Чтение онлайн

— Это уже пропаганда, — скептически заметил мистер Билард. — Мы договорились не касаться политики. Коммерция рождает деловых людей, политика — лентяев.

— Если вам доведется побывать на нашем заводе, вы убедитесь в обратном.

— Вы обещали завтра указать на заимствование некоторых узлов в моем зубодолбежном станке, — напомнил Виктору старый миллионер. — Я разрешаю вам взять чертежи.

Виктор поблагодарил Биларда за доверие и осведомился, когда приехать на завод. Миллионер слегка поклонился, скорее от желания показаться человеком демократичным; чем из-за уважения, вынул из кармана золотые часы, похожие на луковицу, и, хлопнув крышкой, с подчеркнутой деловитостью ответил:

— В десять утра вам будет подана машина.

В гостиницу «Волкот» Светозаров и Ривас вернулись на маленьком автобусе фирмы Биларда. Его миллионер предоставил советским специалистам на выставке, а сам, любезно простившись, укатил куда-то по неотложным делам.

— Молодец, Виктор! — похвалил Светозарова Ривас. — Ты вел себя с миллионером достойно.

— Этот старик штучка тонкая, — высказал свои соображения Светозаров. — Он не только оборотистый коммерсант, но и большой знаток станкостроения.

— Ты нрав, Виктор.

— Поужинаем — и за дело?

— Язык или станок?

— Два часа на английский, пять на станок.

Мастером сборочного цеха оказался старший сын Уоллеса Биларда. Он назвался Робертом, прогнусавил с иронией, что русские понравились его отцу деловитостью, скромностью… Говорил Роберт на английском языке вялым голосом, растягивая слова, и, поглядывая на Виктора Светозарова, удивлялся:

— Неужели в России все такие богатыри?

Антонио перевел вопрос Роберта.

— Переведи: не только телом, но и духом.

Первое определение Роберт понял отлично, но второе до него никак не доходило. Антонио и так и эдак объяснял смысл «богатырского духа», Роберт только пожимал плечами.

— Расскажи ему, — посоветовал Светозаров Ривасу, — что русские люди щедрые душой, гостеприимные, миролюбивые, очень ценят порядочность в человеке…

— Разве это правда? — усомнился Роберт. — Я о русских думаю иначе. Они мне кажутся фанатиками, немного варварами и это самое… — Сын миллионера указательным пальцем повертел у виска. — Но об этом мы поговорим после. Отец в одиннадцать приглашает господина Светозарова на беседу с конструкторами.

«И дернул меня черт за язык! — негодовал на себя Виктор, прикалывая кнопками чертежи к доске. — Зачем я полез не в свои сани? Промолчал бы о технической компиляции узлов на зубодолбежном станке и теперь бы не пришлось объяснять этим людям то, что они знают лучше меня. Еще подумают: уличаю их в техническом воровстве, вмешиваюсь в дела фирмы…»

Седые, лысые, пышночубые конструкторы фирмы, как казалось Виктору, пристально наблюдают за каждым его движением, готовят какой-то подвох, будут доказывать патентную чистоту станка. Приколов последний чертеж к доске, Светозаров повернулся лицом к создателям станков и, стараясь не выдать волнения, заговорил:

— На технической выставке в Бруклине мне очень понравился этот станок. Когда мы с мистером Уоллесом Билардом обсуждали его достоинства, я осмелился заметить, что станок является как бы образцом всех достижений станкостроителей мира.

Мистер Билард перевел конструкторам слова Виктора и легким кивком головы разрешил продолжить выступление.

— Обсуждая отдельные узлы станка, я заметил, что некоторые из них являются не новинкой — усовершенствованием.

— Не стесняйтесь в выражениях, — попросил Виктора миллионер. — Говорите свободно и откровенно.

— Взять хотя бы гидравлический насос, — перешел к конкретному Светозаров. — По своей конструкции он напоминает насос англичанина Мирлоуза. Впервые такой насос на зубодолбежных станках англичане применили пять лет назад. Главным недостатком в работе насоса был перепускной клапан. — Виктор по памяти начертил мелом на доске перепускной клапан Мирлоуза, рядом клапаны, усовершенствованные японцами, немцами и американцами. — Конструкцию своего гидравлического насоса вы вели по двум путям: увеличили поршень по высоте и перенесли перепускной клапан сверху вниз, прибавив к нему фильтр. Такие изменения в конструкции улучшили работу гидравлической системы и обеспечили ее надежность в эксплуатации.

— Вы правы, — улыбнулся мистер Билард. — Техническое усовершенствование гидравлического насоса действительно решалось таким путем.

— Первый образец этого насоса, — напомнил американцам Виктор, — родился в Москве на бывшем заводе братьев Бромлей. Сконструировал его русский умелец Георгий Сарафанов. Братья Бромлей паровые двигатели с гидравлическим насосом Сарафанова поставляли во все страны мира. Вы, мистер Уоллес Билард, со мной согласны?

— Во всем, кроме Сарафанова. Имя этого конструктора я никогда не слышал.

— Теперь я хотел обратить ваше внимание на коробку передач скоростей, — не стал возражать Светозаров. — Принцип ее работы заложен в подборе шестерен…

Два часа конструкторы фирмы Билард а слушали Светозарова. Ни один из них не возразил ему ни словом. Когда он закончил технический разбор всех узлов станка, мистер Билард шепнул сыну:

— Вот таким я хочу видеть тебя специалистом. Этот русский медведь отлично знает не только историю станкостроения. Проводи его в сборочный и попытайся узнать впечатление о нашей организации труда.

Роберту не понравился лестный отзыв отца о «русском медведе», даже в какой-то степени унизил его. Но он ничем не выдал ущемленного самолюбия и попросил Риваса пригласить Светозарова в цех. Виктор снял с доски приколотые кнопками чертежи, аккуратно сложил их в папку, поблагодарил американцев за внимание. Как только он вышел из кабинета, миллионер, теряя обычную невозмутимость, вспылил:

— Чище надо работать! Да, да! Чище! Я надеюсь, этот урок нам пойдет на пользу!..

Сборочный цех завода Виктору понравился чистотой. Стеклянная крыша и огромные окна пропускали много дневного света, кондиционеры воздуха поддерживали в цехе постоянную температуру, цветы в огромных ящиках и пальмы в круглых кадках, установленные вдоль стен, радовали глаз зеленью, как бы заставляли человека чувствовать себя вне стен завода, рядом с живой природой. Но внешний блеск не заслонил главного от Светозарова — действия сборщиков. Одни быстро снимали детали с транспортеров, подносили к другим, те с каким-то отрешенным безразличием устанавливали детали на корпусах будущих станков, торопливо закрепляли и снова приступали к выполнению одной и той же операции. Ни бойкого говорка, ни шутки, ни смеха.