Чтение онлайн

В докладе Министерства иностранных дел Германии, в отличие от выводов других стран и организаций, отмечались небольшие потери среди мирного населения края, хотя разграничить население на мирное и воюющее было трудно: «OAK в „освобождённых районах“ имела широкую поддержку народа. Согласно албанским сообщениям, часть населения активно участвовала в вооружённых действиях. На стороне OAK сражались и женщины, а международные наблюдатели видели и пятнадцатилетнего подростка в рядах OAK. Поэтому разграничить бойцов OAK, население, которое участвует в борьбе, и чистых гражданских очень трудно как для сил безопасности, так и для объективной оценки положения вещей. После контрнаступления сил безопасности подразделения OAK отступили. С ними убежало и почти всё гражданское население из мест столкновения, так что непосредственно после боёв большие части территории остались полностью ненаселёнными. Бойцы OAK и население ушли частично в недоступные горные и лесные массивы. Наблюдатели в населённом пункте Малишево, которое без боя передано сербским силам безопасности, застали только одного (!) жителя (из прежних почти 20 000). Сербские силы безопасности не препятствовали исходу населения. Это было причиной того, что, в отличие от Боснии и Герцеговины, были небольшие потери среди косовского албанского гражданского населения» [209] .

Как считали сербские военные, в результате этой антитеррористической операции были достигнуты следующие военно-политические результаты:

а) пресечён массовый приток оружия и военного снаряжения на территорию Косова и Метохии, закрыты каналы проникновения боевиков и предотвращено создание коридора, ведущего в Албанию;

б) остановлена дальнейшая эскалация терроризма в Косове и Метохии, терроризм подавлен, сорвано провозглашение ОАК законной вооруженной силой сепаратистского движения;

в) террористические силы разбиты, разорван обруч подконтрольной им территории, распущены штабы и освобождены все коммуникации в Косове и Метохии;

г) организовано возвращение албанского населения, покинувшего свои села под нажимом террористов и из-за ведения боевых действий в этих районах [210] .

Международная Кризисная группа назвала действия армии «насилием», которое не смогли предотвратить даже натовские военные маневры в соседней Албании в июне и августе 1998 г. и политические манёвры Запада [211] . Успешное летнее наступление сербских сил безопасности лишило повстанцев их предыдущих завоеваний. В самом Косове ситуация в целом вернулась к тому состоянию, в котором она находилась до начала сражений, когда сербская полиция контролировала территорию с враждебным населением. Тем временем, АОК зализывала свои раны и перегруппировывала силы, готовясь к неизбежному, по ее мнению, новому раунду борьбы. На стороне албанцев было знание местности и поддержка населения. На стороне армии — современное вооружение.

Разумеется, сербской полиции приходилось не только отвечать огнём на нападения террористов, но и предпринимать наступательные действия для разгрома террористических групп, ликвидации их опорных пунктов и установления эффективного контроля над коммуникациями и территорией.

Поражение боевиков могло нарушить подготовленный в Белом Доме сценарий. В материалах защиты Слободана Милошевича есть интересный документ. Согласно ему, премьер-министр Великобритании Тони Блэр приказал лорду Педи Эшдауну: «Поезжайте к этническим албанцам в КиМ. Проверьте, каким оружием они располагают, сколько его имеют, в каком оно состоянии, чего им не хватает. Убедите их выдержать. Расскажите им о приезде контрольной миссии. Дальнейшие инструкции им передаст американский генерал Уильям Уокер…» [212] .

И тогда в октябре 1998 г. появляется специальный представитель США дипломат Р. Холбрук, 12 дней ведёт переговоры с С. Милошевичем, требуя учреждения наблюдателей и военного присутствия. При этом Холбрук, как сказал С. Милошевич, удостоверил, что главный интерес США — «подтвердить ведущую роль Америки в Европе и ведущую роль Америки в НАТО» [213] . Ему удалось, как и было обещано, переломить ситуацию.

О подробностях миссии Холбрука мы расскажем несколько позже, сейчас же обратим внимание на то, как Запад помогал албанским боевикам. Об их связях, контактах и конкретной помощи говорил генерал-майор Л. Г. Ивашов в Международном трибунале, когда его в качестве свидетеля опрашивали и судьи, и обвиняемый С. Милошевич, защищавший себя сам. В силу важности материала представим его как можно подробнее. Связи албанских боевиков с НАТО, отмечал Л. Г. Ивашов, «существовали на официальном уровне, когда представители НАТО принимали официально представителей этого сепаратистского движения и имели контакты с лидерами ОАК. Были также неформальные секретные встречи при посредничестве спецслужб НАТО. С возникновением Верификационной миссии ОБСЕ господин Уокер тоже немедленно встретился с…

СУДЬЯ П. РОБИНСОН: Не могли бы Вы нам сказать немного больше о встречах, которые, как Вы утверждаете, имели место между представителями НАТО и лидерами ОАК? Когда это происходило и где?

