Академия Бдим. Мы никогда не спим
Шрифт:
– Руби, может мы не так их поняли? И действительно не туда смотрим?
– Да как не так-то?!
– я сорвалась.
– Нас используют, Рит! И самое паршивое, я ведь ему поверила!
– Ру, из того что я видела, ты действительно очень дорога лорду-директору.
– Ты его еще и оправдываешь?
– ушам не верилось, что Рита защищает Везувиана.
– Я говорю о том, что видела своими собственными глазами.
– Зло прошипела Рита, тоже выходя из себя.
– Или думаешь, тебе крыло сломали, он тебя подлечил, и на этом все закончилось? Луриса со вчерашнего вечера никто не видел. И просто так Ларге тебя подстилкой обозвала?
– И что? Тебя ведь тоже.
– И у нее на это были все основания.
– Вскинулась подруга.
– И как итог, мы с тобой спали в мягких кроватках здоровые и счастливые, а кто-то побитый и очень несчастный забился в темный угол.
– Это говорит только о том, что мы им очень нужны!
Повисло молчание. И тут меня как осенило, что ни я одна, оказывается, утром была счастлива. Брови от удивления поползли на лоб.
– Подожди, ты и Морион...
– Да я и Морион.
– Выпалила Рита.
– И да, я ни чем не отличаюсь от тебя. Тоже развесила уши как влюбленная идиотка. И это не то, о чем ты подумала.
– Плечи подруги опустились.
– В любом случае, прежде чем делать поспешные выводы, как ты обычно любишь, нам не помешает узнать хоть что-нибудь для начала. И у нас только два дня на это.
– Я и не собиралась.
– Обидевшись, я скрестила руки на груди и отвернулась.
– А что ты собиралась делать?
– подруга состроила ехидную рожицу.
– То, что обещала. Стать умнее. Буду делать вид, что ничего не случилось.
– Ну-ну, посмотрим, как у тебя это получится.
– Голос так и сочился ядом.
И действительно, сказать оказалось легче, чем сделать.
Потому что хотела я того, или нет, но хириллова тройка и прочие прихвостни Мориона, так или иначе, крутились где-то поблизости. До общего собрания оставалось продержаться пять часов. И если бы не новое расписание, вряд ли бы мне удалось ни с кем не сцепиться и уж тем более при первой же возможности встречи с троицей, скрываться с глаз долой. Утешала одна единственная мысль, что еще чуть-чуть, и я отправлюсь на Верст, даже если придется преодолевать пролив вплавь. А это не Академия. У Виана там не будет столько власти надо мной. Это очень подстегивало разобраться со всеми долгами и вести себя хорошо. В смысле тихо. За хорошо можно и наказание получить. И вот вести себя тихо, выходило превосходно, что совершенно не мешало по мелкому мстить, потому что ни меня, ни Риту никто не трогал. Шептались, косились, но не трогали.
– А давно надо было Ларге врезать.
– Нефрита находилась в приподнятом настроении, идя на собрание в главный корпус, ибо нам удалось договориться с Гурье о прощении целых двух долгов.
– Или директору пожаловаться?
– фыркнула я, не разделяя ее веселья.
– Не наговаривай. То, что ее правление пошатнулось, твоя заслуга. И все думают, что ты была в изоляторе.
– Но это не меняет сути сплетен, что мы подстилки. И не абы чьи.
– В тебе говорит ущемленная гордость.
– Во мне говорит злость.
– Скорее обида.
– Смеясь, заявила подруга.
– О чем спор?
– выросли за нашими спинами Лика и Иола.
– Ру, обиделась.
– Да? И на кого?
Я лишь закатила глаза, не желая отвечать. Но Рита ответила за меня. Хорошо хоть правду не сказала. Просто выдала общеизвестную истину, что мир мне не мил.
В шесть часов адепты привычно собрались в зале главного корпуса и со злостью буравили двустворчатые двери взглядом, ожидая появления своего бывшего кумира и предвкушая еще какую-нибудь пакость с его стороны. Кумир явился вместе с друзьями, что тихо заняли место у стены, с точностью до секунды, и со злорадным выражением на лице, свежий и отдохнувший. Чего нельзя было сказать вообще ни о ком из присутствующих. Ученики стояли сплоченной стеной, подпирая друг друга плечами, пряча за спинами первых рядов особо уставших, вымотавшихся и побитых, чтобы не портить общую картину, а лорд-директор не думал, что победил.
