Чтение онлайн

В тот же день, 17 октября, на дороге Приштина — Печ террористы тяжело ранили Оливеру Симич из Клины, ехавшую в автомобиле вместе с тремя детьми. Дети чудом не пострадали. Эти преступления не помешали американскому послу Хиллу 6 и 17 ноября в Драгобиле, близ Ораховаца, встретиться с представителями ОАК.

Следующее преступление в отношении сотрудников МВД совершилось 9 ноября, когда в окрестностях Малишева были убиты полицейские Илия Вуйошевич и Деян Джатло. Десять дней спустя в селе Прилеп близ Дечан были убиты полицейские Зоран Врбашки и Янош Чижмадия, а 11 декабря последовало новое преступление террористов в с. Бабай-Бошку близ Джаковицы, где был убит местный полицейский Ука Мустафа. В конце 1998 г., 28 декабря, трое полицейских получили ранения недалеко от Подуева, а 8 января 1999 г. в окрестностях Сува-Реки террористы открыли огонь из гранатомётов и убили еще троих сотрудников полиции: Милоша Стевановича, Драгана Томашевича и Горана Бошковича. Ранения получили четверо полицейских, а также гражданские лица: двое сербов и двое албанцев. Кроме того, в этот период были похищены двое журналистов агентства ТАНЮГ и восемь военнослужащих Армии Югославии [287] .

Генерал М. Джошан вспоминает, что контрольная миссия была с воодушевлением встречена албанцами в Косове. Они пускали представителей миссии на все свои базы и командные пункты. При этом «контролёры» должны были, с одной стороны, выявить более мрачное положение в Косове, чтобы оправдать будущие бомбардировки, а с другой, проверить точность военных карт, конкретизировать координаты намечаемых целей. Даже югославские военные оказались вынужденными принимать представителей миссии корректно, хотя понимали, что любой их приход в казарму означает, что цель для бомбёжек зафиксирована. Особое внимание контролёры обращали на систему ПВО [288] .

О том, как выполнялось соглашение Милошевича — Холбрука противной стороной, и о том, сколь бдительно НАТО наблюдала за всем происходящим в Косове и Метохии, лучше всего свидетельствуют следующие факты: с момента подписания соглашения и до конца января 1999 г. в Косове и Метохии было зарегистрировано свыше 500 террористических нападений боевиков ОАК. За тот же период в результате этнической чистки из 35 сёл были изгнаны сербы и черногорцы; только за первые 11 дней 1999 г. боевики ОА К совершили 80 террористических нападений на полицию и Армию Югославии, а также на гражданских лиц. От рук бандитов погибли шесть мирных граждан и четверо полицейских, а десять получили ранения различной тяжести.

Начиная с 13 октября албанские террористы, воодушевлённые, очевидно, как отводом спецподразделений полиции и частей Армии Югославии, так и прибытием Верификационной миссии, возглавляемой Уокером, стали совершать в Косове и Метохии еще более массовые и жестокие преступления. Кривая террористической активности резко поползла вверх, что отразилось и на общей статистике терактов: всего членами OAK в 1998 г. на территории Косово и Метохии в 1884 терактах было убито 288 человек, из них 173 мирных гражданина и 115 представителей Министерства внутренних дел Сербии. В этих акциях OAK 216 полицейских были тяжело и 187 легко ранены. Из 15 похищенных членами OAK полицейских трое убиты, столько же выпущены на волю, а судьба девяти всё ещё остается неизвестной. В нападениях OAK на мирных граждан ранено 158 человек, из них 78 — тяжело. Среди раненых большинство составляли сербы и черногорцы (74) и албанцы (72). Членами OAK было похищено 292 гражданина, из них 173 серба и черногорца и 100 албанцев. Из этого числа 31 человек убит, 9 удалось бежать, 110 освобождены, а судьба 142 человек остаётся неизвестной. В вылазках OAK были использованы гранатомёты, разного вида взрывчатка и даже противотанковые мины. Четыре раза OAK атаковала полицейские вертолеты [289] . «Самым чудовищным в ряду этих террористических преступлений, совершённых с попустительства миссии Уокера, стало убийство четверых сербских парней в кафе “Панда” 14 декабря 1998 г. в Печи. Так на практике подтвердилось, что Верификационная миссия, предводительствуемая У. Уокером, способствует не ослаблению напряжённости в сербско-албанских отношениях, не борьбе с терроризмом и обеспечению спокойной жизни всех граждан Косова и Метохии, а напротив, подливает масла в огонь албанского терроризма, очевидно, пытаясь создать повод для интервенции НАТО» [290] .

Как только армия стала выводить свои подразделения из Косова, боевики ОАК вернулись во все оставленные ими районы, развернули боевые действия, фактически начав новый этап войны в КиМ и вербуя в свои ряды всё новых и новых членов. Л. Г. Ивашов рассказывает, что именно руководство ОАК проводило психологические операции и оказывало давление на гражданское население с тем, чтобы оно или присоединилось к ОАК, или покинуло эти районы. «Я встречался в Греции с семьей албанских католиков, которые сказали мне, что один из боевых командиров ОАК Абдель Джашари заставлял албанских католиков вступать в ОАК, и любой, кто отказывался, просто физически уничтожался. Поэтому поток беженцев был вызван не действиями сербских властей, а, прежде всего, террористическими действиями ОАК» [291] .

