Ахалъ-Тэкинская экспедицiя генерала Скобелева въ 1880-1881гг. съ приложеніем карты и плана
Шрифт:
Терсъ — окановскій постъ расположенный въ лощин, представлялъ возможность для неожиданныхъ нападеній тэкинскихъ шаекъ изъ-за горъ. Въ предупрежденіе этого, начальникомъ отряду были вызваны изъ баталіона охотники. На обязанности ихъ лежала постоянная развдка окрестностей. Въ виду облегченія дла, охотники были раздлены на нсколько маленькихъ группъ, чередовавшихся между собою. Рыская по всмъ уголкамъ Терсъ-окана, охотникамъ приходилось нердко встрчать тэкинцевъ, но всегда на почтительномъ разстояніи. Об стороны, ограничиваясь обыкновенно нсколькими выстрлами, уходили во-свояси. На-дняхъ, однако, произошла и боле интимная встрча. Случилось это въ сумерки. — Усталая группа охотниковъ, исходивъ въ этотъ день нсколько десятковъ верстъ и не увидавъ ни одной тэкинской физіономіи, медленно возвращалась по среднему склону горы въ лагерь на ночлегъ. Параллельно ей, по хребту горы двигалась другая небольшая партія, которая стала спускаться къ первой. Но лишь только об партіи поровнялись, какъ въ ту-же минуту стремительно отскочили другъ отъ друга. Оказалооь, что охотники приняли за своихъ тэкинскую шайку. Послдняя, вроятно, была введена въ заблужденіе татарскимъ языкомъ, на которомъ разговаривали между собою нкоторые изъ охотниковъ, такъ какъ многіе солдаты въ Ширванскомъ полку были изъ татаръ, да къ тому же и туркменскій костюмъ нсколькихъ, въ который они нарочно переодлись, еще боле вводилъ въ заблужденіе. Когда минута смущенія прошла и охотники, вспомнивъ о ружьяхъ, бросились на тэкинцевъ— послдніе были на гор и, давъ нсколько выстрловъ, скрылись по другую сторону хребта. Пустились за ними въ догонку и, кажется, одного или двухъ настигли и прикололи. Эпизодъ этотъ, развеселившій очень ширванцевъ, варьировался впослдствіи на множество ладовъ.
Передневавъ въ Терсъ-окан и запасшись водой, такъ какъ намъ снова приходилось хать боле 60 верстъ безводной дорогой, въ сторон отъ Сумбара, мы 27-го числа отправились дале въ Ходжамъ-кала.
ГЛАВА VII
Перевалъ къ посту Ходжамъ-кала весьма затруднительный для колеснаго транспорта. Ухабистая, изрытая арыками дорога, тянется почти на всемъ протяженіи пути, лишь изрдка смняясь ровной дорогой. Ко всмъ этимъ неудобствамъ присоединяется еще отсутствіе сносной воды, такъ какъ соленая вода колодцевъ на стоянк, называемой Маргисъ, насыщена въ добавокъ сроводородомъ.
Верстъ за 6 до Ходжамъ-кала, безплодная мстность начинаетъ оживляться; кое-гд появляются кустарники и низкоствольныя деревца; въ воздух ощущается нкоторая свжесть — признакъ близкаго присутствія воды; наконецъ, передъ глазами выступаетъ ярко — зеленой полосой узкая долина съ серебрящимся на ней ручейкомъ. Долина эта, прорзывая поперечно степь, тянется далеко на сверъ, переходя въ ущелье между Копепетдагскимъ и Кюриндагскимъ хребтами, называемымъ Кизилъ-Арватскимъ. Ущельемъ этимъ образуется проходъ, соединяющій солончаковую пустыню свера съ пустыней юга, а вмст съ ними и об наши коммуникаціонныя линіи.
