Чтение онлайн

– Ты же за сегодня уже литра два выпила, – удивился Вик.

– И ещё столько же выпью, если потребуется, я пол ночи нормально не спала, за этим памятником гоняясь, – отмахнулась я и, нацепив самую очаровательную из своих улыбок окликнула. – Официант! Будьте так добры, нам четверым то, что и всегда в двойном размере, только порция Киры единичная. Плюс одна порция как у Татьяны и кружка самого крепкого кофе, что у вас имеется.

В этом заведении нас знали все, так что парнишка, чьего имени я не запомнила как ни старалась – больно уж непримечательным был этот тип, сколько ни встречай на улице мимо пройдёшь и не узнаешь – должен был меня понять. Заказ мы обговорили ещё по дороге. Наши двойники и Дима, не знакомые с этим заведением, решили просто довериться нашему вкусу.

– А что за история с памятником? – поинтересовалась Кира, в курс дела ещё не введённая.

Пришлось кратко обрисовывать ей ситуацию в городе, замысел Министра касательно меня и то, как прошла моя ночь.

– Министр совсем сбрендил что ли, на такие задания недоучек отправлять? – хмыкнула Кира неодобрительно, дослушав мой рассказ с постоянными дополнениями и комментариями ребят.

– Ну ты же знаешь его, – вздохнула я, выразительно посмотрев на неё.

Этой фразой было сказано всё, что нужно было. Дедушка Киры – живой – был членом Совета от ведьм и ведьмаков, и Кира планировалась как его преемница, а потому с Министром контактировала часто. И будучи яркой эксцентричной оригинальной неординарной личностью, коих тот не переваривает, относилась к нему не лучше, чем я.

Забегая вперёд, могу сказать, что выбор заброшенного здания вышел неудачный и в этом целиком и полностью моя вина – я должна была проверить его, прежде чем мы начали ритуал.

Сначала всё шло хорошо. Мы с Вирой держали поле, Таня и Вик с Сарой и Артёмом (двойниками друзей) читали заговор, Дима высчитал наилучшее место для проведения, а Кира делала всё остальное. Всё как всегда, только участников больше и раньше с нами не было цифровика. Пока мы не услышали странный звук. Словно бы крик. Сначала тихий, потом нарастающий всё громче и громче.

– Баньши, – сплюнула я, сдерживая ругательства. – Приближающаяся!

Обстановку я оценила мгновенно. Проход в поле, который мы организовали, из-за приближения нежити стал колебаться, стремясь расшириться, уши закладывало, наша с Вирой концентрация сбивалась, удерживать потоки было уже почти невозможно, они натянулись настолько, что оставляли тонкие физические порезы на пальцах, и нужно было срочно что-то делать. Иначе в этот мир повалят бесконтрольно души с той стороны мира, а мы сойдём с ума, а потом умрём от этого крика.

– Вик, Таня, Сара и Артём, купол беззвучия, соображайте, быстро, это базовые стандартные формулировки! Вира, сшивай проход, Дима, Кира, стирайте пентаграмму! – отдала указания я, перекрикивая баньши, пока это ещё было возможно.

Мозг работал быстрее, чем я успевала сообразить, команды слетали с языка быстрее, чем мне удавалось их осмыслить, но главным было то, что я уже знала, что делать. Никто, слава Тьме, не стал задавать лишних вопросов. Сердце, бешено колотившееся в груди, постепенно успокаивались. Тьма дарила безразличие и собранность.

Убедившись, что купол, установленный четырьмя слововязам сразу, не пропускает адский крик, я кивнула и выскочила из-под него. Последнее, что я успела услышать, это испуганный вскрик Тани, окликнувшей меня. А потом был только нарастающий крик. Безумие? Возможно, но едва ли кому-то из нашей компании кроме меня хватило бы и сил, и знаний, чтобы иметь хоть какой-то шанс справиться с высшей нежитью.

