Чтение онлайн

Она обвела рукой зал, где стояли ряды саркофагов — памятники чудовищного эгоизма.

— Торвен постоянно оправдывал свои действия. "Мои намерения ясны! Чисты!" Это был знак. Чистота не требует оправданий. Свету не нужно кричать, что он свет. Он просто светит.

Лили, вытирая заплаканное лицо, задумчиво произнесла:

— Значит, сомнения в себе… это хорошо?

Она вспомнила, как часто сомневалась в своих силах, как боялась подвести подруг.

— Сомнения держат нас честными, — кивнула Эфира. — Абсолютная уверенность в своей правоте — путь к тирании. Тот, кто не сомневается, перестаёт слышать других. Перестаёт чувствовать боль, которую причиняет.

Виолетта, поддерживая всё ещё слабую Игнию, подошла ближе.

— Торвен был великим магом, — сказала Игния с горечью. — Мы работали вместе. Он был лучшим из нас. Как он пал так низко?

Эфира посмотрела на неё долго, с материнским сочувствием.

— Постепенно. Маленькими шагами. Сначала "цель оправдывает средства". Потом "они не поймут, но я знаю лучше". Потом "я имею право, я сильнее".

Призрак вздохнул, и от этого вздоха по залу прошелестел ветерок.

— Гордыня растёт медленно. Как сорняк. Ты не замечаешь её, пока она не задушит всё остальное. Но корни глубоки.

Она перевела взгляд на девушек. На Эльвиру — Архимага, на Умбру — носительницу запретной магии, на талантливую Виолетту, воительницу Аэрис и чуткую Лили.

— Помните это. Когда станете сильными. А вы станете. Власть развращает. Не силой. А шёпотом: "Ты особенная. Ты заслуживаешь. Ты знаешь лучше".

Эльвира кивнула. Она вспомнила холодный амулет Торвена и его сладкие речи о ее исключительности.

— Мы запомним.

Но Эфира не улыбнулась. Её призрачный лик оставался суровым, полным тревоги. Она медленно подняла руку и указала на постамент в центре зала.

На Ледяной Меч.

— Торвена больше нет, — прошелестел её голос. — Но дело его живёт. Посмотрите.

Эльвира перевела взгляд на меч. Вокруг клинка воздух дрожал и темнел. Из разлома в камне, куда было вогнано оружие, сочилась тьма — густая, маслянистая, как нефть. Портал не закрылся. Теневая магия продолжала плескаться, выливаясь в мир.

Эльвира привычно закрыла глаза, переключаясь на внутреннее зрение.

Ужас сковал её сердце. Ничего не закончилось. Черные трубы — те самые каналы, которые она видела над городом, — всё ещё висели в астральном небе. Они пульсировали, выкачивая жизнь из спящих горожан.

А здесь, в Академии, три яркие звезды гасли под напором тьмы.

Циркония, Терра и Аквилина.

Они всё ещё держали купол над городом. Они оттягивали удар на себя, работая живым щитом. Их ауры истончались, чернели под напором ядовитой энергии. Ещё несколько минут — и они сгорят.

— Нужно вытащить меч! — крикнула Эльвира, открывая глаза. — Он работает как пробка, которая не дает закрыть дверь!

Умбра не ждала команды. Она бросилась к постаменту. Её перчатки были порваны, руки в крови, но она не чувствовала боли.

Дроу схватилась за ледяную рукоять обеими руками.

— Выходи! — прорычала она, упираясь ногами в каменное основание.

Мышцы на её руках вздулись. Она тянула изо всех сил, вкладывая в рывок всё отчаяние, всю надежду на искупление.

Меч не шелохнулся. Он словно сросся с камнем, стал единым целым с фундаментом мира.

Эфира печально покачала головой.

— Нет, дитя. Не получится.

— Почему?! — крикнула Умбра, не разжимая рук. — Я свободна от контроля! Я дроу! Это святыня моего народа, она должна ответить!

— Если бы печати были сняты правильно, — голос Эфиры был полон горечи, — замок бы открылся. Меч вышел бы легко, как игла из ткани.

Призрак подплыл ближе к пульсирующему постаменту.

— Но Торвен не открыл замок. Он сломал его. Он разбил последнюю Печать Земли грубой силой. Механизм заклинило. Ритуал нарушен необратимо.

Эфира посмотрела прямо в глаза Умбре:

— Его нельзя вытащить. Его можно только разрушить.

Руки Умбры разжались. Она отступила на шаг, глядя на призрака с ужасом.

— Нет, — прошептала она. — Нет! Это Ледяной Меч! Это надежда моего народа! Пророчество… "Тот, кто вернет меч, станет величайшим героем".

Она повернулась к Эльвире, и в её фиолетовых глазах стояли слезы.

— Эльвира, нельзя! Если мы уничтожим его… для дроу больше не будет надежды. Я навсегда останусь предательницей. Я уничтожу то, ради чего жили поколения моих предков!

Эльвира смотрела на подругу и сердце её разрывалось. Она понимала. Для Умбры этот меч был не просто артефактом. Это был билет домой. Прощение. Искупление всех грехов. Уничтожить меч — значит своими руками уничтожить путь назад.

— Умбра, — тихо сказала Эльвира. — Посмотри.

Она не стала спорить. Она просто указала рукой на стену, за которой, она знала, сейчас умирали магистры.

Умбра проследила за её взглядом. Она тоже чувствовала это — угасание жизней. Смерть Терры, которая учила её не бояться. Смерть Аквилины. Гибель города.

— Это цена, — сказала Эльвира. — Меч или они. Прошлое или будущее.

Умбра задрожала. Её взгляд метался от сверкающего, прекрасного клинка к двери.

Легенда. Герой. Возвращение домой. Против жизни друзей.

— Я не могу… — прошептала она. — Я не могу это сделать. Эльвира, сделай ты. Ты Архимаг. У тебя хватит сил.

Эльвира подняла руки. Огонь и Земля уже собирались на её ладонях, готовые нанести удар. Она могла бы это сделать. Разбить меч, спасти всех.

Но она посмотрела на Умбру. На сгорбленную фигуру подруги, раздавленную виной и страхом.

Если Эльвира сделает это — Умбра никогда себе этого не простит. Она будет жить с мыслью, что не смогла. Что позволила уничтожить святыню чужими руками. Она останется жертвой.