По другую сторону долины, на невысокомъ косогорьи, построено Ходжамъ-калинское постовое укрпленіе, вооруженное четырьмя орудіями и картечницей. Несмотря на свое сравнительно возвышенное положеніе, укрпленіе Ходжамъ-кала находится въ весьма невыгодныхъ условіяхъ, благодаря сосдству съ мстностью, рзко пересченной по всмъ направленіямъ и покрытой густымъ кустарникомъ, что даетъ возможность тэкинскимъ шайкамъ незамтно подбираться къ посту или укрываться близъ него. Такого рода положеніе ставитъ въ необходимость держать возл поста секреты и аванпосты, весьма обременительные для незначительнаго гарнизона, выдержавшаго уже не одно непріятельское нападеніе. Небольшой лазаретъ въ 25 мстъ наполненъ больными, преимущественно дизентеріей и кишечнымъ катарромъ. Между ними было и нсколько раненыхъ.
Въ Ходжамъ-кала заканчивалось телеграфное сообщеніе [13] ) и передача депешъ на передовой пунктъ, также и обратно, производилась посредствомъ геліографа, возможное только въ ясную погоду. Аппаратъ этотъ весьма простъ. Два небольшихъ круглыхъ, слегка вогнутыхъ зеркала, поставленныхъ подъ угломъ другъ къ другу, концентрируютъ солнечные лучи въ свтовой фокусъ, видимый на разстояніи 25–30 верстъ. Короткія или длинныя колебанія зеркала, производимыя нажиманіемъ пальца, соотвтствующія телеграфнымъ знакамъ «точки и тире», даютъ издали такое же дрожаніе свтоваго фокуса, наблюдаемое въ бинокль и записываемое на бумагу. Такимъ образомъ составляется депеша.
13
Въ конц октября телеграфъ былъ доведенъ до Бами.
Мста для постановки геліографныхъ станцій требуются, конечно, самыя высокія. Легкость переноски аппарата длаетъ его крайне удобнымъ и практическимъ во время производства военныхъ операцій, но, къ сожалнію, непостояннымъ.
Оъ Ходжамъ-кала до передоваго пункта оставался еще промежуточный постъ Бендесены въ 23 верст, съ котораго начинался горный перевалъ къ оазису.
По мр приближенія къ Бендесенамъ, все ясне и ясне очерчивался грандіозный Копепетдагскій хребетъ, остроконечныя вершины котораго кое-гд были подернуты туманомъ. Невдалек, у подножья хребта, на зеленомъ лугу, мстами залитомъ водой горнаго ручья, выдляется нсколько холмовъ и на нихъ сторожевые шалаши.
На холм, примыкавшемъ къ самому подъему, расположены кибитки и виднются орудія.
Поверхность вершины его такъ мала, что едва-ли вмститъ на себ и полуроту. Внизу, у подошвы его пестретъ множество желтыхъ шалашей изъ камыша. Въ нихъ живутъ казаки и, кром того, иметъ пріютъ команда охотниковъ. Близъ холма огорожено мсто, откуда несется по временамъ отчаянное блеяніе — тамъ устроена лечебница для верблюдовъ. Съ лвой стороны дороги къ укрпленію и шаговъ на 200 недоходя до него, выступаетъ широкій холмъ, со сторожевымъ постомъ на вершин.
По склону этого холма тянутся нсколько грядъ большихъ каменьевъ; за этими камнями были убиты: докторъ Студицкій съ двумя казаками, защищаясь, въ числ 13 человкъ отъ многочисленной шайки тэкинцевъ. О драматической смерти молодаго врача было въ то время заявлено офиціальной газетой. Краткость сообщенія послужила поводомъ къ разнымъ толкованіямъ и комментаріямъ, какъ мотивовъ происшедшаго случая, такъ и самаго факта.
