Чтение онлайн

– Браво, Кирилл!- поддержал меня Вадим, - в точку, лучше уже не скажешь! Но всё же, и шаманы и тибетские ламы утверждают, что это не просто проекции нашего ума, а реальные существа, осознающие себя как субъект. Степень их умственного развития, если можно так сказать, различна. Зачастую местные защитники примитивны как простейшие животные. Знаменитая йогини Тибета Мачиг Лабдон, основоположник линии Чод - одной из самых эзотерических духовных практик Тибета, сравнивала их сознание с сознанием пресмыкающихся. Но есть и гораздо более развитые существа, которые превосходят человека, как некоторые якши, или наги, которые могут быть хранителями скрытых, тайных учений. Однако время уже позднее, думаю, на сегодня достаточно. Пора подумать об ужине, да и помыться с дороги вам не помещает, сауна давно готова, я её заранее включил. Ужин сегодня беру на себя. Маша, строчившая за нами со скоростью профессиональной стенографистки, с благодарностью взглянула на Вадима.

Вечером я долго не мог уснуть. Радушный хозяин отвёл каждому из нас по комнате, благо, гостевых спален на втором этаже было достаточно. Сам он предпочитал ночевать в своём кабинете на первом этаже, где у него была кушетка. Кабинет был заставлен книгами, там же находился рабочий стол с компьютером, на монитор которого были выведена информация из видеокамер системы слежения, пульт охранной сигнализации и приемо-передающее устройство громкоговорящей связи. Я перебирал в своей памяти обстоятельства своей жизни, события и встречи с людьми, которые в какой-нибудь степени соответствовали бы теме нашей сегодняшней беседы, прокручивая ленту памяти назад год за годом, пока не наткнулся на одно событие десятилетней давности, изрядно уже забытое. Я в волнении встал, оделся и спустился вниз. Было уже около часа ночи. Дверь в кабинет была полуоткрыта, горел свет, и негромко играла музыка. Я постучал и вошёл. Вадим работал, делая пометки в блокноте. Вокруг в беспорядке лежало не менее дюжины открытых книг.

– Рассказывайте, - потребовал он, мгновенно оценив моё появление.

Лет 15 назад, когда академическая наука у нас приблизилась к состоянию, если не полного упадка, то близкого к тому, и снискать на хлеб насущный на научном поприще стало делом весьма проблематичным, я уехал в Восточную Сибирь по приглашению одного моего знакомого, предложившего неплохую работу, особых профессиональных знаний не требующую, но предполагающую наличие у соискателя определённых умственных способностей. Случилось так, что в одном из сибирских городков, куда меня занесло по служебным делам, мне довелось познакомиться с одной удивительной женщиной.

Это была пожилая бурятка с примесью монгольских и татарских кровей в огромных солнцезащитных очках вычурной формы с оранжевыми стёклами и соединяющей дужки цепочкой. Буряты её очень уважали и боялись. Звали её - тётя Маша. Она жила в крохотной квартирке вдвоём с молодой приёмной дочерью - ведьмой, которая по ночам, по словам тёти Маши, летала по своим ведьминским делам прямо из окна на 4-м этаже.

Тётя Маша считалась у бурят ясновидящей, целителем и специалистом по

снятию порчи, вёдрами пила прессованный зелёный чай с молоком и нещадно курила. В ней удивительным образом сочетались ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУМ и эклектичный набор из шаманских бурятских, монгольских и татарских обрядов и молитв на родных языках. Мне она была рекомендована как свой человек в буддийских кругах, который откроет двери в Дхарму. Я тогда интересовался эзотерикой, с которой познакомился по книгам Блаватской, Кастанеды, Рериха и других авторов. Буддизм я знал в рамках общего университетского курса. Буддизм привлекал меня, прежде всего, своей логичной и не потерявшей актуальности парадигмой, изложенной в огромном количестве философских сочинений, своим оригинальным видением мира и живых существ и тщательно проработанной наукой о сознании.