Когда рядом со мной, забрасывающей баньши усмиряющими и упокаивающими формулировками и на ходу придумывающей новые, но не слышащей их, появился Эдгар, я не уловила. Однако стоило ему оказаться рядом, как всё закончилось достаточно быстро. Быстрее, чем я успела сойти с ума, а купол беззвучия над ребятами выдохся. Помню лишь пронзительный звук, белёсый полупрозрачный силуэт прекрасной женщины – это, собственно, баньши – и то, как сквозь пелену на слезившихся от боли в глазах, мерцали вспышки чистого света. Кажется, я даже успела тогда отстранённо восхититься. Я вот манипулировать чистой энергией Тьмы не умела, а Эдгар управлял светом так, словно в этом ничего такого не было. Что лишь ещё раз подтверждало его могущество и потрясающий контроль.

А потом... А потом нас отчитывали. Долго, с чувством, и с явно с трудом сдерживаемым ругательствами. У меня жутко болела голова, а потому переносить это для меня было очень сложно. Особенно когда к голосу Соколова прибавлялись голоса пытающихся оправдаться ребят. В какой-то момент я не выдержала.

– Всем молчать! – рявкнула я, сама того от себя не ожидала.

От неожиданности умолк и удивлённо посмотрел на меня даже профессор.

– Профессор Соколов, пожалуйста, хватит ругаться на ребят, – попросила я уже тише. Собственный голос тоже резал слух и отдавался болью в висках. – В произошедшем вина исключительно моя. Мне следовало догадаться провести диагностику пространства перед началом ритуала. Особенно если учесть, что именно я как никто другой из нашей компании осведомлена об обстановке в городе. Никто другой в проведении ритуала ошибок не допустил, и если бы не наличие баньши, то всё прошло бы, как и всегда, прекрасно. Уверяю, опасности в нашей задумке не было никакой, мы вызывали дух бабушки Киры уже десятки раз. И я считаю, что уже достаточно поплатилась за свою глупость. Так что прошу, проявите немного милосердия и прекратите орать, у меня жутко болит голова и, кажется, недавно ещё и кровили уши.

Подбирать нужные слова с раскладывающейся головой было задачей не из простых, но я, кажется, справилась. Не ожидавший от меня такой тирады и того, что я возьму всю ответственность на себя, светлый несколько секунд внимательно смотрел на меня, пока я уставилась в пол, потому что в наклонённом положении голова болела не так сильно. Наверное, со стороны это выглядело как жест раскаяния. Ребята попытались было что-то возразить, не считая справедливым по отношению ко мне то, что я взяла всю вину на себя, но я жестом остановила их. Глупость действительно была моей, и если что отвечать тоже мне.

– Что ж, – наконец кашлянул в кулак светлый. – Если вы уверены в безопасности ритуала, привлекшего находившуюся по близости баньши, и ваша компания опытна в подобных делах, то у меня, собственно, претензий нет. В том, что вы не знали о баньши, на самом деле ни чьей вины нет, вы ведь не профессиональные некроманты, чтобы каждый раз учитывать подобные вещи, да и баньши обычно не водятся в заброшенных зданиях.

Я, конечно, с ним была не согласна в том, что я не виновата, но всё же кивнула, делая это осторожно, чтобы не заполучить новый взрыв боли, и перевела тему на более актуальную:

– Зачем вы, собственно, меня искали, профессор?

То, что он искал меня, было понятно из той «воспитательной лекции», которую я прервала. О том, как он меня нашел я пока предпочла не задумываться. Потом спрошу.

– Для нас с вами новое задание, – вздохнул светлый. – В одном торговом центре наводят форменный бедлам гномы.

– Ну уж с гномами-то спецы Министерства должны уж справиться! – удивилась я.

– Семеро. Гномов. Низших. И их двойники, – мрачно уточнил светлый. – А людей как обычно не хватает.

– Прекрасно, – с ядовитым сарказмом фыркнула я. – Четырнадцать гномов на нас двоих или там будет ещё кто-нибудь?

– Три рунника, спецы по работе с сознанием, которые потом подкорректируют воспоминания спящих, находившихся в ТЦ, – ещё мрачнее усмехнулся светлый той усмешкой, которая очень явно выражала его отношение к тому, что целых четырнадцать профессионалов по наведению беспорядка – а именно ими низшие гномы и были в отличии от своих разумных высших "собратьев", которые всегда были спокойными солидными личностями, успевшими копить и зарабатывать – повесили на двух слововязов, одна из которых студентка.