Чтение онлайн

И получили согласие. И не ошиблись.

Так на пятьдесят втором году жизни А.И. стал министром СССР.

Задачи, стоявшие перед ним, многим тогда представлялись неразрешимыми: с одной стороны, электроника становилась базовой отраслью для большинства направлений промышленности, определяя их уровень, а с другой – сама электроника требовала новых подходов к созданию материалов особой чистоты, технологического и исследовательского оборудования, приборов, которые отечественная промышленность не выпускала. Отрасль промышленности для выпуска сложной современной техники (а таковыми были все оборонные отрасли) должна состоять из множества специализированных предприятий, а их разрабатывающие, технологические и производственные мощности должны быть хорошо сбалансированы и выстроены в технологическую цепочку. Но по факту в подчинение новому ведомству было передано лишь полтора десятка НИИ и КБ.

Электронные фирмы Англии, Франции, особенно США, в своем развитии не только складывали усилия, но и использовали кооперацию с фирмами Германии, Швейцарии, Италии и других стран. Советскую электронику надо было поднимать в условиях жесткой изоляции от мировых достижений.

Только очень смелый и уверенный в себе человек мог взяться за это дело.

Но какие бы великие задачи по развитию микроэлектроники и всей остальной электронной техники ни стояли, начинать нужно было с прозы: формирования аппарата и создания условий для его работы. И уже здесь начались первые сложности. Первым заместителем председателя Госкомитета явно не с подачи А.И. Шокина был назначен К.И. Михайлов, а не, к примеру, А.А. Захаров, уже давно занимавшийся электровакуумными приборами и другими электронными компонентами. В.С. Сергеев, работавший до войны на заводе № 213, писал в воспомминаниях: «Директор завода К.И. Михайлов (впоследствии заместитель министра электронной промышленности) был человек «крутой». <…> Вел директор себя независимо и, мягко говоря, недемократично. Ходили слухи, что Михайлов пользовался каким-то высоким покровительством, в том числе, когда вопреки желанию А.И. Шокина, назначили его заместителем» [281] .

В состав нового комитета переходили главные управления ГКРЭ, занимавшиеся активными и пассивными электронными компонентами. В очередной раз менялась и ведомственная принадлежность здания на Большом Черкасском. Отраслевые главки так и продолжали размещаться здесь, но для руководства А.И. Шокин счел его малоподходящим и начал борьбу за помещения в здании на Китайском проезде. Здесь на втором этаже располагался созданный в 1956 году Институт мировой экономики, возглавлявшийся А.А. Арзуманяном (в 1962 году стал академиком АН СССР) – родственником первого заместителя Председателя Совета Министров Анастаса Ивановича Микояна. Несмотря на то, что А.И. Шокин довольно быстро добился поддержки у Косыгина, вопрос о передаче этих площадей Госкомитету по электронной технике не продвигался из-за сопротивления Арзуманяна и его влиятельного родственника.

Отступать было не в правилах А.И. Шокина – нужно было идти к Микояну. При встрече состоялся памятный разговор. Умудренный ветеран советского правительства сказал примерно следующее:

– Зачем вам это надо? Вы знаете, что беретесь за невозможное? Такого в нашей стране создать нельзя. Неужели вы не понимаете, что теперь все будут валить свои грехи на ваш комитет, а вы сами превратитесь в мальчика для битья?

Высказывая эти провидческие мысли, Микоян, наверное, больше думал о том, чтобы, запугав собеседника, решить проблемы Арзуманяна. На А.И. Шокина разговор произвел сильное впечатление не самими этими утверждениями, так как он и сам хорошо понимал будущий расклад ролей, а то, как, казалось бы, далекий от электроники политик сразу все понял. Он проявил настойчивость, и недовольный Микоян, не имея веских возражений, был вынужден прекратить сопротивление. Институт мировой экономики переехал в другое место, и в бывшем кабинете его директора разместился почти на двадцать пять лет А.И. Шокин.

Председатель ГКЭТ за работой в своем кабинете

Вскоре после образования ГКЭТ 12 апреля 1961 года пришел выдающийся, ни с чем не сравнимый успех в космосе – полет Ю.А. Гагарина. На новой должности ездить на полигон председателю ГКЭТ уже было не надо, но его вклад в эту работу не был забыт – он был награжден орденом Ленина (вторым). Брежнев, Руднев, и Калмыков за этот полет стали Героями Социалистического Труда, Устинов получил вторую медаль «Серп и Молот», а Н.С. Хрущев – третью.