С тётей Машей мы виделись часто. Она принимала людей в своей квартирке, гадая на бутылке с водкой, и описывала привидевшиеся ей в этой бутылке образы. Зачастую это были описания внешности людей, которые могли создать проблемы для тех, кто к ней обращался за помощью. За эту услугу она брала с населения сущие копейки, которых хватало на литр молока и пачку дешёвых сигарет. Содержимое бутылки подносилось духам, моей же обязанностью было уносить пустые бутылки и разбивать на пустыре о кирпичную стену вдребезги, слушая, какой звук при этом издаётся. Если звук был чистый и звонкий, значит всё должно быть хорошо. Если глухой, или бутылка не разбилась, то у просителя могли быть серьёзные проблемы, и необходим специальный ритуал. Удивительно, но иногда брошенная со всего маху бутылка не разбивалась и отскакивала от каменной стены как мяч без малейших повреждений.

Мы объездили с тётей Машей буддийские дацаны и даже были на хуралах и на приёме у некоторых лам. В то время в одном из дацанов жил тибетский лама, имевший учёную степень лхарамба, примерно соответствующую европейскому PhD, или по американской классификации - доктору философии. Это был маленького роста и неопределённого возраста тибетец необычайного обаяния, участия и дружелюбия. В ответ на мою просьбу стать его учеником, он принял белый шарф - хадак, который я подал, водрузил мне его на шею и, радостно смеясь, сказал, что он - не против, если я буду приходить со своим переводчиком с тибетского. Разговор вёлся через тётю Машу на смеси монгольского и бурятского, которые он немного понимал. Я был в отчаянии, такой возможности у меня не было.

Задумав поправить свой бюджет, тётя Маша попросила меня отвезти в город, где я в то время жил, и где у неё были клиенты, с которых надо было снять порчу. Порчу надо было снимать не иначе как с применением чистейшего олова высокой степени очистки 999. С большим трудом за бешеные деньги мой приятель Юрий К. нашёл это олово на каком-то оборонном заводе. Это был слиток килограммов десять. Пока мы искали это проклятое олово, надобность в тёти Машиных услугах на некоторое время отпала. В результате мне пришлось поместить её у себя в однокомнатной квартире на пятом этаже, которую я в то время снимал.

Первыми клиентами тёти Маши естественным образом стали мы с Юрой. Выглядела эта адская процедура примерно так. Клиента садили на стул и закрывали простынёй с головой. Один держал над головой несчастного таз с водой, второй, предварительно расплавив олово на газовой плите, с силой плюхал его в таз. В результате раздавался страшный взрыв. Половина расплавленного олова навсегда застывала каплями на потолке, другая часть образовывала в воде причудливые фигуры, по которым тётя Маша определяла источник порчи. Но это было далеко не всё. Оглушённый клиент раздевался донага и становился в ванну, куда тётя Маша выливала водку, предварительно купленную клиентом. Количество бутылок назначалось тётей Машей произвольно и зависело от её настроения и толщины кошелька клиента, что определялось ей безошибочно. Бутылки выставлялись на стол, под каждую из них полагалось положить крупную денежную купюру. Кроме того денежное подношение дополнительно ложилось на тарелку. Тётя Маша доставала свои два монгольских ножа и что есть мочи лупила ими по голому телу, обильно поливая водкой. Затем в ход пускались деревянные чётки, подаренные ей, по её словам, самим Далай - Ламой, оставлявшие на теле жертвы красные рубцы. Процедура заканчивалась выпиванием водки без всякой закуски в количестве не менее 200-300гр.

В итоге все были счастливы. Клиент был счастлив, что остался жив. Мы были счастливы, состоя при духовном деле и помогая людям. Тётя Маша была счастлива, заработав денег и изрядно повеселившись. Меня она гордо называла - мой пациент, имея в виду -ассистент. Как мы с Юрой не остались без глаз - большая загадка.

