Чтение онлайн

Шапилина еле успела отскочить от двери. Но встреча была неминуемой, и для отвода глаз она схватила телефонную трубку. Казарин вышел из кабинета и замер при виде Тани, стоявшей к нему спиной.

– Да… Конечно… Как обычно… Ага… – Танька мастерски изображала диалог с невидимым собеседником.

В этот момент в кабинет вошел помощник Петра Саввича в сопровождении телефонного мастера.

– Понимаешь, я споткнулся о провод, а он и оборвался.

Оборванный провод от аппарата, по которому «говорила» Танька, валялся тут же на полу.

– Починим, – пробурчал телефонист и раскрыл свой чемоданчик.

Лешка постарался скрыть улыбку, надел фуражку и не торопясь вышел из приемной. А Танька со злостью шваркнула трубку на аппарат под удивленным взглядом телефониста.

Глава 7

Утро выдалось солнечное. Такое солнечное, что каждая хромированная деталь, каждый никелированный болтик на ручке, капоте и радиаторе сияли, словно от счастья. Машины ГОНа казались невероятными хищниками, выползшими из своих темных берлог. Вокруг них суетились люди, готовясь к обычному рабочему дню. Владимир Казарин с иронией наблюдал, как молодой водитель с остервенением натирает тряпкой капот своей машины.

– Дыру протрешь, Крутиков! Разве так с другом обращаются? Дай-ка сюда…

Казарин взял тряпку, лихо свернул ее определенным образом и артистично провел по капоту. Мягкая фланель побежала по крутым бокам «Паккарда». Неожиданно за спиной раздался голос:

– Дыру протрете, Владимир Константинович!

Казарин обернулся и не заметил, как хитро заулыбался Крутиков. Позади, щуря близорукие глаза, стоял Варфоломеев. Приветливая улыбка озаряла его лицо. Казарин кивнул в ответ:

– Здравствуй, Герман.

Варфоломеев обошел машину, провел рукой по блестящему капоту:

– В эвакуацию готовишься?

– А ты нет? – не отрываясь от работы, буркнул Казарин.

– Так я уже свое хозяйство упаковал. Нищему собраться – только подпоясаться.

После этих слов Германа Казарин почему-то усмехнулся и обмакнул тряпку в ведро. Повисла пауза, которая бывает, когда кто-то сказал глупость. Варфоломеев кашлянул в кулак, а Казарин вдруг бросил тряпку на капот:

– Послушайте, гражданин нищий, а вы в курсе, что Лешка приехал?

– Да ну?! – Варфоломеев искренне удивился. – А что же не зашел?

– Как всегда, уже нашел приключение на свою голову. Занят.

– Что за приключение?

– Зайдет – сам расскажет.

– А-а-а… это дело. Ты, Володь, скажи ему, чтоб заглянул. Скажи, что скучаю… Как в свое училище ушел, так только открытки к праздникам и присылал. А раньше, бывало, из мастерской калачом не выманишь… Передашь?

Казарин кивнул.

– Ну, тогда я пошел.

Проходя мимо «Паккарда», Герман похлопал машину по крылу:

– А дырку-то точно протрешь!

Крутиков вновь заулыбался…

Покинув приемную Шапилина, Лешка миновал пост охраны и спустился по лестнице на первый этаж.

Проходя мимо опечатанного кабинета Панина, он вдруг остановился, немного подумал, затем отклеил бумажку с печатью, отпер дверь и еще раз прошелся по кабинету, переводя взгляд с одного предмета на другой. Все было как обычно: стол, стулья, диван, книжный шкаф, сейф. Отодвинув массивное кресло убитого Панина, Казарин достал из кармана связку ключей и вставил один из них в замок сейфа.

Дверца легко поддалась, чуть скрипнув старенькими петлями. Лешка, как и накануне, переворошил содержимое, но ничего нового так и не обнаружил. А вот попытка закрыть сейф Казарину не удалась. Что-то мешало изнутри. Лешка расправил все бумаги и даже задвинул их в глубь сейфа, но дверца по-прежнему не доходила до замка на целый сантиметр. Он запустил голову в сейф и… обнаружил под петлей дверцы маленький блестящий кусочек стекла.

Алексей осторожно поддел ключом загадочный предмет и поднес к глазам. Сомнений не было – на ладони лежал крохотный бриллиант.

На всякий случай Казарин провел камнем по стеклу. Образовавшаяся ровная бороздка только подтвердила подозрения. Он держал в руках настоящий бриллиант и в этом мог поклясться кому угодно. Уроки Варфоломеева не прошли даром. Но радости эта находка ему не принесла – дело, и без того запутанное, разрасталось и уползало в совсем не нужном для него направлении.

И еще одно сомнение одолевало Казарина: он не знал, доложить Шапилину о находке сразу или подождать? Петр Саввич вряд ли отошел от утреннего разговора. А теперь ему предстояло узнать, что его заместитель – честный коммунист Панин – был скорее всего нечист на руку. Откуда в его сейфе мог взяться бриллиант?! К тому же опергруппа, осматривавшая кабинет Панина, прошляпила такую улику! И что с ними сделает Шапилин в нынешнем состоянии – неизвестно…

Лешка завернул бриллиант в носовой платок, заново опечатал дверь панинского кабинета и быстрым шагом направился к выходу.

Только он дошел до Патриарших палат, как раздался раскат грома, и стена дождя обрушилась на Москву. Лешка еле успел забежать в арку, ведущую к Соборной площади.

Все, кто находились на улице, бросились врассыпную, спасаясь от дождя. Только одинокий солдат, стоящий на посту возле Первого корпуса, не двинулся с места. Лешка достал папиросы, чиркнул спичкой, опустил голову, чтобы прикурить, но тут кто-то из забежавших под арку задел его плечом.

– Извините, – произнес женский голос.

Казарин поднял глаза. Перед ним стояли Таня и Вера, стряхивающие капли дождя с волос и намокших платьев. Они тоже заметили Алексея только сейчас.

– Ничего, – буркнул Казарин.

– Лешка, сколько же мы с тобой не виделись?! Какой ты стал… – Вера смотрела на Казарина восхищенным взглядом.

– Угу. Длинный и хромой. Я слышал, ты, Вер, теперь артистка.

– У тебя устаревшие сведения, Казарин. Училась, да какая теперь учеба? Работаю на ниве звонков и перекладывания бумаг…

Алексей ничего не ответил. Татьяна вообще все это время смотрела в сторону Соборной площади и поддерживать беседу одноклассников не собиралась.

Разговор явно не клеился, Таня и Алексей упорно молчали, и каждый смотрел в свою сторону. В какой-то момент не выдержала и Вера, пожала плечами и тоже отвернулась, а потом вдруг вышла из-под арки и, не оборачиваясь, под проливным дождем направилась в сторону Большого Кремлевского дворца.

А дождь все лил и лил. Намокший солдат, несмотря на важность своей миссии, выглядел жалким и смешным. Лешка достал новую папиросу и начал прикуривать. Но спички, как назло, отсырели. И тут Таня открыла сумочку и протянула Казарину коробок.