Ах, уехал мой любимый
Шрифт:
Прошла в прихожую и открыла засидевшемуся гостю дверь.
Нехотя, Козырский надел кроссовки, закинул футболку на обнаженное плечо и задержался в дверном проёме, глядя на меня сверху вниз.
– На поцелуй перед сном можно не рассчитывать, как я понял?
– Спокойной ночи, Матвей, - повторила с нажимом, игнорируя мурашки, словно упавшие с небес на мои плечи.
– Спокойной ночи, Анют, - улыбнулся он мягко и на секунду задержался взглядом на моих губ, вызывая новый приступ мурашек и легкой дрожи в, казалось, онемевших пальцах рук.
Дождалась, когда он покинет мою квартиру, зачем-то проследила за его неспешным подъемом на этаж выше и только потом закрыла дверь, привалившись к ней спиной.
Уронила лицо в распахнутые ладони, с силой потерла уставшие глаза и взяла себя в руки, оттолкнувшись от дверного полотна.
Сегодня я – умница. Удачно удержала двух бывших на одной территории, избежала драки и выставила обоих за дверь квартиры, испытав облегчение от того, что ушел один и не прошенную тоску – когда ушел второй.
Боже! Еще же знакомство с третьим впереди!
Мало мне имеющихся?
Видимо, нужно будет смазать дверные петли, чтобы они не скрипели от такого плотного трафика моей квартиры.
Глава 20
И какой идиот решил, что если он проснулся, то вместе с ним проснулся и весь мир?
Телефон нервной вибрацией разрывался на тумбочке. Будильник еще не сработал, зато чьё-то желание поболтать с рассветом было не унять.
Перевернулась на спину, вытащила руку из-под одеяла и, не глядя, нащупала телефон.
Алёнка? Серьёзно?
– И чего тебе не спится? – поинтересовалась я вместо приветствия.
– В смысле? – возмущенное на том конце провода. – Мужа на работу выпроводила вместе с мелкой в садик. Сейчас кофе бахну и за работу сяду.
– То есть? – рывком села в постели. – Который час?
– Ну, по моим расчетам у тебя сейчас должен быть час стояния на автобусной остановке.
– Алён!
– Без двадцати восемь, - проворчала подруга. – Ты проспала, что ли? Смотрю, выходные с соседом прошли утомительно…
– И с соседом, и с бывшим мужем… - сбросила с себя одеяло и бегом помчалась в комнату сына. – Долго рассказывать. Потом поговорим. Мы проспали. Спасибо, что позвонила.
– С бывшим?! – услышала в трубке вопль Алёнки за мгновение до того, как сбросить звонок.
– Ваня, Ванечка, Ванюша! – аккуратно коснулась плеча сына, обнимающего Лосиныча во сне. – Просыпайся, заяц. Мы проспали. Нужно очень быстро собираться.
– Быстро? – сразу вошёл в ситуацию сын, свесив ноги с кроватки.
– Очень быстро, Ванечка. Иначе опоздаем в садик и на работу.
– Тогда я чистить зубы?
– Беги. Твоя одежда на стуле. Обязательно надень носки.
Выбегая одновременно с сыном из его комнаты, застряли с ним в дверном проеме. Быстро чмокнула в макушку, без слов поблагодарив за понимание и оперативность реагирования.
Ох, и достанется же кому-то идеальный муж!
Разбежались по разным углам. Я – в комнату, наспех надевая простое серой платье и чулки; Ваня в ванную комнату, откуда уже шумела вода, свидетельствующая о том, что сегодня его не нужно было заставлять умыться.
Хоть какой-то плюс у просыпания.
Когда Ваня закончил с гигиеническими процедурами, ванную заняла я. Наспех умылась, причесалась и закрепила волосы на затылке обычной заколкой. Вроде, и распущенные, но в то же время, что-то заплетено.
– Вань!
– Сейчас. Носки только надену.
– Хорошо, - вернулась в комнату и сгребла в сумочку телефон и тетради, которые вчера проверяла после ухода Козырского.
Эти выходные однозначно вымотали меня физически и морально. Не помню, чтобы я хоть раз проспала хоть что-то со студенческих времен.
– Кроссовочки, Ваня, - поставила их перед сыном, который вместе со мной вышел в прихожую. – Куртку.
– Мам, ты чего? Это же твоя куртка, - выпучил глаза сын.
– Ой, точно! Мой плащ, - вдела руки в рукава и достала с вешалки Ванину куртку, помогая ему её надеть. – Застегнем.
– Я сам!
– Конечно-конечно, - закивала согласно и нахлобучила на его макушку тонкую шапку.
Хоть и май месяц за окном, но утром еще прохладно.
– Я всё, - резюмировал сын.
– Я тоже. Идём. Вовремя никуда не придем, но и сильно не опоздаем, - вдела ноги в туфли, закрыла за собой дверь квартиры. Взяла сына за руку и вместе с ним стрелой метнулась вниз по лестнице.
Из подъезда вылетела, едва не прихватив с собой увесистую дверь в качестве сувенира.
– Побежали?
– Ты же не разрешаешь бегать, когда мы с тобой идём в садик, - скептически поднял брови Ваня, глядя на меня снизу вверх.
– Сегодня я побегу вместе с тобой.
– Ого! А ты умеешь? – еще немного и сын спросит всё ли со мной в порядке. – О, Матвей! Привет!
– Привет, старичок.
Чёрт!
Внутренне выругалась, увидев, как Козырский оторвался от разглядывания распахнутого капота своего пикапа. Закатанные рукава старого черного свитера выгодно демонстрировали его руки с проступающими через загорелую кожу тонкими венками.
Мой маленький фетиш. Но и на него у меня нет времени.
– А мы проспали, - гордо заявил Ваня, пока я пыталась увести его в сторону автобусной остановки.
– Проспали? – переспросил Матвей, обтирая руки от мазуты потрепанной временем тряпкой.
– Да. И теперь я не успею поесть кашу в садике.
– Успеешь, если мы пойдём быстрее, - потянула на себя сына, увлекая его в сторону остановки.
– А если я вас подвезу на своей машину, то ты, старичок, еще и на компот успеешь. Прыгайте.
– А можно? – Ваня уже высвободился из моей хватки, так что этот вопрос был для него чистой формальностью.
– Прыгай, конечно, - Козырский распахнул заднюю дверцу своего танка и терпеливо помог Ване взобраться в салон, подхватив на руки.
– Вау! Как здесь круто! – услышала я восхищение сына за мгновение до того, как за ним закрылась дверца.
– Мадмуазель, - улыбнулся уголками губ Матвей, открыв дверцу у переднего пассажирского кресла. – Прошу.
С сомнением посмотрела в его глаза, затем на машину, потом снова на соседа.