Чтение онлайн

— Тебе следовало бы подумать об этом, прежде чем отмахиваться от своих обязанностей.

Темнота надвигалась со все возрастающей скоростью, и Гарри уже был не в состоянии охватить лицо жреца Ада одним взглядом, ему приходилось сканировать его зрачком по все сужающемуся полю зрения. Он не обнаружил в лице демона ничего, что могло бы навести на мысль о какой-либо отсрочке. В его глазах был только холодный свет, являвшийся отражением сияния Падшего. Все остальное, что когда-то было неким совершенством, пропало.

Такова была твоя жизнь, — проговорил внутри холодный, монотонный голос, очевидно, невосприимчивый к ужасу, спутавший все остальные его мысли. Ты бродил среди злобных тварей, охваченный болезненным упоением, манившее тебя исполнить роль героя, хотя все это время ты потакал своей зависимости. Эта печальная правда была невыносима для него. Почему именно сейчас его мозг решил вынести такое обличающее суждение? Оно продолжало прокручиваться в голове по кругу, постепенно отходя на второй план перед все более сгущающимся кошмаром.

А затем сгинула последняя крупица зрения.

Через некоторое время шум хаотичного отступления демонов стал более прерывистым, хотя изначально он воспринимался как журчание единого потока, и в конце концов стал сходить на нет. Теперь прибывали раненые, многие задыхались, изо всех сил пытаясь взобраться по берегу, часто стонали от боли, некоторые даже тихо плакали. Именно хныканье одного из таких демонов разбудило Гарри. Он потерял всякое представление о времени, пока лежал на камнях, лицо саднило от ран, полученных им при падении, случившимся непонятно где и когда.

— Эй? — спросил Гарри. — Лана! Норма! Кто-нибудь?

— Гарри! — услышал он приглушенный голос Ланы, зовущий его. — Ты очнулся. О, Господи… — Послышался звук ее приближающихся шагов.

— Лана! Это ты?

— Ты о чем? Я же тут.

Теперь она оказалась рядом с ним и коснулась его лица. Глаза Гарри были открыты, но он ничего не видел.

— Твою мать. Я… я думаю, этот ублюдок ослепил меня.

— Слава Богу, ты очнулся. Гарри услышал боль в голосе Ланы. — Гарри. Это ужасно…

— Эй. Не волнуйся. Не впервой я ослеплен демоном.

— Нет, — сказала Лана, чуть не плача. — Дело не в этом.

Гарри оборвал себя на полуслове.

— Лана?

— Он…

— Нет! — спросил Гарри. — Лана! Скажи, что с Нормой все в порядке. Лана не выдержала. Гарри услышал, как она заплакала. — Лана! Чтоб тебя! Скажи что случилось!

— Она все еще жива, но, Господи, в ужасном состоянии. Я пыталась остановить его, когда он вырубил тебя, но… Я не могла пошевелиться, Гарри. Он бросил мне в лицо несколько гребаных слов, и я свалилась. Я могла лишь наблюдать, пока он…

— Что?

— Он, блядь, изнасиловал ее, Гарри. Прямо у меня на глазах. И заставил меня смотреть. Я даже не могла закрыть глаза.

— Ёпт, я прикончу его. Клянусь, я вырву его чертово сердце. Где она?

— Я отведу тебя. Лана взяла Гарри под локоть.

Гарри постоянно говорил, пока они шли, частично, чтобы нарушить тишину, пропитавшую воздух, но в основном, чтобы заглушить шум в своей голове.

— Рано или поздно что-то должно было произойти, — пробормотал он. — Уже сколько раз я должен был оказаться в мешке для трупов, но почему-то всегда оставался невредим. Пара сломанных костей. Никогда ничего серьезного. Норма постоянно повторяла, что за мной присматривает ангел. Она сказала, что иногда видит его, когда я захожу к ней в гости. Но, видимо, сегодня у него были другие дела.

— Теперь осторожно, — сказала Лана.

— Понял, — сказал Гарри, взбираясь по склону пляжа, при этом из-под его сапог все время выскальзывали свободно лежащие камни.

— Помедленнее…

— Сколько еще?

— Два-три шага и уклон заканчивается.

— Ты видишь Норму?

— Ага. Она лежит там же, где я оставила ее.

— Как она?

— Она еще дышит. Я знала, что она не сдастся, пока ты не вернешься. Слава Богу, что ты очнулся. Еще несколько шагов.

— Норма! Норма! Это Гарри!

Старая леди что-то пробормотала.

— Лежи спокойно, — услышал Гарри наставления Ланы, но Норма по жизни придерживалась своих собственных законов и сейчас не собиралась подчиняться приказам.

— Что он сделал, Гарри? Скажи мне. Не ври. Просто скажи мне. Что он сделал?

Гарри слышал боль в ее голосе. Его будто под дых ударили. — Меня всегда интересовало, как выглядит мир твоими глазами, — сказал он ей. — Теперь я знаю.

— Ох… дитя…

Лана убрала руку с локтя Гарри и отступила назад, чтобы дать Гарри возможность устроиться скрестив ноги. Норма тут же протянула руку и нашла его лицо с той же легкостью, как если бы была зрячей. Она погладила его небритую щеку.

— Тебе не больно?

— Нет. А вот тебе да, не так ли? Лана сказала мне, что сукин…

— Гарри, не трать напрасно слов. Нам нужно поговорить о других вещах. Только ты и я. Лана, не оставишь нас на минутку?

— Безусловно, — ответила Лана. — Я обожду поблизости. Просто крикните, если…

— …меня в Детройте услышат, если возникнут проблемы, — сказал Гарри.

После этого она оставила Гарри и Норму обмениваться последними словами, и он услышал затихающие звуки скрипящих под ее ногами камней.

— Гарри она могла бы стать твоей второй половинкой.

— Да брось, Норма. Мы оба знаем, "половинки" — это не для меня.

— Людей не просто понять. Конечно, большую часть времени они носят маски, по крайней мере, пока живы. Но знаешь, как только умирают, то прекращают заниматься всеми этими глупостями. Тогда и можно увидеть правду. Чаще реальная картина оказывается намного богаче и страннее, чем можно было бы предположить, глядя на их маски.

Ее голос перестал звучать хрипло и нерешительно, как раньше, когда Гарри только подошел к ней. Теперь она заговорила настойчивым шепотом.

— Я оставила все инструкции человеку по имени Джордж Эмбессан.

— Какие инструкции?

— На случай моей кончины. Что произойдет очень скоро.

— Норма, ты же не собралась…

— Да, Гарри, собралась, и ты нам обоим сделаешь одолжение, если перестанешь тратить время на банальности. Мое тело — это мясо, только и всего. Все сотворенное Пинхедом ускорило мой путь на выход, и, честно говоря, не могу быть неблагодарна за это. Мне нужно почить на некоторое время. Вернуть аппетит к жизни прежде, чем я выберу новых родителей, и вернуться в игру со всем багажом знаний, запрятанным в глубине моей души. Это будет та еще жизнь, со всеми-то моими знаниями.