В приказе Командования Приштинского корпуса (сов. сек. № 455–1 от 16 февраля 1999 г.) говорилось, что «цель албанских террористических сил — захватить военные, хозяйственные и общественные объекты, расширить и соединить оперативные зоны в одно целое, расширить вооружённое восстание, создать условия для захвата территории КиМ и провозглашения независимого Косова. При этом отмечалось, что Албанские террористические силы (АТС) реорганизованы, оснащены современным вооружением, боевыми средствами и обучены для продолжения вооруженной борьбы против сил СРЮ». Отмечалось, что всего около 6800 вооруженных террористов распределены по четырем оперативным зонам.

«Албанские террористические силы вооружены: автоматическим оружием, ручными пулеметами, пулеметами, установленными на транспортных средствах, противотанковыми орудиями “амбруст”, гранатометами “оса”, боевыми техническими средствами и средствами поддержки, минометами кал. 60 и 82 мм…» [292] .

Командование корпуса ставило перед военными задачу разгрома и уничтожения албанских террористических сил в районах Мало-Косово, Дреница, Нови Пазар, Куршумлия, Косовска-Митровица, Приштина и Призрен. Осуществлять поставленную задачу военным было трудно сначала из-за неблагоприятных политических условий, а потом из-за воздушной агрессии НАТО.

По мнению генерала Л. Г. Ивашова, Верификационная миссия была только дымовой завесой, предназначенной скрыть подготовку к агрессии. Югославское руководство, когда вело переговоры с Холбруком, Кларком, Соланой и другими, пошло на серьезные уступки. Но, вместо усиления политической активности, НАТО и международное сообщество не сделали ничего для предотвращения роста террористической деятельности ОАК, которая стала еще более активной после размещения миссии ОБСЕ в регионе. Поэтому российские военные «пришли к выводу, что соглашение по Верификационной миссии, подписанное в октябре Холбруком и Милошевичем, а также другие соглашения были призваны только скрыть подготовку к агрессии. В ходе переговоров г-н Солана и г-н Кларк все чаще и чаще указывали, что военная операция неизбежна. Г-н Уокер в конце 1998 года публично заявил, что сербам нечего делать в Косове» [293] . Миссия, выполнившая свою задачу в этом районе, была эвакуирована заранее, до начала агрессии. Она достигла своей основной цели: осуществила разведывательную часть операции и создала предлог для агрессии.

Задуманной цели послужили и переговоры в Рамбуйе, спланированные так, чтобы обвинить сербов в их срыве. Ведь истинная цель переговорного процесса была не прийти к соглашению, а, подняв планку, наказать Югославию за отказ подписать столь унизительный для неё договор.

В январе 1999 г. мир облетела жуткая весть: сербы продолжают зверствовать в Косове, вырезали мирных албанских жителей в селе Рачак. Вывод из произошедшего был естественным: сербы заслуживают сурового наказания. В роли борца за справедливость должна выступить НАТО.

Что же произошло в этом албанском селе?

Село Рачак — небольшое село в 250 домов недалеко от Штимля у подножья горы Езерска-Планина. В Рачаке в январе находились 126 албанских боевиков и Штаб террористической группы. Оттуда постоянно совершались вылазки и нападения на полицейских. В январе эти акции участились, а среди полицейских были убитые. Антитеррористическая операция в селе Рачак полицией планировалась давно, но откладывалась, поскольку все её акции моментально интерпретировались как нападение на мирное население. В этот раз полиция знала, что в селе не было мирных жителей, кроме нескольких стариков. Антитеррористическая операция против боевиков была назначена на 15 января, о чём миссия ОБСЕ была оповещена, в ней участвовали 110 полицейских и небольшое армейское подразделение. Согласно плану (рисунок), небольшая группа специально обученных полицейских начала выдвигаться к селу в 3 часа ночи. Они прошли незаметно через село и заняли первый ряд окопов, вырытых албанцами на горе за селом и пустовавший в ту ночь [294] . Остальные полицейские и военные ждали начала операции на дороге, ведущей в село. К утру боевики фактически были окружены.

Мы видим, что на возвышенности находилось и 15 машин наблюдателей ОБСЕ, съёмки вели журналисты Reuters. На рассвете военные и полицейские начали движение в сторону села. Албанцы по тревоге взялись за оружие и бросились к вырытым окопам, не зная, что они уже заняты сербскими полицейскими. Здесь погибло много вооружённых албанских боевиков. Части из них удалось спуститься в село, где развернулась перестрелка с наступающими со стороны дороги отрядами. Небольшими группами албанцы пытались прорваться в горы. Операция длилась около 15 часов, боевиков спаслось немного, их штаб был уничтожен. Полиция осталась довольна результатами проведённой операции. Часть полицейских вернулась на базу, часть должна была охранять окопы, но из-за нападения албанцев, шедших на подмогу со стороны Езерска-Планина, была вынуждена отойти в Урошевац. Албанцы вошли в село. И здесь начался спектакль. Все трупы снесли на поле, где и вовсе не стреляли, 40 убитых переодели в гражданскую одежду, а остальных увезли в Будаково и там похоронили.