Чтение онлайн

Может, ректор решит все же оставить горгулью в качестве одного из символов академии. Ведет она себя сейчас куда приличнее, чем Вальдер Эфлон.

— Ирлея! — Милон радуется, застав меня у фонтана. — Я нашел нечто интересное и похожее на то, что произошло с Кирс.

Мы удаляемся в беседку, и Милон Ханиш рассказывает о древнем и редком колдовстве под названием «Извлеченные души».

— Удаляется не вся душа, а лишь ее частичка, точнее, цепочка каких-то качеств. Они преобразуются в энергию для подпитки чего-то или кого-то. Ну а место, которое освобождается, превращает человека в сосуд. И чаще всего маг, совершивший такое непотребство, чем-то заполняет эту пустоту.

— Значит он с ними еще не закончил! — по спине пробегают холодные костлявые пальцы страха.

— Получается, так, — растерянно откликается Милон.

20.3

На следующий день занятия в Мракендарре отменены.

Академия празднует свое трехсот тридцати трехлетие.

С утра на улице слышна музыка, инструменты летают стайками по аллеям, путаются в ветвях деревьев.

В воздухе запах свежей листвы и праздника.

— С днём рождения, Летхит, — слышу поздравительное ворчание соседки.

Фелиндрикс запрыгивает на кровать, прижимается, обнимает пушистыми крыльями.

Глажу малыша по голове между ушами.

— Спасибо, — благодарю обоих своих сожителей за поздравления.

— Вся движуха начнется в три, — размышляет Эльна, — сначала праздник на площади, а потом какое-то представление в Чертоге Мрака. Там-то все и случится.

У нее в руках тонкий листок с программой важного дня.

— Какое бесстыдство, вносить это в программу! — возмущаюсь я.

— Скорее всего, Талироди собирается воздействовать на весь Мракендарр, как истинный злодей.

Эльна смотрит на меня с интересом:

— Ты подниматься думаешь? Я тебя одаривать собираюсь.

Как мило. Суровая темная ведьма может сколько угодно показывать, какая она жесткая, словно пережаренное мясо. Но ее действия говорят обратное.

Стоило мне встать, как соседка вручает черную шкатулку, вырезанную из камня.

— Она чудесная! — выдыхаю восхищенно. И совершенно не преувеличиваю. Вещь потрясающая, ручной работы, с тончайшей гравировкой.

— Храни свои цацки в приличном ларце, — Эльна явно довольна моей реакцией.

Мне становится немного стыдно. Я и правда разбрасываю свои немногочисленные украшения, а потом с трудом нахожу.

У нас куплены новые наряды для праздника. Никогда бы не подумала, что у адепток академии так часто появляется повод пополнить гардероб свежим платьем. Казалось бы, нам выдали комплект парадной формы, именно для подобных торжеств. Но кто им пользуется? Только те, у кого совсем маленькая стипендия, а семья не может позволить себе траты на дорогие тряпки. Ну и на вручении аттестатов выпускникам вся академия приходит в официальном.

Лучи Ардила стучат в окно, прорываются сквозь шторы, тормошат, зовут на улицу, праздновать.

Настроение поднимается, несмотря на тревожные прогнозы насчет вечера.

Одеваюсь и выхожу на улицу в поисках завтрака. Сегодня он праздничный, в большой столовой главного корпуса. В перекинутой через плечо сумке — Фелиндрикс. Я не могу оставить его в комнате в такой день.

Мне девятнадцать. Прислушиваюсь к себе, изменилось ли что-то в самоощущении?

Нет, взрослее не стала, кажется.

В тринадцать лет думала о том, какой буду в таком почтенном возрасте как сейчас. И видела себя совсем другой. Уверенной, состоявшейся, лучшим артефактором на курсе.

Но никак не обладательницей непонятного никому дара с кучей проблем.

— С днем рождения, Ирлея! — на крыльце главного корпуса ко мне подбегает Милон, в руке вертит одинокий розовый тюльпанчик, такой милый и нежный.

— Спасибо, — я и сама расцветаю от дружеского внимания, с благодарностью принимая дар.

— И вот еще, от меня, — Милон протягивает блокнот в кожаном переплете, — с пожеланиями хорошей учебы.

— Какая прелесть! — без Керейны тут не обойтись. Она фыркает над моим ухом.

— Бедняжка Летхит не теряет надежды подцепить себе хоть какого-нибудь парня!

У меня слишком хорошее настроение. Я не собираюсь вступать в склоки. Поднимаю голову и начинаю прислушиваться.

— Милон, мне кажется, или где-то поблизости хлопают кожаные крылья?

— Да, — с умным видом кивает парень, — Лякся почуяла запах своей любимой игрушки. Может и подзакусить ей планирует.

— Больные! — фыркает Керейна и пулей влетает в дверь, чуть не врезаясь в нее.

Мы с Милоном начинаем хохотать в голос.

И тут чьи-то руки обнимают мою талию сзади. Почему-то первая мысль, что это Вальдер. Едва успев допустить эту вероятность, я чувствую стыд.

— Говорят, ты сегодня отмечаешь днюшку, Злючка-Колючка! — мурлыкает Деркей, отпуская меня.

— Ладно, позже увидимся! — Ханиш машет рукой и исчезает.

— Позвольте вас проводить, — Деркей подает руку, я принимаю ее. Мы отправляемся в столовую как парочка.

А там меня ожидает еще больший сюрприз. Такой, от которого мурашки по спине и хочется рыдать от избытка эмоций.

Вся наша команда по ментелену, во главе с Вальдером, выстроилась в одну линию. И как только мы с Деркеем переступаем порог, ребята начинают петь:

'В этот день звезда зажглась,

В этот день ты родилась!

Поздравляем, поздравляем, поздравляем!

Будь красива и умна,

Удачею наделена.

Поздравляем, поздравляем, поздравляем!'

Мальчики окружают меня, отталкивая Деркея. Подхватывают на руки и несут между столов, девчонки же скандируют:

— С днем рождения, Ирлея Летхит!

Происходящее кажется сном. Чтобы меня, первокурсницу, случайно попавшую в команду, ту, по вине которой мы словили позорный проигрыш, так чествовали?

Это странно.

По лесенке из рук меня спускают прямиком в лапы Эфлона.

— Мои поздравления, букашка! — он ухмыляется, словно случайно подхватывая меня чуть ниже талии.