Чтение онлайн

Кожей я чувствую чужие взгляды. Стараюсь не смотреть никому в глаза. Обнимаю себя за плечи. Моей руки касаются чьи-то горячие потные пальцы, и я вздрагиваю.

— Эй ты! — кричат мне в спину. Музыка стала тише? Почему чужие голоса стали такими громкими? — Стой! Кому говорю…

Мне становится не по себе, я ускоряю шаг, огибаю неадекватных людей. Бегу к барной стойке, ищу Мирабель, желаю спастись из этого хаоса!

Подруга сидит на том же месте, рядом с ней уже второй пустой стакан, который бармен не спешит убирать. Она заигрывает с новым ухажёром, но не подпускает его близко. Я выдыхаю с облегчением, хочу подойти к ней, но не решаюсь разрушить идиллию. Облокачиваюсь на барную стойку и смотрю в виясщее напротив зеркало, обрамленное неоновыми лампами — оттуда на меня смотрит подвыпившая девушка, с мутным взглядом, однако в широко раскрытых глазах сверкают оранжевые огоньки.

Грудь тяжело вздымается. Кожа в полутьме кажется бледнее обычного, а рыжие волосы — бордовыми.

— Что будешь? — спасает положение бармен, обращаясь ко мне. Он появляется и закрывает собой зеркало, в которое я гляжу как завороженная.

— Ей «Стужу», — такой знакомый голос, знакомое прикосновение к обнажённому плечу. Я поднимаю взгляд и вижу рядом с собой Диамана. — Давно не виделись, Салдарина.

— Диаман, — сглатываю я. — Какими судьбами?

— Надеялся на встречу с тобой.

Передо мной ставят «Стужу», и я просто выпиваю её почти залпом. Подражаю Мирабель и понимаю ее. Этот дикий вечер требует своё.

— Что-то случилось?

— Отвратительный день, — отвечаю ему я. В голове туман, ничего вразумительного в нём уже нет. Алкоголь стёр границы и нормы. Только какое-то жжение внутри. Нервное. Недовольное. Я надеялась его заглушит или затопит «Сладкая Стужа».

— Тогда это надо исправить. Потанцуем?

Он протягивает мне свою ладонь. Недолго думая, хватаю Диамана за руку и веду его на танцпол. Я не натанцевалась. Мира там болтает с кем-то, не горевать же мне у барной стойки. Я ведь хотела отдохнуть!

Алкоголь вскружил голову и поднял настроение, я окончательно забыла обо всём. Оглушительный музыкальный бит разносился по клубу, проникая в меня. Я запрокидывала голову, рассматривая иллюзорные фигуры, созданные для веселья, танцующие прямо над нами. Мои волосы становились влажными, а ноги грозились подогнуться, но я не чувствовала усталости.

От Диамана пахло так же, как и прошлый раз — цветочным курительным сбором.

Внутри все недовольно сворачивается, напоминая о прошлых танцах с магом. Но я делаю вид, что это глупости, что все в порядке, в этот раз мы просто потанцуем. Мне не требуется никого окучивать, чтобы задеть Ника… Ник… К демону эту надменную задницу!

Всего одна песня. Одна. А дальше всё смешалось и превратилось в смесь огней, ярких вспышек и острого желаний…

Их было два: желание обладать мной — явно не моё собственное; и быть той, кто ставит на колени всех и вся. Оба острой болью отзывались внутри. Желания взять здесь и сейчас.

Губы Диамана касаются моих, увлекают в поцелуй, который я не запомню. Его язык спешит исследовать, касается моих губ, раскрывает их. Он просит о большем. Я позволяю ему, но понимаю, что ничего хорошего из этого не выйдет. Минутное удовольствие. Моя ладонь нащупывает его ворот, и я рывком отрываю его от себя. На языке остаётся привкус «Стужи», а ещё… приторной магии Диамана. Нечто дымное, невесомое. И снова ничего похожего на Арриана, как в тот вечер. Словно все вокруг слишком просты… Односложны.

