Чтение онлайн

Старый Билард, развивая теорию психологического контакта без политики, искал новые пути к наживе. Он целыми днями ходил по цехам, беседовал с рабочими, иногда задерживался на третьем сборочном участке, где Светозаров и Ривас принимали станки, и осторожно закидывал удочку:

— Я вот о чем хотел с вами поговорить, господин Светозаров. Вот вы работаете у меня почти год. Не кажется ли вам производительность труда на моей фирме ниже, чем, скажем, у вас?

— Кое в чем вы нас обошли, — подхваливал Виктор миллионера. — В цехах вашей фирмы чище, больше света, простора…

— Время и вам поможет взять этот барьер. Меня интересует производительность труда ваших рабочих.

— Краснопролетарцы на ваших станках выпускают за смену продукции больше на десять процентов.

— Неужели?

— Точно.

— За счет мускульных усилий?

— Нет.

— Тогда, в чем причина?

— Видите ли, мистер Уоллес Билард, — увертывался от прямых ответов Светозаров, — такой разговор надо вести с карандашом в руках, слова подкреплять цифрами…

— Господин Светозаров, я, например, к этому готов в любую минуту.

— Я подумаю и завтра дам ответ, — согласился Виктор. — Хотелось бы потолковать, как у нас говорят, с глазу на глаз.

— Я вас понял, господин Светозаров.

На другой день, едва Виктор и Антонио появились на сборке, миллионер встретил их обвораживающей улыбкой. Светозаров, не ожидая намеков о предстоящей беседе, заявил:

— После работы, мистер Уоллес Билард, я готов с вами поговорить.

— А что нам мешает это сделать сейчас? Сборку и наладку станков может принимать ваш друг. Он, как я заметил, в этом деле разбирается не хуже нас.

Светозаров попросил Риваса остаться на сборке и выразил готовность отправиться с мистером Билардом на беседу. Хозяин фирмы от радости превзошел себя: отметил хорошую работу сборщиков третьего участка десятью долларами и, наказав им трудиться еще лучше, взял Виктора под руку. По дороге к своему кабинету миллионер вкрадчиво осведомился:

— В ресторане поговорим или на даче?

— Как вам угодно. Для меня главное — результат.

— Я вас понял.

Автомобиль свернул с шоссе и долго катил по узенькой дороге, обсаженной фруктовыми деревьями. Черная лента асфальта наконец уперлась в чугунные ворота высокого забора. Тяжелые ворота тут же бесшумно открылись, и машина подкатила к белому особняку. Виктора поразили чистота и обилие цветов на даче миллионера. Мистер Билард вежливо предложил ему пройти в беседку.

Летняя беседка оказалась круглым плавающим домиком, причаленным к берегу узкого канала. Миллионер приказал мотористу «поднять паруса». Плавающий домик тихо отчалил от берега, по узкому каналу вышел в круглое, как чаша, озеро и вскоре отдал якорь у высокой скалы. Моторист сел в маленькую лодочку и погнал ее в сторону канала.

— Я вижу, господин Светозаров, вам понравились эти красота и простор. — Старый Билард широким жестом указал на свои владения. — Мне приятно здесь вспоминать молодость, поговорить с друзьями, немного выпить и свободно отдохнуть. Прошу, господин Светозаров, в мой теремок.

Любимым теремком миллионера в плавающем домике был небольшой зал. В центре зала стоял круглый столик, уставленный яствами и напитками.

— Пожалуйста, господин Светозаров, — указал на мягкое кресло старый Билард. — Я так люблю здесь поговорить откровенно и просто. Скажите, пожалуйста, свое мнение о Роберте. Говорите прямо, хотя он и мой сын.

Светозаров, уловив в голосе старого миллионера искренность, решил ответить тем же.

— На большое дело Роберт пока слабоват, — наполняя бокал вином, сказал Виктор. — И слабоват потому, что постоянно чувствует рядом большую опору.

— Благодарю. Но это не главный его недостаток. Я думал, вы скажете о Роберте грубее.

— Может быть, он со временем научится вашей оперативности, — продолжил Светозаров, — глубокому анализу происходящих событий в среде рабочего класса, но пока он над Этими вопросами не задумывается, не верит в силу, которая способна противопоставить себя капиталу. Вы, мистер Уоллес Билард, хотя и пытаетесь казаться коммерсантом, прелюде всего политик. Вы всегда держите руку на пульсе международных событий, анализируете их причины, изучаете следствия и таким образом не только находите выходы из трудного положения, но и не даете фирме разориться.

— Не ожидал, господин Светозаров! — откинувшись на спинку кресла, улыбнулся миллионер. — Честное слово, не ожидал от вас такой точной характеристики.

— По-моему, я не ошибся.

— Я этого не отрицаю. Налейте, пожалуйста, мне виски. Теперь, господин Светозаров, начнем о главном. Я прекрасно понимаю, что вы подвергаете себя риску. Но ваш риск будет… Как бы точнее выразить это слово? — Старый Билард изучающе посмотрел на собеседника. — Я, господин Светозаров, достойно оценю вашу услугу.

— Если вы, мистер Уоллес Билард, решили брать меня с этой стороны, — встал из-за стола Светозаров, — ничего не выйдет. Только на определенных условиях мы даем гарантию, что доходы вашей фирмы увеличатся на десять процентов. Надеюсь, вы не против такой прибыли?

— Коммерция — основной рычаг моей фирмы.

— Если желаете увеличить доходы, подпишите новый договор о сроках поставки станков и кузнечно-прессового оборудования.

— Он реальный?

— Как рост производительности труда.

— Это интересно! Чем вы можете гарантировать рост производительности труда на моей фирме?

Виктор начертил на листке бумаги корпуса станков, пометил цифрами их вес в килограммах и, глядя на повеселевшего миллионера, заметил:

— На каждом корпусе вы теряете тридцать — сорок килограммов литейного чугуна. На московском заводе «Станколит» разработана новая технология корпусного литья…

— Продолжайте, господин Светозаров, — выпрямился в кресле старый Билард. — Я уже подсчитал годовую экономию литейного чугуна в тоннах и долларах.

— Вторым резервом роста производительности труда является машинное время.

— Машинное?..

— Ваши станки каждую смену простаивают из-за переналадки полтора часа. Наши станкостроители разработали ряд приспособлений, позволяющих сокращать потерю машинного времени до минимума.

— Правда?

— Вы можете в этом убедиться через два-три дня.

— Сколько стоят ваши патенты?

— Один процент от роста ваших доходов.

— Вы успели и это подсчитать?

— Приблизительно.