Чтение онлайн

— Как верно отметила предыдущая выступающая, чей монолог вы так бестактно прервали своим непродуманным остроумием, сейчас ситуация такова, что у любой омеги может родиться не-бестия. — Священник тактично не стал повторять ее фразу про «гендерно нечистых», и я для себя отдельно это отметила. — Мы не решим проблему простым принуждением и численным увеличением рождаемости, потому как она лежит в другой плоскости. Современная Церковь склонна искать корень проблемы в том, что все мы — и альфы, и омеги — отдалились от своей истинной сущности и потеряли глубинную связь с Великим Зверем. И задача таких, как я, найти способ это исправить. Нельсон, прошу, извинитесь перед вашей однокурсницей, чтобы мы могли считать этот инцидент исчерпанным.

— С какой стати я должен…

Он не договорил, и вместе с его собственным голосом оборвались и все остальные шепотки в аудитории. Я почувствовала, как меня вжало в спинку стула, и мне стоило больших усилий сдержать сдавленный болезненный стон от того, как резко и сильно у меня все скрутило внутри. Словно кто-то с размаху ударил меня кулаком в живот, только концентрировалось это ощущение немного ниже, вызывая предательскую слабость, тошноту и желание опуститься на колени и по-животному откинуть голову назад, обнажая шею.

Нельсон зарычал. Это не было похоже на звук, который способен издать не-бестия, и его невозможно было с чем-то спутать. На мгновение мне показалось, что он готовится напасть, но, когда я вскинула лицо, то увидела, что он согнулся, сжав голову руками и подрагивая всем телом. Ему сейчас было куда больнее, чем мне, это я могла сказать наверняка.

— Извините, — прохрипел он, и я видела, как капелька слюны сорвалась с его дрожащих губ. — Прошу, извините меня, умоляю!

Его друг, сидевший рядом, тоже трясся всем телом, стиснув руки между собой и отупело глядя в стол. Думаю, каждому альфе в аудитории в тот момент стало ясно, кто здесь высший хищник, и если у кого-то еще были мысли покрасоваться перед собравшимися тут омегами или друг перед другом, все они были мгновенно забыты.

— Вы прощаете его? — Отец Горацио перевел глаза на сжавшуюся позади Нельсона омегу, и взгляд его неуловимо быстро изменился, снова став сдержанным и мягким.

— Да, да, прощаю, — торопливо закивала она, крепко стискивая колени и вцепившись обеими ладонями в свой стул.

— Тогда, полагаю, инцидент исчерпан, — миролюбиво улыбнулся священник, и его запах снова сошел на нет, как если бы и не было этого взрыва. Я вдруг осознала, что почти все это время сидела не дыша, и мне стоило определенных усилий снова заставить себя набрать воздуха в грудь. Меня мутило, и я знала, что это состояние продлится еще пару-тройку часов, во время которых я буду чувствовать себя как с похмелья.

Словно отвечая моим мыслям, в другом конце аудитории вдруг раздался характерный звук, с которым обычно желудок извергает из себя свое содержимое. Одну из менее стойких омег вырвало, и она, жутко краснея и извиняясь, поспешила выбежать из аудитории, зажимая лицо руками.

— Приношу свои извинения. — Теперь отец Горацио выглядел почти смущенным, словно вдруг осознав, что немного переусердствовал с нажимом. Все знали, что священниками становятся только самые сильные и просвещенные альфы, умеющие черпать силу напрямую от искры Великого Зверя внутри себя, но прежде мне не доводилось ощущать истинный размах их силы на себе. — Полагаю, на сегодня лекция окончена. Но если у вас есть какие-то вопросы, я буду рад обсудить их в индивидуальном порядке. Мои контакты есть на нашем сайте. Ну или вы можете задержаться сейчас, у нас все равно есть еще время.

Желающих задержаться нашлось достаточно — как выяснилось, прогрессивные взгляды отца Горацио нашли бурный отклик в сердцах собравшихся. Я тоже решила не уходить сразу, поскольку до этого дня была глубоко убеждена, что в Церкви сидят исключительно вот такие Нельсоны в рясах, твердолобые и узкомыслящие, но никак не ожидала, что один из них — тем более альфа, обладающий такой силой — окажется настолько неординарным представителем своего вида. Поэтому я пристроилась в конец общего потока оживленно общающейся друг с другом молодежи и терпеливо дождалась своей очереди.

