Чтение онлайн

...Головешки растворились в дыхании подземного мира прежде, чем, завалившись на повороте, верблюд дрогнул в почти горизонтальном полёте всеми четырьмя лапами и, взметнув стену песка, повалился возле тюков с поклажей. Изнемождённый Пиопи рухнул следом, уронив чашу огнём вниз и затушив спасительное пламя.

– Вот... макака!
– прокомментировал общее мнение Хаби и удобнее перехватил принцессу.

Завеса горизонта медленно спадала на востоке, открывая торжественное зрелище утренней ладьи бога Ра, вывозившего солнце на ежедневный круг по мирозданию...

"...но в тронном зале великих та-кеметских богов царила непривычная тишина. Джехути хорошенько огляделся, проверяя, туда ли он попал или в крайнем раздражении промахнулся пространственным искривлением. Нет, всё и все на месте.

Отец богов мирно посапывает во сне, дёргая выставленными напоказ пятками и сцепив на животе пальцы. Исида и Хатхор, надувшись, сидели друг к другу спинами и подпирали противоположные щёки кулаками. Хепри и Атум, сотворив своё маленькое солнце, развлекались, тягая его один - вверх, другой - вниз. Оба были красные от напряжения и пыхтели так, словно поспорили на что-то жизненно важное. Нейт что-то старательно вырисовывала пальцем на золотом полу, а над ней, изображая крайнюю заинтересованность в происходящем, склонились Сешат, Хнум и Мерт. Невольно прислушавшись, Джехути различил фальшиво-сочувственное: "Ну-ну, если бы и меня так нарисовали на стене гробницы, я бы тоже расстроилась..."

Маат доводила тихого Нефертума и огненного Пта своим непроходимым занудством и вечной правотой. Бог растительности прятал скромную улыбку в широком венчике лотоса, который держал в руке, а пылкий бог-кузнец достал откуда-то из-за спины увесистый молот и теперь примерялся, с какой бы стороны зайти к Истине, чтобы уж наверняка...

Хихикнув, стоявшая тут же подле увлечённо пересчитывающего многочисленные золотые кольца в шкатулке Собека Бастет предупредительно кашлянула и кивнула демиургу на вошедшего в зал Джехути. Бог укоризненно покачал головой, обращаясь к Пта, и благосклонно улыбнулся жене. Они с Маат продолжали жить вместе постольку, поскольку им приходилось поддерживать легенды, создаваемые на земле людьми.

– Добрый день, великие боги, - произнёс Джехути.

– Ну наконец-то, - недовольно проворчала Исида, не поворачиваясь, - мы уж было подумали начинать без тебя... всё равно толку нет от твоего загадочного молчания...

– Я готов немедленно исправиться, тем более... что ж там такое-то, а?
– Джехути вгляделся в лицо Великой Матери, безуспешно вертевшейся на стуле в надежде спрятать от любопытного мудреца его левую половину. Но от назойливого взора мудреца скрыть что-либо было не так просто: в его руке возникло маленькое зеркальце, которым Джехути тут же и воспользовался. Картина, открывшаяся ему, не могла не порадовать своей радужностью: синяк под левым глазом Исиды переливался такими изысканными оттенками сиреневого и голубого, что бог невольно залюбовался и, забыв о приличиях, присвистнул: - Вот красота! Куда там изображению Нейт на стене гробницы!.. М-да, откуда же прелесть подобная на божественном лике Великой волшебницы?

– Что, завидуешь, мудрец?
– ехидно фыркнула Исида, более не прячась и поворачиваясь во всю красоту к собранию богов.
– Могу и тебе пожаловать такую же, раз она тебя так умилила!

– Нет уж, на роль брата-близнеца подбери себе кого-нибудь более достойного. А вот насчёт твоих слов... Неужели с кем-то ты успела поделиться своей радостью?
– Джехути с любопытством огляделся по сторонам и безошибочно остановился на взором на притихшей Хатхор.
– Великие боги!
– вскрикнул он, с трудом сдерживая смех.
– В правый глаз! Исида, стыдись! Бедная девочка и без того богиня красоты, зачем же было...

