Чтение онлайн

Повторюсь: я в дерьме.

– Пойдем, пока ты не заболела, – вздохнул Кай, но не отпустил меня. Просто прижал ближе и двинулся со мной на руках к академии.

Вкус на мужчин, сегодня ты впервые сделал правильный выбор.

– Почему ты всегда заботишься именно об этом? Чтобы я не заболела. Хотя в твоей комнате настоящий морозильник.

Настоящий вопрос должен был прозвучать так: «Почему ты заботишься обо мне, когда у тебя, блядь, есть невеста, и ты ненавидишь меня за грехи отцов?».

Как только прозвучали мои слова, плечи Кая напряглись. Кажется, это не простая забота. Я задела что-то личное.

– На сегодня ты исчерпала количество задаваемых вопросов.

– О, это снова ты, Алькастер.

Тяжелая ладонь опустилась на мою задницу, и я взвизгнула:

– Ай!

Кай улыбнулся, заставив меня лужицей растечься у его ног. Почему этот мужчина, который совсем недавно говорил, что может уничтожить меня, несет меня на руках, учит управлять силой и улыбается самой восхитительной улыбкой?

Сюрреалистично.

Я никогда не вела себя рядом с парнями так, как в эту секунду с Каем. Обычно они дарили мне оргазмы, я наигранно стонала с позы наездницы, потому что они, во имя всего святого, не могли найти клитор, а потом мы разбегались на четыре стороны. Я состояла в отношениях, но никогда мне не хотелось слиться с человеком, как в это мгновение.

Это была не я.

Или, наоборот, это была я?

Черт разберет.

– Значит, завтра я смогу задать этот вопрос и еще сотню сверху, – зевнула я, когда мы вошли в академию. Как я и думала, по пути мы никого не встретили. Кай убил всех? Я бы не удивилась.

Он внес меня в свою спальню и только тогда опустил на пол.

– Я провожу тебя до спальни. Подожди минуту.

Когда он вошел в ванную, я присела на кровать и протерла глаза. Контроль силы опустошил меня, а наш с Каем поцелуй… Что ж, я была не против повторить его, но, возможно, уснула бы в середине процесса.

Положив голову на мягкую подушку, я прикрыла глаза.

Сейчас полежу секунду и встану. Ведь ничего не изменится, если я… совсем немного… посплю…

Рядом послышался тяжелый вздох.

– Я встаю, встаю, только не кричи, – пробормотала, приоткрыв глаза.

Как только я хотела покинуть самую мягкую и удобную кровать в своей жизни, матрас рядом прогнулся. Затем с меня начали стягивать ботинки.

Что? Кай снимает с меня обувь?

Я распахнула глаза. И правда. Он наклонился и бережно развязывал шнурки сначала на одной ноге, затем на другой.

– Поднимись, чтобы я расправил кровать, – попросил Кай, пока мое сердце бешено колотилось при виде того, как он проводит ладонью по моей маленькой ступне.

– Я уже ухожу.

– Поднимись. Чтобы я. Расправил. Кровать, – отчеканил он, наградив меня обезоруживающим взглядом.

Я моргнула. Затем встала и через пару секунд уже нырнула под неприлично мягкое одеяло. Из меня вырывался стон удовольствия, когда я зарылась носом в подушку.

– Только не приставай ко мне, – пробормотала я в полусонном состоянии. – А то понимаешь, я храню девственность для мужа, которому буду готовить три раза в день и стирать грязные вещи. Романтика.

Послышался тихий смешок, затем кровать прогнулась, и я почувствовала горячее тело Кая. Удивительно, как у человека с таким холодным сердцем была настолько теплая кожа. Интересно, он спит голым? Было бы славно.

– Советую тебе придерживаться того же. – Из меня вырвалось фырканье, когда я вспомнила, что он говорил мне эти слова при нашей первой встрече.

– Ты тоже хранишь девственность для мужа, Isprinsinn?

– Спи. – Оказывается, можно закатить закрытые глаза. – И если ты найдешь себе такого мужчину, скажи ему, что он отвратителен. Женщина не обязана проводить всю жизнь на кухне.

– Ты умеешь готовить? – удивилась я. Мне казалось, что если Кай и умеет готовить, то только сердца своих врагов под сливочным соусом.

– Я прокармливал около двадцати ртов, когда мне самому было не больше десяти лет.

Я не видела лица Кая, но была уверена, что после этих слов он напрягся. Я кожей почувствовала, как он начал закрываться, но всё же попыталась разрушить выстроенные им стены:

– Что ты имеешь в виду?

– Не всегда то, что ты видишь, есть то, кем ты являешься, – только и ответил Кай.

Я недоуменно нахмурилась. Как он мог прокармливать кого-то, если сам жил в достатке под боком такого человека, как Джонатан Алькастер? Или он что-то недоговаривал?

– А какая твоя любимая еда?

Тихий вздох.

– Как и твоя. Blaber.

Я распахнула глаза и посмотрела на Кая. В темноте комнаты черты его лица заставили меня сглотнуть скопившуюся слюну.

– Это ты сказал ему, – прошептала я с неверием. – Откуда ты узнал?

Он молчал и просто смотрел на меня своими темными глазами.

Черника.

Это Кай сказал Зейдену, что я люблю чернику.

Я решила изучать исландский язык и начала с тех слов, которые легче всего запоминались по ассоциациям. «Черника» была одним из них. Как Кай узнал? И что еще он обо мне знает? Ведь не просто так у него оказалась моя цепочка.

– Спи, – мягко повторил он.

– Можно тебя поцеловать?

Кай моргнул.

– Ты хочешь меня поцеловать?

– Уже не хочу, – пробормотала я. Что за тупые вопросы? Мне еще и повторять нужно?

Как только я натянула одеяло до носа, Кай приподнялся на локте и навис надо мной. Дыхание перехватило, когда он опустил материал к моей груди. Его губы прихватили мои на короткую секунду, но это было так сладко – до дрожи в коленях.

– Никогда больше не задавай мне этот вопрос, – прошептал он, погладив мою щеку. – Ответ всегда будет одним и тем же.

Прикрыв глаза, я закопалась в одеяло, но еще долго не могла уснуть, потому что поглядывала на него одним глазом. Мне хотелось запомнить это чувство, безжалостно разрывающее мою грудь.

Ведь завтра мы снова будем делать вид, что ничего не произошло. И завтра я снова буду ненавидеть его всей душой, потому что он – Кай Алькастер.

Посреди ночи я почувствовала, как его пальцы сплетаются с моими. И почему-то только тогда холод его кольца обжег меня, как раскаленный металл.

Мы были обречены.