Чтение онлайн

Оказывается, иметь в избранных телепата было не так прикольно, как я думала в десять лет… Вместо того, чтобы слушать, что ему говорю я, Сиерлен прислушивался к тому, что думает отец. Интересно, а на что он надеялся, если честно? Что мой папочка примет его с распростертыми объятьями, после того, как он его библиотеку поджечь попытался?

— Сиерлен! Я показала метку маме, чтобы узнать, как снимать проклятие, а не для того, чтобы избавиться от нашей связи! И родителей припугнуть лишь для того, чтобы быть уверенной, что это не предки наложили на тебя проклятие, — пояснила я устало, — Отец, конечно, не в восторге от того, что я — твоя избранная, но решение он в любом случае оставляет за мной.

Я задумалась. Значит, среди людей были попытки разорвать связь истинных и это даже иногда не заканчивалось смертью экспериментаторов-людей. Но если человек отделывался поломанной судьбой и тоской, которая была с человеком до конца его (или ее) жизни, то оборотень, оказавшись без Истинной пары, погибал. Без исключений. И мое драконье чудо решил, что раз уж так получилось, пожертвовать собой, чтобы спасти меня? Похвальное стремление. Если бы он еще не пытался решать такие вопросы за меня и иногда слушал то, что я ему говорю… с первого раза, а не с третьего, цены бы ему не было!

Я постаралась напомнить себе, что по драконьим меркам, Сиерлен намного младше того же Хамлера. И еще подросток. Правда, я даже в бытность подростком, не выкидывала таких номеров, как он. И все же биологический возраст дракона приходилось учитывать. Так как его максимализм иногда проявлялся совершенно не к месту.

Глава 38

Хамлер за моими метаниями наблюдал с пониманием. Сам недавно также метался из-за риска потерять собственную Избранную. То, что глава синих драконов принес относительно хорошие новости, было выгравировано на его физиономии, но я все равно решила уточнить.

— Ты нашел, как снимать проклятие, — сказала я, кивнув на книги, которые он принес.

— Да, нашел, — в глазах Хамлера я заметила хитрые смешинки, словно то, что он хотел сказать, его донельзя развлекало, — Хорошие новости в том, что проклятие можно снять. Раньше я был чуть слабее Сиерлена, как маг. Сейчас, из-за проклятия, которое ограничивает его дракона, я ему, пожалуй, равен по силе, а значит и моя Истинная — тоже. Так что трое магов, которые могут снять заклятие из пяти — это тоже хорошие новости.

— А плохие какие? — спросила я.

— А плохих нет. Есть… проблемные. Кто-то из магов должен приостановить действие проклятия, и делать это достаточно часто, чтобы его вообще можно было снять. Так всегда приходится делать со смертельными заклятиями.

— И… как это действие проклятия приостанавливается? — недоверчиво спросила я. В этом и я, и память, доставшаяся от Каэри были едины — мы не знали, что это возможно, да и как это делать были не в курсе. Что-то у Каэри пробел в знаниях касательно проклятий… упущение в этом ее (а теперь и моей) мамочки. Каэри учиться любила. Но в такие дебри, конечно, не забиралась. Это не ее специализация — проклятийники об этом побольше знают.

— Для этого и одного мага, сильнее, чем проклятый, достаточно. Маг должен будет периодически создавать магического антагониста проклятию. Можно одного и того же, можно разных. Таких антагонистов указано с десяток в книгах проклятийников, — пояснил глава синих драконов, — Сиерлен даже обернуться драконом сможет после применения любого из этих антагонистов.

— Так. А в чем подвох? — спросила я недоверчиво у Хамлера, так как Сиерлен сжался, и снова смотрел на меня так, словно ожидал исполнения приговора к мучительной смерти, а не решения проблем с проклятием. Может, он чуть больше меня знал о смертельных проклятиях?

Хамлер пожал плечами и не ответил.

— Это очень больно, применение антагониста даже для обычных проклятий больно, а уж для смертельного и подавно, — тихо сказала избранная Хамлера, которая вошла в комнату. Малыш на ее руках уже уснул и она, видимо, решила пойти поискать своего дракона, — И применять нужно часто, несколько раз в день.

— А ты точно в проклятиях разбираешься? — спросила я ее.

— Я разбираюсь в лечебной магии, проклятия мы тоже изучаем, — улыбнулась молодая женщина… ха, эльфийка… нет дракон, в эльфийской ипостаси!

— Зови меня Эльрин, — она оглянулась на Хамлера и протянула ему малыша. Хамлер кинул на стол книги и немедленно забрал кроху с маминых рук. Драконыш несмотря на такие манипуляции не проснулся.

Сиерлен с ужасом посмотрел на нее — видимо, ему и меня одной в качестве практикующего мага-универсала, который его периодически отлавливает, чтобы вылечить все раны и инфекционные болезни, которые он успел приобрести, было достаточно.

На его лице явно было написано: «Еще одна лекарка-дракон на мою голову?»

Похоже, известие о том, что Эльрин — лекарка, а тем более ее уверенность о том, что приостанавливать действие проклятия — больно, мой дракон воспринял крайне негативно.

Хамлера с малышом на руках Эльрин погнала спать. Просто и без затей пояснив, что за крохой нужно приглядеть, чтобы температуру проконтролировать, и чтобы малыш мог спокойно спать, чувствуя рядом тепло и знакомую ауру. Меня такие дебри магического общения между Избранными и распределением домашних обязанностей между драконами, честно говоря умилили. Значит, Эльрин знала, что Хамлер вполне ответственен для того, чтобы приглядеть за драконышем, хотя малыш и болен? Впрочем, своему дракону Эльрин пообещала, что скоро тоже пойдет спать, только проинструктирует коллегу касательно магических антагонистов проклятию.

Ага. Так и сказала: «коллегу». Хотя настоящая Каэри только начинает учиться. Может, Истинная Хамлера почувствовала опытную лекарку в теле Каэри? Мне, если честно, было не до вопросов, догадалась она, что я симбионт или просто хотела показать, что высоко ценит помощь мага-универсала? А я подумала, что не кинься я спасать синих драконов, вопрос о проклятии я может быть, проигнорировала бы.

Тем более, что Сиерлен помалкивал о нем, не желая привлекать внимание к своим проблемам. А то, что ему было больно… драконий оборотень считал, что скрывать боль — суть высшая драконья доблесть и абсолютно правильное для дракона поведение. И как драконы еще не вымерли в этом мире при таких «нормах» поведения? А спохватилась бы я вовремя, заметив, что с Сиерленом что-то «не так», без помощи синих? Или заметила проклятие только тогда, когда было бы поздно пытаться его побороть? Ага, бабушка надвое сказала… И тогда… что?

Эльрин на мои этические метания обращать внимание не стала, быстро провела инструктаж по применению антагонистов, заставив меня несколько раз повторить их создание, пояснила мне, что списком контактов с синими драконами и доставкой лекарств в поселения, которые были в контакте с синими займутся сами синие, оставила книги о проклятиях на столе, посоветовав снять с них магические копии, посоветовала не откладывать в долгий ящик помощь Сиерлену с ограничением проклятия, и ретировалась, оставив меня наедине с перепуганным нашими тренировками в применении магических антагонистов драконьим подростком.