Снова. Снова всё заходит слишком далеко.

Мне не нравятся его касания. Но маг не теряет уверенности, пытается использовать свой шанс, так и не приняв моего отказа в прошлый раз. Он и в этот не понимает моих слов и попыток вырваться.

— Пусти! — молю я.

А он не слышит. Опять нетрезв, наелся разноцветных таблеток? Страх, сжимающий мое нутро отрезвляет пьяную голову. Я хочу вырваться, уйти от Диамана и больше никогда к нему не подходить! Только в этот раз бежать не к кому. Ник не спасёт, никто не защитит.

Как сбежать, когда пальцы крепко сжимают запястье и вцепились в талию, прижав к себе?

Отчаяние захлёстывает, топит меня. Туман в голове рассеивается и следом наступает ясность, словно весь алкоголь из моей крови исчез.

Я ощущаю в себе силы; страх отступил, решимость пришла ему на замену:

— Отпусти! — зарычала я от злости, не собираясь даже двигаться в такт музыке, как это делал маг, удерживая меня в своих объятиях. — Я хочу уйти. Мне больно.

Диаман сделал полшага назад. Это показалось спасением. Он услышал меня?

Заглянув в его глаза, я вдруг четко поняла, что он никуда меня не пустит. В них была бездна, а в этой бездне — непреодолимая жадность. Там же плясали малиновые искры.

Диаман был опьянен желанием.

— Твои глаза, — шепчет он. — Они прекрасны. Ты прекрасна. Моя… Ты моя, только моя.

В его голосе было столько восхищения, столько жажды обладать. Он сглатывает. Словно перед ним было нечто величественное и удивительное, нечто, что нельзя никому отдавать. Только поклоняться. Кем я была в его глазах? Что такого он видел во мне? Никто никогда так на меня не смотрел. И это пугало.

В голове крутилась только одна фраза: «Что я могу для тебя сделать?»

Вместе с моим учащённым пульсом она стучала в голове, билась и рвалась наружу. Во рту пересохло, я не могла её произнести, что-то останавливало. Я приоткрывала рот и закрывала его обратно, как рыба, выброшенная на сушу.

Диаман снова притянул к себе, заметив моё замешательство и отсутствие сопротивления.

— Никому не отдам, — яростно прошептал маг мне на ухо, обжигая своим дыханием. — Даже Николасу.

Меня как ледяной водой окатило.

— Нет, — рычу я. — Пусти. Отпусти!

— Нет, — отозвался он, будто заколдованный. Я чувствую, как он качает головой.

— Пусти! Пусти меня. Умоляю… — Хотелось заплакать, но чувство беспомощности сменилось другим. Внутри что-то взъярилось. Я резко оттолкнула его: — Я сказала — отвали!

Эхо моего голоса разнеслось по клубу, отразившись от его стен, всего на миг заглушив музыку. Этот оглушительный рёв, вероятно, услышали все. Диаман не мог не внять моему приказу. Я его оттолкнула, когда почувствовала желанную свободу. В голове стучало, сердце колотилось как сумасшедшее. Музыка возобновляется, словно вынырнув из вакуума. Всё вокруг продолжает жить, будто ничего и не произошло. А мой внутренний голос вопил: «Это что такое было? Что происходит?!»

Я не подхожу — подлетаю к барной стойке, за которой одна-одинёшенька сидит Мирабель. На моё счастье, её кавалер куда-то свалил.

— Уходим!

Это всё, на что я сейчас способна. Кричать и командовать. Единственное желание, которое мною двигало — найти безопасное место. Спрятаться, скрыться, не высовываться.

— Что?! — Мирабель непонимающе хлопала ресницами.

— Мы уходим! — гаркнула я.

Тревожная ночь имела продолжение. Сон не шел. Глаза закрыты, волосы разметались по подушке. Поначалу я все не могла улечься поудобнее: ворочалась с боку на бок, путалась ногами в простынях, но в конце концов прекратила вертеться, и дыхание стало ровным — я забылась в желанной темноте, провалилась глубоко…