В горле Хатхор отчётливо заворчала потревоженная львица Сохмет, и Джехути разумно прикусил язык. Покинув любимое кресло, мудрец как бы невзначай приблизился к Инпу.

– Как их угораздило?
– приглушённо поинтересовался Джехути, внимательно разглядывая цветы лотоса, насквозь вспарывавшие тугие стебли колонн. Собакоголовый бог подземелья откинулся назад и тихо поведал:

– На самом деле это была Бастет...

– Правда?
– оживился мудрец.
– Как интересно!
– он усмехнулся, представив сцену в лицах: прекрасная богиня-кошка, на мгновение преобразившись, от души одновременно одаривает двумя кулаками родственниц.

– Кошка спасла их от ужасного крокодила, и Исида с Хатхор тут же принялись делить этот подвиг между Хором и Ра соответственно. А Бастет не терпит, когда при ней кричат друг другу на ухо.

– Да уж, не очень счастливый был день. Представляю, каково ленивой мурке выслушивать чужой бред...

Между тем пробудился ото сна солнечный Ра. Сладко зевнув, великий бог потянулся почесать пятку, по которой игриво скользнул тёплый луч, но опомнился под выжидающим взором окружающих и поспешно сделал вид, что занимается упражнениями для поддержания формы. Исида не удержалась и отпустила насмешливую реплику по поводу великолепной растяжки отца богов, посоветовав особенно не сгибаться, а то потом не разогнёшь. Хатхор и на неё рыкнула, ненароком явив свой синяк, не менее живописный по расцветке, нежели у Великой волшебницы. Солнечный Ра подозрительно прищурился на любимую дочь, и та заторопилась принять прежнее выгодное положение.

– Какая интересная мода пошла на женскую краску...
– пробормотал себе под нос отец богов.
– И Исида тоже один глаз накрасила... Чудны ваши проявления, о, женщины...

– Это в целях экономии, - выдал кто-то из неровного строя совета богов.

По залу раздались смешки.

– Я рад, так сказать... чему бы, интересно?.. Ах, да! Рад, что вы веселы. Значит ли это, что не происходит на священной земле Та-Кемет ничего, что могло бы омрачить... эти, как их... чела... ваши...

– О, о чём ты, отец!
– встрепенулась Хатхор, вечно щадившая чувства солнечного бога.

– О том, что этой ночью какой-то шакал наслал проклятых при жизни мертвецов на Охранницу!

Боги обеспокоено принялись оглядываться, не доверяя первому впечатлению: неужели это наш вечно молчаливый мудрец Джехути? Да не может того быть! Мираж ("даже на совет богов пробрался! Ещё и эпидемия!")! В конце концов, всё внимание сконцентрировалось на мудреце, нахмурившемся в своём углу.

– Джехути...
– растерянно произнёс Ра.
– Тебя ли слышу я?

– Именно меня, отец богов, - Джехути покорно качнул головой и скрестил на груди руки: - Я до сих пор не знаю, кто так противится воле богов, вознамерившихся довести Охранницу до царского дворца, но будьте уверены, я его найду.

– Чего же ты от нас хочешь? Насколько я помню, тебе были даны все полномочия, - пробасил Пта, заинтересованно отставляя молот. Который, пользуясь всеобщей отвлечённостью, тут же умыкнули Анукет и Непери. Стоявший на стороже Нефертум тоже был в неведении, но предчувствовал новые песчаные бури на свою голову.

– Это я к тому, чтобы потом не удивлялись, откуда посреди пустыни воронка глубиной до царства Осириса, - мрачно заметил Джехути, бросив короткий взгляд по сторонам и задержавшись на миг дольше на дремлющем с открытыми глазами Сетхе. Рыжеволосый повелитель бурь сделал удивлённое лицо.

– Опять Осирис!
– подскочила Исида, более не стесняясь украшения, порочащего добропорядочную Мать. Хор положил руку ей на плечо, но волшебницу было не остановить: - Мало его столько лет доставал братец - осёл форменный, так теперь ещё и второй ненормальный родственник собирается портить нам жилплощадь! Да ты хоть знаешь, сколько в наше время стоит найти добросовестных строителей, специализирующихся по царствам мёртвых?! Да их вообще не найти! Если тебя не вдохновляет мой почтенный статус Матери...