Чтение онлайн

В душе проснулась искренняя зависть к театральному таланту лешего. А главное как нагло заливает! Пьяные мы тогда были. Я тогда сдала очень важный зачет за пределами Академии. Лайнус тоже что-то отмечал и поскольку совершеннолетний надрался на славу, как утверждает вином, но подозреваю что дешевым портвейном. А лешему мы сивухи притащили, василиску в пасть плошку заварной ромашки влили. Уж не знаю почему, но змей от нее дуреет не хуже, чем кот от валерьянки. И не вдвоем мы были, а человек десять. Даже Яшмин Ларге была, правда подтвердить не может, ибо не помнит вообще ничего, да и в нашу компанию случайно попала, потому что кто-то ее и одного из светленьких в кустах целующимися обнаружил.

– И совсем-совсем ничего такого?
– продолжал Райдолин, явно мечтая найти за мной какой-нибудь грешок.

И у него вполне бы получилось, потому что леший начинал заговариваться, вспоминая не только нашу гулянку, но еще и то, как однажды я уснула на коленях Трапейви.

– Ох, ты ж мерзость светлая, - укоризненно покачал головой старичок, остановившись, - за что же девоньку-то обидеть, да опозорить вознамерился? Забыл, что не дурак далеко, да чувствую помыслы твои? Руби у нас ни чета всяким там гулящим, вот как эта, например, - леший указал на девушку в руках графа, которая уже собиралась прийти в себя, но быстро передумала, завидев чудище носатое и в обносках.
– По доброте душевной вот этому охламону с учебой помогает. Причем на добровольных началах и совершенно безвозмездно.

– И как же такую добрую душонку на темное отделение занесло?
– сверлящий меня все это время глазами Морион решил подать голос.

Леший зло сверкнул позолоченным клыком и замолчал.

– Не ведаю, Ваше Величество.
– Насколько позволяли змеиные путы, изобразила реверанс.

Но почему-то мне показалось, что ответ на этот вопрос известен и королю, и Райдолину. Причем в больших деталях, нежели мне.

– Правда помогаешь?
– Спокойно спросил Виан, не сдержавший облегченного выдоха.

Я кивнула. Не поощрялось подобное, но все же не могла я парня в беде оставить. А то ведь правда на улице окажется. Да еще и силу магическую при отчислении отнимут. Я ведь понимала, что такой дар весьма ценен. Пусть у меня он был слабенький, что с горем пополам удалось развить, но был. А из Лайнуса сила ключом била, он ее с детства осознавал и принимал. Для него она была такой же естественной, как потребность в воздухе.

Разведенный лешим балаган подошел к концу. Девушек спешно привели в чувство, а потом гости с директором продолжили свою так называемую экскурсию. Мы же вчетвером, включая василиска, перевели дыхание.

Мы засиделись на мельнице до темноты, разбирая все, что парню было непонятно. Правда, даже не пытаясь обсуждать произошедшее, потому что откровенно боялись быть подслушанными, ибо Лайнус поделился весьма занятной информацией, что по всей территории бродят странные типы и наблюдают. Впрочем, Везувиан об этом предупреждал.

Пока добрались до общежития темного отделения, время приближалось к полуночи. Да вот только рядом с входом нас ожидал крайне неприятный сюрприз в лице почти двух десятков учеников, как волшебников темных и светлых, так и простых лордов с леди, с явным намерением устроить кое-кому "темную". Почему-то подумалось, что они по мою душу, поэтому я тихо попросила Трапейви отойти в сторону. И не лень же им было столько ждать. Я ведь могла и не прийти ночевать в общагу, оставшись на той же мельнице. Надо отдать должное парнишке, в беде он меня не бросил, даже пытался защитить, за что его вместе со мной и колотили, совершенно безжалостно и даже ногами. Я поняла, что лимит чудес на сегодня себя исчерпал, и спасаться придется самим, когда уже лежала на земле и получила третий весьма болезненный пинок под ребра. Причем, Грымза за всем этим наблюдала с крыльца и даже не шелохнулась. Выход был один. Энергетическая защитная волна раскидала противников в разные стороны, и поскольку именно это заклинание отражало боевые, где-то через пару минут сюда должен был явиться кто-то из преподавателей, ибо такие заклинания запрещены после заката. И самое обидное -- только оно и могло нас спасти. Противники спешно ретировались. Лайнус с горем пополам встал на ноги, поднял наши сумки, и помог подняться мне.