Постараюсь въ немногихъ словахъ возстановить грустный эпизодъ такъ, какъ онъ произошелъ въ дйствительности, 21 іюня. — Дня за три до описываемаго случая, изъ Бами въ почтовое отдленіе Ходжамъ-кала былъ посланъ курьеромъ съ бумагами и шифрованными депешами казакъ 5-й Полтавской сотни Каломіецъ, вмст съ двумя джигитами. Послдніе, прискакавши, спустя нсколько часовъ, въ Ходжамъ-кала, заявили начальнику поста, что на нихъ напали тэкинцы, которые убили казака, имвшаго при себ почтовую сумку; джигитамъ же удалось спастись бгствомъ. При полученіи этого извстія, тотчасъ была наряжена погоня.
На перевал дйствительно нашли обнаженный трупъ казака, но сумки и другихъ вещей при немъ не было. О слдахъ пребыванія непріятеля въ этомъ мст можно было догадаться по зол потухшаго костра и коркамъ недоденнаго чурека.
Убитаго казака перевезли въ. Бендесены [14] ) и похоронили близъ выше описаннаго холма.
Неточность показанія джигитовъ и нкоторая подозрительность, внушаемая ими, вызвали желаніе со стороны генерала Скобелева выяснить, насколько возможно, обстоятельства смерти казака и родъ пули, которой онъ былъ убитъ.
14
Поста тамъ въ это время не было.
Съ этою цлью, два дня спустя посл происшествія, докторъ Студитскій выхалъ изъ Бами въ Бендесены въ сопровожденіи 12 казаковъ. Кром этого конвоя, Студитскаго должна была сопровождать 10-я рота Самурскаго полка, возвращавшаяся въ Ходжамъ-кала. Торопясь прибыть скоре на мсто, докторъ Студитскій ухалъ съ казаками двумя часами ране выступленія пхотнаго конвоя.
По прибытій въ Бендесены, Студитскій отдлившись, съ двумя казаками, отправился на могилу убитаго, для вырытія его трупа. Оставшіеся люди спшились и принялись поить лошадей. Бъ этотъ моментъ изъ-за холма показалось нсколько тэкинскихъ всадниковъ. Завидвъ ихъ, Студитскій крикнулъ: «За мной! поймаемъ ихъ живьемъ!» поскакалъ на встрчу къ нимъ, но сейчасъ-же вернулся обратно…
Боле 200 человкъ конныхъ тэкинцевъ съ пронзительнымъ гикомъ высыпалось на холмъ и въ долину.
Въ первую минуту Студитскій съ казаками помчался въ полуразрушенной башн, находившейся въ одной верст отъ холма. Но было уже поздно. Часть тэкинцевъ перерзывала имъ дорогу. Оставалось одно средство — занять скоре ближайшую позицію: это были вышеупомянутыя гряды камней. Въ одинъ моментъ, казаки, бросившись съ лошадей, засли за камни и, давъ подъхать ближе непріятелю, сдлали по немъ дружный залпъ, свалившій нсколько тэкинцевъ. Тогда непріятель спшился и занялъ ближайшія возвышенности, съ которымъ началъ обстрливать горсть осажденныхъ перекрестнымъ огнемъ. Одинъ изъ казаковъ былъ раненъ, другой убитъ. Въ это время тэкинцы стремительно бросаются въ аттаку; ихъ снова встрчаютъ дружнымъ залпомъ и двухъ, ползшихъ на камни, зарубаютъ шашками… Выстрлы неожиданно раздаются уже изъ-за гребня холма, гд была позиція защищавшихся: непріятель обошелъ ее въ тылъ. Положеніе осажденныхъ становилось до нельзя критическимъ. Не теряя мужества, Студитскій раздлилъ казаковъ на дв части — одни защищали тылъ, другіе фронтъ аттаки; самъ-же онъ быстрымъ скачкомъ думалъ перейти ко второму гребню — ближе къ вершин холма, но не усплъ сдлать и шагу, какъ свалился смертельно раненный пулею въ сердце, успвъ проговорить: «Прощайте, братцы! поклонъ жен»…