— Простите за то, что случилось, — проговорил отец Горацио, мгновенно опознав во мне омегу и увидев, как меня покачивает. — Я привык общаться с послушниками в Церкви, у них порог чувствительности куда… выше.

— Мне понравилось то, как вы поставили его на место, — покачала головой я. — Да, это было жестко, но некоторые по-другому просто не понимают. Если благодаря сегодняшнему инциденту на одного самоуверенного урода станет меньше, я готова пострадать ради этого.

Он рассмеялся, качая головой, и внезапно оказалось, что при всей его суровой внешности альфа обладает потрясающе обаятельной улыбкой, которая смягчала жесткие черты его лица.

— Я заметил, что вы не принадлежите к моей обычной аудитории… Простите, не знаю вашего имени.

— Хана, — тут представилась я, протянув ему ладонь. — Хана Росс.

— Приятно познакомиться, Хана. — Он ненадолго сжал мою ладонь, выглядевшую невероятно маленькой в его крупных пальцах. Если бы меня сейчас не мутило после выброса его феромонов, я почти наверняка отреагировала бы на это прикосновение более ощутимо. В конце концов, он действительно был очень сильным альфой, и одного этого факта для моего тела было достаточно, чтобы начать рассматривать его как потенциального партнера.

— Да, я случайно увидела в соцсетях объявление о недельном курсе лекций с представителями разных общественных организаций. Мне показалось это интересным, но, честно говоря, я не ожидала, что именно лекция служителя Церкви станет самой зрелищной и увлекательной. Я не знаю, насколько много ваших коллег придерживается тех же взглядов, что и вы, но в любом случае вы сегодня заставили меня немного по-другому взглянуть на вещи. Спасибо вам за это.

— Мне приятно, если это в самом деле так, — кивнул он, снова улыбнувшись. — Я читаю курс лекций об истории религии в Сардонском университете. К сожалению, пригласить вас прямо на них я не могу, но у меня также есть видеоканал в интернете, куда я выкладываю часть материала для общего доступа. Буду рад, если что-то из этого покажется вам интересным.

— Я обязательно посмотрю. Еще раз спасибо вам за то, что помогаете нам не терять веру в этот мир и его обитателей. — Я почувствовала в себе желание снова пожать ему руку и тут же одернула себя, осознав, к чему все идет. Пусть я все еще была частично не в себе, не стоило поддаваться на провокации собственного тела. Мне вовсе не хотелось лишний раз подтверждать распространенное мнение о том, что омеги способны думать лишь тем, что у них между ног. И что перед ними достаточно разок покрасоваться, чтобы они тут же легли на спину.

Я размышляла обо всем этом, пока пешком возвращалась домой — чтобы немного проветриться и прийти в себя. А заодно постараться избавиться от запаха чужого альфы, все еще ощущавшегося у меня на коже. Обычно, чтобы добиться подобного, нужно было, по меньшей мере, провести всю ночь с кем-то в одной кровати. Но просвещенные альфы, вроде отца Горацио, играли по другим правилам. Я была уверена, что все присутствовавшие в той аудитории омеги захотели его — вне зависимости от наличия постоянного партнера. Если бы он пожелал того, то смог бы взять любую из нас, и это даже нельзя было бы назвать изнасилованием, потому что все произошло бы по обоюдному согласию. Думая об этом постфактум, я не могла не признать, что меня это немного тревожит. Такие, как отец Горацио, правили этим миром, и мир сам раздвигал перед ними ноги. Даже я, при всей моей независимости, самостоятельности и убежденности в том, что мне не нужен альфа и выводок детенышей, чтобы считать себя полноценной личностью, ощутила желание подчиниться ему. Если бы он использовал на мне свои феромоны, я бы, не задумываясь, отдалась бы ему прямо в этой самой аудитории. Не буду отрицать, воображать нечто подобное было по-своему приятно, хоть и стыдно — и это очень будоражило мою фантазию. Настолько, что я почти не осознала момента, как свернула со знакомой дороги, чтобы сократить и без того затянувшийся путь.