Движимый исключительно состраданием и желанием сделать что-нибудь полезное своему давнему знакомому, ставшему моим работодателем и пребывавшему в то время в некоторой депрессии Сергею К., я порекомендовал ему пройти оздоровительно - магический сеанс, на что он легкомысленно согласился. После прохождения по полной программе этих кругов ада, Сергей, улучив момент, позорно бежал, прыгнул в машину и помчался прочь из города в надежде отсидеться и прийти в себя. Тётя Маша с балкона кричала ему, что она его ещё не отпускала, и он должен прийти на следующий день на продолжение. Мне она хитро сказала, что никуда он не денется. Я был немного расстроен. И действительно, не прошло и получаса, как заявился бледный и обескураженный Сергей и прерывающимся от волнения голосом сказал, что не мог уехать дальше 20 км от города. Какая-то сила заставила его развернуть машину и приехать назад. Тётя Маша сменила гнев на милость и отпустила его, отменив завтрашнюю процедуру. Так Сергей избавился от своей депрессии.

Так я узнал, что у тёти Маши есть Сила.

Тётя Маша запила. Такие запои случались с ней регулярно раз в год и длились по десять дней. Надо было так случиться, что очередной запой пришёлся на время её пребывания у меня. Утром я уходил на работу, оставляя ей бутылку водки и еду, вечером процедура

повторялась со слезами и рассказами о собственной жизни. Так я узнал её историю. Всё это сопровождалось обильными подношениями духам сырого мяса и водки прямо с балкона.

В её роду странным образом были и буряты, и монголы, и татары. Они жили большой семьёй: родители, братья и сёстры, муж и четверо её детей. В какое-то время все начали умирать. Кто от болезни, кто от водки, кто от несчастного случая. Осталось только двое её детей - подростков. И тут она повстречала женщину - старую бурятку, которая сказала ей, что всё происходящее с её семьёй не случайно, и она её выбрала для продолжения древней шаманской линии. Условием этой преемственности является полное отсутствие близких людей на этом свете, и когда время придёт, тётя Маша сама её найдёт для получения передачи. Конечно, тётя Маша не поверила в этот бред. Однако через некоторое время оба её сына погибли. "Их взяла вода",- так она мне сказала. Они поплыли на лодке на рыбалку и не вернулись. Её горе было настолько сильным, что в душе у неё всё перегорело, наступило полное безразличие ко всему, в том числе и к себе. Осталась только пустота. Она ощутила непреодолимую необходимость увидеть ту женщину. В подробности передачи преемственности тётя Маша меня не посвящала. У меня не было оснований не верить ей. Её чувства и горе были неподдельны. Она могла позволить себе расслабиться в период запоя. Так я узнал её историю.

Прошла неделя её пребывания у меня, и тётя Маша начала потихоньку успокаиваться. Однажды вечером, будучи навеселе, но не пьяной, она достала свои ножи. В её глазах я заметил странный блеск. Она, не говоря ни слова, приложила ножи к моему телу и стала что-то бормотать. Моя память заблокировала подробности той ужасной ночи. Помню, что

носился по квартире, но она везде меня доставала. Ножи она норовила прикладывать к разным частям тела и беспрерывно бормотала на непонятном языке какие - то заклинания и молитвы. Я был в ужасе. Я твердил, что ничего не хочу и пытался мысленно противостоять этому действу. Наконец в полном нервном истощении я рухнул на стул. Она подкралась сзади и поставила нож остриём на макушку головы. Я не мог даже дёрнуться. Она спокойно дочитала свои молитвы и удовлетворённо сказала, что хочу я того или нет, получил цикл шаманских передач. Она заявила, что выбрала меня своим преемником и сказала, что дополнительные инструкции я должен получить, когда сам к ней приеду. На следующий день я отвёз тётю Машу домой. Больше я её никогда не видел и не испытывал такой потребности. Никто из моих близких не умер.