– Уходи, - прохрипела я, понимая как по остаткам волшебных частиц вычислят, что заклинание было моим, а Лайнусу вовсе необязательно быть наказанным.

Парень кивнул и отступил, но было слишком поздно. Рядом раздался хлопок, в бело-синем дыме стала различима фигура. С губ сорвался стон, даже не болезненный, а злой и отчаянный. Из дыма к нам шагнул проклятый Райдолин Пренитий! Внутри меня все кипело и задавалось вопросом, почему конкретно он явился, а не кто-нибудь из педагогов?! Пусть даже тот Зверь, который сначала наказывает, а потом разбирается в чем суть да дело.

– Двоих я не перенесу, - произнес он задумчиво.

Я же старалась вообще на него не смотреть, опираясь на собрата по несчастью. Лайнус, посмотрев на меня, со злостью отозвался, что сами дойдем. Светлый маг хмыкнул и уверенно зашагал вперед. Естественно нас вели к директору. Надеюсь, после этого парня не отчислят. Можно было и объяснить, что произошло, но темная, есть темная, а у учеников есть негласный закон нагло врать о ней, или вообще не рассказывать. Иначе к тебе до конца обучения прицепится ярлык стукача и заметно подмочит репутацию.

Возле кабинета директора, где из приоткрытой двери слышался голос короля и смех Везувиана, я нашла в себе силы отцепить от своего защитника и, чуть приотстав, начать передвигаться самостоятельно. Райдолин естественно зашел первым и объявил, кого привел, следом вошел Лайнус, а потом уже я, прячась за спиной сокурсника.

– Трапейви и Дарквейн, а я все ждал, когда вы вместе окажитесь здесь, - сарказм, слетевший с губ Виана, привел в бешенство, да только состояние у меня было не то, чтобы хоть что-то делать.

Голова кружилась, во рту стоял металлический привкус, теплая струйка крови из разбитой губы отчетливо ощущалась, стекая по подбородку, и дышать было невообразимо больно, поэтому и делалось это через раз. Вообще болело все тело. Такой темной у меня еще не было. Обычно наваливались группами человек по пять. И вот это сборище более десятка человек просто выходило за все рамки, но я молчала. Лайнус тоже молчал. Я не видела, что происходит из-за его спины, да и вообще не смотрела. Разве что изучала рисунок на полу, который нещадно расплывался.

– Вы хоть понимаете, что вас ожидает?

Вот теперь голос брата был наполнен яростью, хотя и звучал приглушенно. Виан говорил что-то еще, но я не слушала. Вообще. Может, это было просто по привычке, а может и со слухом проблемы. И даже не знаю, в какой момент стала оседать на пол. И хвала Светлой Каламее не в обморок. Близкие шаги, и перед опущенными в пол глазами мелькнули носки белых туфель.

– Рубина, вам плохо?
– глупый вопрос от Райдолина.

– Уже все прошло, - не желая допустить его прикосновения, попыталась удержаться в вертикальном положении, но все так же смотря в пол и только в пол. Директор в мгновение ока оказался рядом и, схватив за подбородок, заставил поднять лицо. Я зашипела от боли.

– Злобный Хирилл! Что произошло?

– На нас напало чудище, - с трудом выговорила я.

– Ты забываешься, Руби!
– рявкнул брат.
– Это ты не совершеннолетняя, а вот считать воспоминания с твоего дружка я могу уже вполне законно!

Да было в арсенале директора такое заклинание. Мощное, сильное, из высшей категории, причем весьма болезненное для того, на ком его собирались применять. И да его было запрещено применять на несовершеннолетних, ибо оно могло повлиять на психологическое состояние, как и от причиняемой боли, так и от морального унижения, испытываемого при этом.