, может быть, он обуздает нашего дачного диктатора? А вы ведите себя тихо. Вечером приду вас проведать, – и воспитательница, заперев дверь на ключ, оставила детей одних.

– Во всем есть свои плюсы, – стоя в пыльном коридоре, попыталась ободрить друга Наташа, – здесь можно болтать обо всем и не бояться, что нас подслушают.

– Ты в этом уверена? – из комнаты медленно вышел коротко остриженный мальчик. Его уши были непропорционально велики для его головы и немного оттопыривались в стороны.

– Андрей? А ты что здесь делаешь? – Орлов подошел ближе.

– Ха! А вы что же, считаете себя самыми крутыми? Вообще-то я – первый хулиган в нашем детском доме! – гордо заявил Андрей. – Вы за что здесь?

– Мы на речке купались, – просто ответила Наташа.

– Фу, мелюзга! Я, например, ночью залез в столовку и съел десять шоколадных пирожных. Вот это подвиг! – похвастался ушастый мальчик. – Значит, будем ночевать вчетвером. Эх, веселуха!

– Вчетвером? – переспросила Наташа.

– Ага, блохастая шавка здесь уже неделю сидит.

– Здесь Бусинка! – радостно воскликнула девочка. – Где она?