Везувиан, совершенно никуда не торопясь, оглядел притихших и злых учеников, потом преподавателей, и только потом повернулся к своему секретарю. Леди Миома сидела за столом в углу и видимо делала последние подсчеты результатов, как недельных, так и общих по семестру. Первые давали право покинуть альма-матер на выходные. А вот вторые... с ними все было гораздо интереснее. Если уровень их был выше среднего, можно было получить дополнительные бонусы, в виде стипендии, послаблений на следующей неделе и даже разрешения на небольшой праздник маленькой группой. В этот раз именно они могли сыграть решающую роль для желающих принять участие в турнире волшебников. Леди Миома подняла затравленный взгляд и помотала головой, что еще не готово, и надо потянуть время.
Адепты нервно поглядывали на часы, мечтая сбежать из Академии на выходные. Виан это заприметил и совсем уж недобро усмехнулся.
– Вечер добрый, - о том, насколько этот вечер был добрым, красноречиво в ответ поведал зубовный скрежет толпы.
– Я вижу выражение полного восторга на ваших лицах от нового подхода к процессу обучения.
– Виан просто издевался и даже этого не скрывал.
– Что ж, мне он тоже пришелся по вкусу.
– На полном серьезе заявил мужчина, а злость толпы потихоньку стала перерастать в панику, от предвкушения еще больших проблем.
– Наверняка, почти все вы задаетесь вопросом, с чего такие перемены? Некоторые особо одаренные умом и прочими талантами уже успели догадаться, что это последствия визита короля.
– Очень многозначительная пауза.
– Не буду скрывать, это сыграло определенную роль. Но не только это. Господа, я смею вас огорчить, во всех ваших нынешних проблемах виноваты только вы сами. Я на многое мог закрыть глаза, считая, что постоянной порки вам достаточно. Но нет. Вы ею походу наслаждаетесь и все больше, все чаще и серьезнее нарушаете правила Академии.
Виан снова скосил взгляд на леди Миому, что в этот раз кивнула, и встала передать директору табель успеваемости.
– И мы, наконец-то, собрали все отчеты наблюдателей в один общий. И результаты непросто неутешительные, они отвратительные. Как и обещал, я зачитаю все ваши проступки. По традиции, начнем с проступков наших леди.
Понеслось. Зачитывание наших недельных проступков публично, приносило Везувиану особое извращенное удовлетворение. И традиционно он начинал с тройки худших учеников недели. По той же традиции, я гордо выпятила грудь, готовая признаться во всем с достоинством, но...
– И на этой неделе особо отличились... Ох, да у нас даже не тройка. Десятка худших.
– Хохотнул директор.
– И лидирует в ней Яшмин Ларге.
– Глаза Виана лукаво сверкнули, пальцы щелкнули материализуя доску для вычислений.
– Итог недели... Четыреста семьдесят два очка?
– он усмехнулся, что мне стало жаль девицу.
– Попрощайтесь с ними. Адепт Ларге в присутствии короля регулярно наносила оскорбления по поводу и без, не только ученицам Академии, но и гостям, не редко во всеуслышание... точное количество раз...
И пока директор перечислял, лениво проводил арифметические подсчеты. Яшмин так же обвинили в отсутствии манер, незнании правил этикета за столом, неумении вести интеллектуальную беседу и излишней навязчивой вульгарности, да и много в чем, включая постоянное участие в избиении других. Последним пунктом была озвучена попытка соблазнить Его Величество самым непристойным образом. дважды. Хоть на нейтральных землях, да и вообще на всем архипелаге, никому не нет дела до вступления в интимную близость, с кем бы то ни было до свадьбы, на территории Академии подобные вещи сурово наказывались. За пределами можно творить все, что душеньке угодно, но здесь все же учебное заведение, и моральный облик имел значение. Когда Виан вывел последнюю цифру, Яшмин чуть не упала в обморок, остальные ученики ахнули, а сам лорд-директор вышел из себя.
– Минус двести шестьдесят очков! У адепта выпускного года! Как прикажете это понимать?! Четырнадцать лет коту под хвост?! Поздравляю, вы побили все рекорды! Средний бал по семестру вышел в полный ноль!
И действительно. За всю историю Академии было зафиксировано всего несколько случаев отрицательных итогов недели. И ни один не перевалил за сотню. Виан тем временем продолжал, все же сумев взять себя в руки. Среди остальных старших учениц нашлось еще пятеро тоже вышедших в минус, и одна еле как смогла удержать первые полторы сотни очков. С прочими ситуация была гораздо лучше. Можно сказать легко отделались. Одной списать три сотни, другой всего две. Я прониклась к брату сочувствием. Я бы тоже вспылила и завалила учеников работой по самое не хочу. Где-то на середине списка он махнул рукой и перешел сразу к тройке старших леди, которая проявила себя лучше всех. И я пораженно ахнула, прикрыв рот, когда Виан назвал имена Лики и Риты, списав им всего по сто двадцать баллов, за озвученные в присутствии посторонних мысли, несколько недостойного леди содержания.