Л. ИВАШОВ: Большинство этих встреч имело место после создания Верификационной миссии ОБСЕ. Наши представители в миссии докладывали о контактах господина Уокера, начиная с октября и до января, а также о встречах представителей стран-членов НАТО в Верификационной миссии. И мы получали информацию, что в этот период на территории провинции осуществлялись разведывательные операции, включая совместные действия представителей НАТО и ОАК. Они, имеется в виду ОАК, передавали информацию о расположении полицейских постов, перемещении армейских подразделений и расположении военных объектов в провинции. Наши представители также докладывали нам об установке специальных радиопередающих устройств НАТО.

СУДЬЯ П. РОБИНСОН: Когда это происходило, в каких числах, что Вы знаете о датах?

Л. ИВАШОВ: Это происходило с лета 1998 года вплоть до начала агрессии против Союзной Республики Югославии. Самые частые встречи имели место между январем и мартом. Мы также знали, что госпожа Олбрайт передала Хашиму Тачи информацию о том, что если ОАК согласится на размещение в Косове войск НАТО, то она может гарантировать им проведение референдума. Я встречался с господином Уокером и также поднял этот вопрос. Я спросил его, почему он так часто встречается с представителями ОАК (назвал имена) и почему он не встречается с представителями сербских властей и правоохранительных органов» [214] .

Российский генерал знал и о связях ОАК с Аль-Каидой, черпая данные из разведывательных сообщений, а также пользуясь информацией, полученной от представителей исламских стран. В частности, официальные лица из Ирана подтверждали связь между талибами и Аль-Каидой, с одной стороны, и представителями ОАК — с другой. Они даже указывали на конкретные маршруты, по которым террористы и оружие переправлялись на территорию Балкан. Однако они отрицали какое-нибудь участие Ирана или других исламских стран (за исключением Турции) в их действиях.

Л. Г. Ивашов располагал информацией и о том, что албанских боевиков обучали американские инструкторы.

«С. МИЛОШЕВИЧ: Располагаете ли Вы информацией о действии организации МПРИ — американской организации, включающей ветеранов войны, наемных профессионалов?

Л. ИВАШОВ: Да, я знаю о деятельности этой организации и знаю, что она занималась вербовкой наёмников для различных стран мира. Мы также узнали о том, что они занимались набором инструкторов из США и других стран. Мы наблюдали их появление в северных районах Албании, включая населённые районы Трикоджа и Куперс. Я могу подтвердить этот факт» [215] .

И далее о деятельности спецслужб и связях боевиков с американцами.

«ОБВИНИТЕЛЬ Д. НАЙС: Вопрос состоит в следующем, учитывая Ваше чрезвычайно серьезное заявление: генерал Ивашов, имели ли вы перехваты телефонных разговоров западных лидеров? Да или нет?

Л. ИВАШОВ: Я могу утверждать только одно, что телефоны Хашима прослушивались сербскими службами, и российская сторона принимала в этом участие. Однако это были телефонные переговоры с главой террористической организации. Это было абсолютно законно. И я могу подтвердить, что госпожа Олбрайт также участвовала в этом.

Могу привести два примера: сентябрь 1998 года, когда госпожа Олбрайт посоветовала Хашиму Тачи согласиться с вводом войск НАТО в Косово, а в ответ она должна была гарантировать проведение референдума относительно независимости Косова.

25 апреля 1999 года, на второй день после начала бомбардировок Югославии, госпожа Олбрайт потребовала, чтобы ОАК подняла восстание. В ответ господин Хашим Тачи сделал в Рамбуйе заявление. Я хотел бы обрисовать действия американского госсекретаря Мадлен Олбрайт. В газетном коммюнике, сделанном Хашимом Тачи, он указывает: “Я хотел бы особо отметить неутомимые усилия американского госсекретаря Олбрайт” и далее: “Косово вызвало силы НАТО и ожидает их быстрого развёртывания”. Таким образом, здесь я говорю о разговоре между террористами и руководством…