Чтение онлайн

Я выбираю знание.

Нож остается в руке, пока я следую за ним по извилистым коридорам и вниз по узкой лестнице. Стены меняются с отполированного камня главного замка на более грубую, древнюю кладку. Мы направляемся в старые секции Академии Хитборн, подальше от общежитий и формальных классов, в пространства, которые видят немногие студенты.

Наконец, Дейн останавливается перед тяжелой деревянной дверью, укрепленной железными полосами. Он прикладывает ладонь к ней, бормоча слова, слишком тихие, чтобы я могла расслышать. Дверь беззвучно распахивается внутрь, открывая классную комнату, непохожую на любую другую в Хитборне.

Здесь нет изысканной мебели или эмблем чистокровных — лишь голые каменные стены, уставленные полками с древними текстами и странными артефактами. Большой стол доминирует в центре комнаты, его поверхность испещрена символами, похожими на те, что теперь выжжены у меня на запястье. Несколько стульев разбросаны вокруг, а железные подсвечники держат пламя, горящее с неестественной устойчивостью, заливая комнату янтарным светом.

— Войди, — говорит Дейн, отступая в сторону.

Я колеблюсь на пороге. — Это то место, где вы пытаете темнокровных, которые не смогли убить ваших коллег?

Его выражение не меняется, но что-то мелькает в этих нечеловеческих глазах. — Если бы я хотел тебя мертвой или в тюрьме, мисс Салем, ты была бы уже в камерах под нами. Это место для обучения.

— Я не записывалась на уроки.

— И всё же ты здесь стоишь. — Он снова жестикулирует в сторону комнаты. — Твой выбор, конечно. Уходи, если предпочитаешь гадать, почему эти отметины продолжат жечь, когда ты попытаешься причинить вред определенной личности в Хитборне. Гадать, почему твоя кровная магия может дать сбой в решающие моменты. Гадать, как много я знаю о перемещениях твоего ковена и могиле твоей бабушки.

Упоминание моей бабушки решает за меня. Я вхожу в комнату, держа стол между нами. — Откуда вы знаете о моей бабушке?

Дейн закрывает дверь за собой взмахом руки — без физического касания, чисто магический контроль. Последствия не ускользают от меня.

— Я знаю многое о твоей семье, Эсме Салем. Вопрос, который ты должна задать, — почему я не поделился этим знанием с моими чистокровными коллегами. — Он подходит к столу, его пальцы скользят по символам, вырезанным на поверхности. — Покажи мне запястье.

Я не двигаюсь. — Сначала ответьте на мой вопрос.

Его глаза поднимаются к моим, и на мгновение они меняются с янтарных на цвет расплавленного золота, зрачки сужаются. — Я плохо реагирую на требования. Урок, который тебе стоит усвоить быстро, если мы хотим иметь продуктивные отношения.

— У нас нет отношений.

— Теперь есть. — Он протягивает руку через стол. — Твое запястье, пожалуйста.

«Пожалуйста» удивляет меня настолько, что я обнаруживаю себя движущейся вперед, неохотно протягивая руку через стол. Отметины углубились с тех пор, как я последний раз их осматривала, руны стали более четкими, словно древнее письмо, врезанное в мою кожу.

Пальцы Дейна на удивление нежны, когда они охватывают мое запястье, поворачивая его, чтобы осмотреть отметины со всех сторон. Несмотря на нежность, от его прикосновения исходит жар — на этот раз не обжигающий, но неестественно теплый, как будто температура его тела на несколько градусов выше, чем у обычного человека.

— Руны связывания, — объясняет он, проводя указательным пальцем по одному символу. Где он касается, отметина на мгновение вспыхивает золотым светом. — Древняя магия, предшествующая разделению на темнокровных и чистокровных. Эти конкретные создают связь-ограничение.

— Вы поработили меня? — Я пытаюсь дернуть руку, но его хватка сжимается ровно настолько, чтобы удержать меня на месте.

— Если бы я хотел раба, я бы выбрал кого-то менее спорного. — Его тон остается ровным, почти академическим. — Эти руны не контролируют тебя. Они лишь предотвращают конкретные действия — например, убийство определенных членов персонала Хитборна.

— Мазров, — ровно говорю я.

Дейн склоняет голову. — Верно.

— Почему вам есть дело до того, устраню я его или нет? Он всего лишь эксперимент чистокровных, расходный охранник.

— И твое решение — неуклюжее покушение на публичном мероприятии? — Он отпускает мое запястье с пренебрежительным жестом. — Если бы я не вмешался, ты бы сейчас была в цепях, проходя допрос.

Мое эго задето. Он говорит, словно я никогда раньше не убивала успешно, и мне потребовалось его вмешательство. Словно мне нужен он, чтобы контролировать ситуацию. *Он как версия заблокированного убийцы.*

— Киран Мазров может выглядеть как простой охранник, — продолжает он, — но он более ценен для Хитборна, чем ты, возможно, понимаешь. Его смерть обрушила бы на твой ковен такой уровень внимания, с которым вы не готовы справиться.

Уверенность в его голосе заставляет меня приостановиться. — Вы говорите так, словно вам небезразлично, что случится с моим ковеном.

— Мне важна… гармония. — Он отходит от стола, выбирая тяжелый том с одной из полок. — Крестовый поход чистокровных против твоего рода нарушает древнее равновесие. Их эксперименты с Мазровым и другими подобными ему… вызывают беспокойство.

Он кладет книгу на стол между нами, открывая её на страницах, покрытых символами, совпадающими с теми, что у меня на запястье. — Твоя попытка сегодняшним вечером была обречена с самого начала. Не из-за какой-либо неудачи в твоих навыках — которые значительны — а потому что твой подход был принципиально ошибочным.

— И вы решили отметить меня вместо того, чтобы просто сказать это? — огрызаюсь я.

— Ты бы стала слушать? — Его бровь слегка приподнимается. — Или ты бы отмахнулась от меня как от еще одного чистокровного, защищающего своих?

Он прав, хотя я не собираюсь в этом признаваться. — И что именно вы теперь предлагаете?

— Обучение. — Он постукивает по открытой книге. — Эти руны не только ограничивают — они также усиливают. Твоя темнокровная магия обладает грубой силой, но ей не хватает утонченности. Точности. Я могу научить тебя методам, которые заставят сегодняшнее грубое покушение выглядеть детской игрой.

Я смотрю на него, пытаясь прочесть за этим бесстрастным лицом то, что лежит в основе. — Зачем вам учить темнокровную быть более эффективной убийцей?

— Как я и сказал — ради гармонии. — Его глаза встречаются с моими через стол. — И потому что ты меня заинтриговала, Эсме Салем. Немногие проникли бы на сегодняшнее собрание с такой уверенностью. Еще меньше остались бы стоять здесь, допрашивая меня, после того как были обнаружены.

В его взгляде есть что-то, что посылает нежеланный жар по моему телу, совершенно отличный от жжения рун. Я заставляю себя отвести взгляд, вниз на древний текст.