В Записке И.Д. Сербина в ЦК КПСС о награждении за заслуги в создании ракетной техники и изучении космоса говорилось, что, после рассмотрения представленных материалов с соответствующими организациями и ведомствами, внесены необходимые поправки. К присвоению звания Героя Социалистического Труда было представлено 86 человек вместо 114. Остальные 28 человек представлены к награждению орденами, так как целый ряд из них ни разу не награждался, недавно работают в области ракетной техники и имеют замечания по работе. Вносимыми предложениями исчерпываются ранее принятые решения ЦК КПСС о награждении за создание и производство ряда баллистических ракет.

Героями Социалистического Труда стали главный инженер НИИ-34 Евгений Антонович Гайлиш и заместитель главного конструктора и начальник отдела СКБ-567 Геннадий Яковлевич Гуськов, заместитель главного конструктора ОКБ-1 Борис Евсеевич Черток, научный руководитель НИИ-944 Александр Юльевич Ишлинский, директор Всесоюзного НИИ электромеханики Андроник Гевондович Иосифьян. Орденом Ленина были награждены НИИ-885 и завод № 205 Саратовского совнархоза и его директор его Б.В. Бальмонт, а также Г.С. Вильдгрубе, Л.Н. Закгейм, С.А. Зверев, Г.П. Казанский, К.И. Мартюшов, К.И. Михайлов, И.Д. Сербин, М.М. Федоров, А.Н. Щукин. В списке награжденных орденом Ленина после «64. Витку В.А.» идет «66. Внутского В.А.». Можно предположить, что под № 65 стояло «Владимирского С.М.», но было вычеркнуто в последний момент.

Среди награжденных за первый полет человека в космос. Сидят слева направо: 3-й – Н.К. Руднев, 4-й – В.П. Глушко, 5-й – В.И. Кузнецов, 6-й – Д.Ф. Устинов, 7-й – Л.И. Брежнев, 8-й – М.К. Янгель, (?), 10-й – Н.А. Пилюгин, (?). Стоят: 2-й – С.А. Зверев, 3-й – В.Н. Третьяков, 9-й – Л.В. Смирнов. Третий ряд: 4-й – А.И. Шокин, 7-й – Б.Е. Бутома, 12-й – В.Д. Калмыков

Поскольку в записке Сербина указано, что орденом Ленина награждаются 484 человека, а список заканчивается на номере 485, то, скорее всего, он и вычеркнул…

Для А.И. Шокина, проработавшего в структурах управления промышленностью уже двадцать с лишним лет (и каких лет, и с какими учителями и воспитателями!), времени для вхождения в профессию вообще было не нужно, и без какой-либо раскачки он приступил к решительным действиям. Уже 26.06.61 г. он направил служебную записку на имя заместителя Председателя Совета Министров СССР Д.Ф. Устинова, в которой приводились данные о катастрофически низком качестве продукции, выпускавшейся заводами: большая часть выпускаемых в стране телевизоров (60 %) и радиол (70 %) выходили из строя и требовали ремонта до истечения 6-месяченого гарантийного срока; 20 % отбраковывалось в магазинах сразу после доставки с заводов, что свидетельствовало о низком качестве заводского контроля.

Главной заботой председателя Госкомитета стала выработка стратегии развития в стране промышленности электронных компонентов. Как государственному деятелю ему была абсолютно ясна необходимость паритета в военной области с богатейшей страной мира – Соединенными Штатами Америки. Как специалист он прекрасно понимал, что без первоклассной электроники это невозможно, а затраты на ее развитие требуются огромные, и тягаться здесь с США еще труднее, чем в других областях. Американцы понимали это по крайней мере не хуже и давно уже всячески ограничивали продажу в Советский Союз не только радиокомпонентов, но и оборудования для их производства. Поэтому главные цели нужно было выбирать из условия достижения наибольшего эффекта при крайне ограниченных возможностях отечественной экономики.

А.И. Шокин не считал правильным, что государственные комитеты отвечали только за развитие отраслевой науки, а промышленные предприятия находились в ведении совнархозов. По его мнению, это приводило к дополнительному административному барьеру между наукой и производством, но зато при таком разделении ответственности и сам министр, и весь аппарат комитета были обязаны уделять все свое внимание созданию и внедрению образцов новой техники. Этим и отчитывались, а не валовыми показателями производства. Не случайно, что именно в этот период было создано очень много НИИ и КБ.