Чтение онлайн

— Как называется та дрянь, за которой нас сюда послали? — внезапно в коридоре послышалась мужская речь.

Чезигеру пришлось приостановиться. Ладонь, добравшаяся до застёжки на брюках Дашки, поднялась выше, под кофту.

— Проклятье, дверь приоткрылась, — выругался он.

— Стихийная жидкость, — ответил студенту Алекс Винсент. — Даша?! — последний вопль раздался в лаборатории.

— Мне стереть тебе кусок памяти или ты промолчишь по собственной инициативе? — Чезигер отвлёкся от ведьмы, из пяти метров, отделяющих его от призывателя, преодолел четыре.

— С кем ты разго… — хотел поинтересоваться другой маг, но увидев полураздетого Эзарию и распластанную на столе Дашку, пробормотал: «Извините», — и кинулся назад.

— Стой, Иланис, — приказал Саша. — Я не уверен, что девушку не принуждают.

— Ты меня спас! — воскликнула колдунья, проносясь мимо принца и падая на друга.

— Неужели? — некромант щёлкнул пальцами, проведя рукой перед лицом по диагонали.

Одна из каменных плит, которыми был выложен пол, вылетела, устремившись к юноше. Реакция Саши молниеносностью не порадовала, плита задела его предплечье, разодрав и ткани мантии и рубашки, и кожу. Врезавшись в стену, своеобразное оружие распалось на осколки — такая была скорость, они по отдельности взмыли в воздух, и теперь не одна, а две цели могли быть поражены.

Старания Дашки завладеть вниманием Эзарии, используя галлюцинации, успехом не завершились, чёрный маг умело избавлялся от них, внедряя их в разум противников. От преследований около десяти каменных глыб и штук восьми несуществующих монстров (а ведьме потребовалось призвать именно столько, чтобы убедиться: они Чезигеру не страшны) удирать было нереально.

Кошмар прекратился, когда Саша сообразил, что его стихия включает в себя не только землю, но и камень. Эзария счёл призывателей выведенными из строя, его действия вновь определяла похоть. Дашка, заметив мелькнувшее в глазах названого брата решение, даже стала подыгрывать охотнику до женской плоти.

— Отойди! — крикнул Саша.

Колдунья, терпящая ласки, уклонилась, Эзарии попал в голову камень. Убить сквернавца или ранить серьёзно стихийный маг не рассчитывал, в удар он вложил сотую часть той силы, что могла послужить колдуну. Сознание принц потерял, крови просочилось меньше, чем у самого Саши.

Подобрав форму и сумку, валяющуюся в углу с минуты падения у стола, Дашка с призывателями умчалась.

— Как же тебя угораздило? — вздохнул друг, пока Иланис спрашивал в соседней лаборатории вещество.

— Хорошо я путь сократила, — ведьма закатила глаза. — Умудрилась вляпаться в поле зрения этого маньяка. Лорианте велела идти на занятие. Боюсь подумать, как девочка изводится. Очевидцев полно, кстати, было.

— И все равнодушно наблюдали?!

— Сострадающие находились, да рисковать не посмели. Видимо, принц свой факультет выдрессировал.

— Подонок! Что же надо было вытворить, после чего подобные выходки ему стали с рук спускать? Тебе не нужно к целителю? — озаботился парень.

— У меня и синяков нет, — хмыкнула Дашка.

— Зато три засоса на шее, — парировал Саша.

— Чезигер старался облегчить мою участь жертвы, — усмехнулась колдунья. — Если он со всеми таков, неудивительно, почему многие девчонки мечтают под него лечь. Кстати, ты, в отличие от меня, нуждаешься в целительской помощи.

Явившийся с пробиркой мутно-жёлтой стихийной жидкости Иланис подтвердил, добавив, что Дашке следует идти в общежитие.

— У Лорианты сердце не выдержит, — отвергла она предложение. — Надо показаться ей.

До Фатоны Фаризе добралась за день, перед этим три дня потратив на освоение мастерства телепортации. Преобразованная магия грифона Флео прижилась внутри женщины удачно. Атаки, проклятия и усиливающие заклинания, то есть всё применимое в боях, у тёмной ведьмы по-прежнему не получались, телепортация и колдовство, связанное с созданием новой жизни, не были сложны. Правда, сразу из Аэльмы в деревню близ Зальвана переместиться для Фаризе ещё являлось невозможным, магия переносила её на десять километров, не дальше. Женщина перебиралась из города в город, чары иссякали быстро, восстанавливались нескоро, так что на улице Фатоны она, покинув дом погибшей семьи Дамре утром, возникла вечером.

Знаменитое поселение богато юными сумасбродами. Расположить к себе кого-нибудь из них и пользоваться лучшими чертами его характера ради своего блага нетрудно. Молодые люди жаждут подвигов, вдоволь налюбовавшись на хаос, еженедельно устраиваемый хранителями закона.

Фатона была, как всегда, приветлива. Резвящиеся феи в садах, огоньки окон, смех на улицах, фруктовые деревья, ветви которых перегибались через заборы, будто предлагая плоды прохожим, стрекот сверчков. Постоялый двор Фаризе посещением не удостоила — верный слуга должен быть коренным фатонцем.

На Центральной улице скамейки стояли под каждым деревом. Ведьма нашла незанятую, устроилась. Вскоре рядом села девочка, уже юная девушка четырнадцати-пятнадцати лет. Причёска была детской — две косы, одну она начала энергично расплетать, весьма неаккуратно, выдирая иногда волосы.

— Такие красивые локоны, а ты о них не заботишься, — укорила девочку Фаризе, когда увидела всё великолепие распущенных белокурых волн.

— Я с косичками как маленькая! — упёрлась блондинка. — Брат заставляет так ходить, говорит, с ними скромнее выгляжу. Зато сестра убеждает, что видимость невинности мне вредит, потому что зрелые мужчины на девочек слюни пускают. Переживает, что меня совратит какой-нибудь тип, которому за сорок.

— А что родители? — спросила Фаризе, терпеливо приготовившись слушать.

— Родные давно погибли. Приёмная мать была убита примерно год назад, отец раньше умер. Остались две сестры и брат, — разговорилась случайная собеседница. — Одна сестра сутками на тренировках и в походах, вторая обожает всем помогать и её постоянно где-то носит, а теперь она преподаёт в Магической Академии. Брат бывает дома чаще их и пилит меня усерднее. За всех.

— Для второй сестры нет разницы, что ты делаешь с волосами?

— Теоне главное, чтобы мне было по душе. То есть вот так, — юная красавица взбила пальцами локоны, они рассыпались по плечикам и спине. — Это единственный раз, когда её мнение совпадает с мнением Джесс.

— Первой сестры?

— Ага. Джессика со всеми ссорится. Ой, а зачем вам это знать? Вы вообще кто, в деревне я вас не видела! — спохватилась девочка.

— Я телепортировалась сюда час назад. Моё поселение разрушили слуги Ирвинга, и я ищу местечко, где приняли бы обездоленную ведьму, — прикинулась Фаризе несчастной.

— И во многих городах вам отказали в приюте? — проникся чужим горем, пусть и вымышленным, ребёнок.

— На что мне надеяться в городах? — усердствовала женщина, почуявшая добычу. — Там слишком жёсткие нравы. Я посещала небольшие поселения, но жители стали недоверчивыми, отовсюду гнали меня.

— Жаль, Теона в Академии, — опечалилась девочка. — Уговорила бы брата пустить вас к нам. Места хватит. Когда-то сестра добилась от матери разрешения, чтобы у нас поселились четыре незнакомца, да ещё из Большого Мира.