Чтение онлайн

Его пальцы погладили живот и спустились ниже, на левое бедро.

– Раздвинь ноги, - приказал вампир, и Амали подчинилась, подавив судорожный вздох. Она откинула голову, чтобы не видеть, и вместо этого принялась разглядывать стены и потолок с красивой позолоченной люстрой.

Однако когда кожу на внутренней стороне бедра пронзила резкая боль, желание любоваться фурнитурой исчезло. Элль с силой сжала зубами нижнюю губу и вцепилась пальцами в плед, сминая мягкую пушистую ткань.

Спустя какое-то время, заполненное непрекращающимся чувством, будто ей делают болезненный укол, Амали поняла, что прокусила губу, и рот наполнился противным железистым привкусом.

Хейден оторвался, с шумом втянув воздух, и протянул руку к её лицу, но Элль резко отвернулась.

– Не надо.

– Ты не имеешь права говорить клиенту ничего, начинающегося с «не», - Александр потянулся и схватил её за подбородок, силой повернув к себе.

Амали промолчала; Хейден притянул её к себе и дотронулся языком до повреждённой губы, слизывая кровь.

– А ты молодец, - констатировал вампир, оторвавшись от её губ и встав с софы, - сказала, что не будешь бояться, и не боялась. Если хочешь, можешь отдохнуть тут.

Элль покачала головой и тоже села, хотя уже понимала, что головной боли и слабости не избежать. Но вернуться в Академию нужно было как можно скорее, иначе Синклер может заметить её отсутствие.

Непослушными руками она сгребла с пола платье и натянула.

– Давай застегну, - Хейден быстро справился с лентой и «молнией» и протянул ей маску.

Оказавшись снова в кабинете Александра, Элль увидела там свою одежду и переоделась прямо при нём.

– Дайте мне ваш контракт, - завязав шнурки на кедах, попросила Амали, на что Хейден только улыбнулся.

– Я уже обрисовал тебе основные позиции. Надеюсь, ты запомнила. Совсем необязательно, что тебе нужно будет всё время раздеваться, но будь готова к такому.

– Ага, - Элль встала и взяла протянутую стопку денег, перетянутую резинкой. Считать сил не было – она совершенно не чувствовала, что способна сконцентрироваться на сложении или умножении – поэтому Амали просто сунула пачку в карман и кивнула.

– С тобой приятно иметь дело, крошка. Как обзаведёшься мобильным, позвони. Номер прямой.

Александр протянул ей визитку, которая отправилась в тот же карман, что и купюры.

– Спускайся, Кэвин тебя отвезёт.

Глава тринадцатая, в которой Амали прибегает к нечестной игре

Амали сидела в ванной, опустив голову так, чтобы горячие струи, бившие её по плечам, коленям и голове, не затекли в глаза или нос. Повязка на руке намокла, но снимать её Элль не стала – не хотелось лишний раз смотреть на рану.

Зато с болезненной тщательностью, даже какой-то ожесточённостью, она оглядела каждый сантиметр кожи, то ли боясь, то ли желая найти оставленные Хейденом укусы. Надломленный тоненький голосок внутри требовал взять что-нибудь острое и сделать себе новые раны, чтобы не зажили, а превратились в уродливые грубые шрамы. Чтобы все знали, какая она теперь грязная.

Вампирская шлюха.

Амали склонила голову ещё ниже; вода постепенно нагрелась и стала уже невыносимо горячей, но сил подняться и дотянуться до крана не было.

– Мэл?..

– Мэл? – со смехом Штефан залетает в пустой класс и, обнаружив сестру, заметно успокаивается, - ты чего? Мать с ума сходит, говорит, ты потерялась.

– Я не хочу идти, - недовольно шепчет Амали и со всей силой, на какую только способны семилетние кулачки, бьёт по огромному букету гладиолусов. Мама купила его вчера на ярмарке, и крохотную Элль за высокими цветами почти не видно.

– Ну и сиди тут как дура, - Штеф не пытается успокоить, а просто показывает язык и уходит. Однако Амали знает: Штефан стоит за дверью, ждёт, пока она выйдет или позовёт его обратно. Несмотря на все его подколки, издёвки и толчки, она знает – брат всегда рядом.

– Мэл, ты здесь? – Сэйдж зашла в ванную и ойкнула, увидев, что Элль даже не задёрнула за собой штору.

– Не называй меня Мэл, - ровно отозвалась Амали и поняла, что вода, струйками собирающаяся на скулах, отчего-то солёная.

– Ну ладно, - Саванна чуть напряжённо улыбнулась и предпочла сменить тему, - ты идёшь на завтрак?

– Не жди меня.

Когда в комнате послышался щелчок захлопнувшейся двери, Амали всё же встала и выключила воду.

Телефон Сэйдж лежал на тумбочке, и рука Элль сама собой потянулась туда. Нестерпимо хотелось услышать голос брата, но номера, куда она могла бы для этого позвонить, не существовало.

Мелькнула мысль связаться с Александром или Джеймсом. Поговорить с кем-то, кому хоть чуть-чуть не плевать на её проблемы.

Но по всему выходило, что и такого номера нет.

***

– Поговорить надо, - Амали подошла к последней парте, на которой по обыкновению устроились сёстры Стивенс, и встала над ними, сунув руки в карманы. Пальцы тут же нащупали зажигалку Штефана, и чтобы справиться с нервами, Элль начала рефлекторно открывать и закрывать крышку.

Джана взглянула на неё без восторга, но всё же кивнула на свободный стул и бросила сёстрам:

– Погуляйте.

Амали хотела было сказать, что их это тоже касается, но передумала – в конце концов, очевидно было, что в их троице всё решает старшая сестра.

Элль изложила всё то, что узнала от Марка и Джеймса, и ещё до того, как озвучила просьбу о помощи, поняла, что рассчитывать не на что.

– Слушай, Эрде, мне жаль твоего брата… Но если он реально у этих сектантов, что мы можем сделать?

– Но этот ваш Треугольник?..

– Для полукровок мы сильны, но обычные ведьмы легко уделают нас вдвоём. А если там есть кто-то из Харланов, то я и на сто шагов не приближусь.

– И что в них такого?

– Они психи, - полушёпотом, хотя в аудитории помимо них был только один парень, играющий в телефон на первой парте, ответила Джана, - полные. Говорят, сто лет назад, когда ещё не отменили рабство, они ужасно издевались над рабами, и именно потому, что они ставили эксперименты с магией на этих людях, Харланы достигли офигенных высот. Они самая могущественная семья ведьм. И они презирают Совет, потому что в Совет должны выбирать самого крутого колдуна, но все боятся, что если Харланы войдут в Совет, то начнётся то же, что было сто лет назад.

– Слушай, не обижайся, но мне пофигу на Совет, ваших этих чокнутых ведьм и всё остальное, - Элль щёлкнула крышкой зажигалки так, что заболел ноготь, - я хочу спасти брата, и всё.

– Я не стану подставлять свою семью, только чтобы попытаться спасти незнакомого парня, - прямо сказала Джана и встала. Когда за ней захлопнулась дверь класса, Амали вскочила и сжала руки. Умом она понимала, что Джана права – они не знакомы со Штефаном, да и с самой Элль далеко не друзья. Но ярость мешала делать правильные выводы, и Амали, со злостью схватив с парты свой рюкзак, вышла. Ей срочно требовалось покурить и подумать, что делать дальше.