Ал'Терра: Магия Крови
Шрифт:
— Ты же из-за убийств, да? — тихо спросил Себастьян. — Я слыхал в трактире о дознавателе из Кентара и все ждал, когда ко мне нагрянут.
— Прям-таки ждал?
— Ну да, — парень пожал плечами. — Не дурак, все понимаю. Приехал такой из города, живу недавно, на кого еще думать? Разве еще вон на старину Фрэнка, да приятель?
На лице слуги не дрогнул ни один мускул. Он стоял у входа, как статуя в фонтане во дворе — такой же неподвижный и замшелый. Флин поймал себя на мысли, что уже и забыл про его присутствие.
— Правда, я все рассказал уже, — продолжил Себастьян. — Нового добавить нечего.
— Это кому еще?! — сорвался Мердок.
— Так Рэймонду. Он тут староста или мэр, я особо не вникал.
«Доуэлл ходил к нему сам? Но почему? Почему старшину не послать? Что-то к свидетелям он не ходил — там Мердок отдувался. А к этому — пожалуйста. Ох, Рэймонд, что-то ты темнишь...»
Себастьян, кажется, заметил замешательство в глазах гостей и поспешил переменить тему:
— А чаю не хотите? Фрэнк шустро сварганит.
— Часто у тебя староста бывает? — спросил Флин.
В голове родилась маленькая идейка, которую можно быстро проверить.
— Да нет, а что? Пару раз заходил.
— А помнишь тот раз, когда он спрашивал тебя про убийства?
Себастьян немного отстранился, сощурил глаза. Пальцы правой руки вцепились в кожаный подлокотник дивана, губы сомкнулись в полоску.
— Ну помню.
— И что он говорил?
Парень замялся — разговор теперь почему-то был ему неприятен, и Флин это видел.
«Ну, давай, ответь хоть что-нибудь!»
— Да всякое. Спрашивал, где я был и все такое. А к чему это?
Есть! Флин поймал мыслеобраз и... Чуть не рассмеялся.
Опять темнота. Как вчера у Доуэлла! И этот что-то скрывает, причем это «что-то» связано со старостой. Доуэлл тоже врет, а значит можно сделать вывод (хоть и не точный пока), что тайна у них общая. Все интереснее и интереснее! Неужто прав был Мердок? Хотя Лора говорит, что Себастьян не отмеченный... Тьфу ты, не кровяной маг! Но можно ли и ей верить?
Как же все сложно в сельском королевстве.
Надавить бы на парня, но чем? Ни фактов нет, ни улик, ничего. Мердок вон готов и просто так этому Себастьяну морду набить, но так вопрос тоже не решить.
«Думай, Флин, думай...»
— А доктор к вам зачем заходил? — вспомнил он.
А, — Себастьян отмахнулся. — Ногу я вчера подвернул — крыльцо-то видели какое?
Ну-ка... Еще один мыслеобраз — опять чернота. Да вы тут все издеваетесь, что ли?! Еще и доктор в чем-то замешан? Может, проще сразу все село за решетку кинуть?
Беда.
Флин помучал Себастьяна еще с полчаса, но шибко не напрягаясь — ничего тот не знал и не слышал. В ночи двух убийств из трех его многие видели: первый раз он проторчал до утра в кабаке, во второй — играл в карты с местными. Спорить с этим трудно, хотя Мердока объяснения не устроили — с каждым ответом его харя становилась все пунцовее. Флин не стал ждать, когда старшина лопнет, и распрощался с хозяином дома. Старый Фрэнк помог им одеться и проводил до дверей. Флин расстроился, что не успел допить вино — вкусная, все же, штука.
Но вино — это мелочи. Главный вопрос — что делать со всей местной шайкой? Староста, доктор, богатенький сынок из столицы — хорошая такая компания, видная. Так чего ж они тут закрутили?
А еще эта знахарка... Ладно, хоть с Мердоком все понятно — он прост, как вон тот булыжник на обочине. По лицу сразу все видно. Но остальные...
Долго Глухой лог прятал своих скелетов, но настало время доставать их из пыльных шкафов и сушить на солнышке. Благо и погода позволяет.
На обратном пути занялись рутинной работой — прошлись по родным и соседям убитых, заново всех опросили, хотя Мердок сопротивлялся и не понимал, зачем это нужно, если он уже давно все это сделал. Но Флин был непреклонен.
Впрочем, обход получился бесполезным — никакой новой и хоть капельку важной информации. Врагов у убитых не было, странности не происходили, соседи тоже ничего не приметили. Одна бабка, правда, с пеной у рта утверждала, что бедная Нела занималась ведьмовством и колдовала по ночам, а еще наслала на нее, бабку, проклятие — дескать, из зависти, но Флин так и не понял, чему там можно было завидовать. Да и бабка эта сама больше на ведьму из сказок походила, только еще безумнее.
На все эти бессмысленные телодвижения угрохали почти весь день — Флин настолько устал от разговоров и мельтешащих перед глазами сельских лиц, что хотел забраться куда-нибудь в укромный уголок (желательно с бочонком портера) и отдыхать до завтра. Но совесть не позволила, так что он, тяжко вздохнув, вместе с непривычно молчаливым Мердоком под боком поплелся в логово старшины.
Грейсон словно прочитал его мысли и сначала послал бодрствующего на этот раз Нормана в кабак за пивом, а уж потом протопал к себе в кабинет. Флин мимоходом поглядел на решетки арестантской — посадят ли они туда кого-то? Или он так и уедет ни с чем? Об этом рано думать, времени пока хватает, но коварная мыслишка нет-нет, да и проскакивает.
— Ну и что ты про все это думаешь? — спросил он Мердока, когда тот настежь распахивал окно в кабинете. Внутрь сразу полился поток свежего воздуха, разгоняя духоту.
— А что вчера сказал, то и думаю. Этот тип тут точно при деле. Не, ну согласись, что он мутный?
— Себастьян-то? — Флин развернул стул наоборот, да так и уселся, сложив руки на высокой спинке. Уперся подбородком в запястья. — Он явно что-то недоговаривает, но на убийцу не похож.
— Да ну? С чего ты взял?
— Опыт, Грейсон, опыт! — Флин воздел указательный палец в потолок. — Я многое повидал.
— Уж не больше моего, — недовольно отозвался Мердок. — Я спорить не буду — у тебя там в столице столько дерьма, что нашей глухомани и не снилось. Но опыт-то у меня посерьезнее будет.
— Как бухих мужиков в кабаке разнимать и в семейных склоках копаться? Или искать, кто спер редиску с чужого огорода? Грейсон, я же про убийц, маньяков, а не про...
— Я не всегда здесь работал, — сухо проговорил старшина, глядя в окно. — Бывали и другие времена.
— А где же тогда?
— В Холберри.
Флин прикусил язык.
«Дэвы меня раздери, зачем я про это заикнулся?»
Холберри. Теперь про этот город мало кто говорит, но оно и не удивительно — 43 года назад, как и многие другие, он канул в Пропащих землях. Не самый крупный городок, что-то вроде Вэллса, но все же не глухомань, это точно. Отсюда, от Глухого лога, раньше до Холберри ходил поезд — две станции, и ты на месте. Ныне и путей-то тех давно нет, а что творится в самом Холберри — знают лишь те, кто в нем и остался. Но вряд ли они кому-то расскажут, ведь мертвые не говорят.