Чтение онлайн

— Так надо, — заговорила вновь Саша. — А теперь вопросы. — Она наклонилась ещё ниже, надавила пальцем на мою скулу, заставляя повернуть голову. Медленно выдохнула в моё ухо и зашептала: — Отвечай. Когда, где и при каких обстоятельствах ты целовал Микаэлу?

Я опять попытался освободиться, но очередная шпала быстро меня успокоила.

— Эй! Это уже насилие! Так нельзя! — возмутился я, постепенно осознавая, что шутки, видимо, кончились.

— Нельзя быть плохим мальчиком! А ты очень, очень плохой мальчишка! — напомнила мне Александра. Её голос пропитала неподдельная горечь обиды.

— Просто… ужасный! — неуверенно добавила Мика, сидящая где-то поблизости.

— Расскажешь всю правду, и ничего плохого не будет, — зловеще предупредила меня Саша.

Ага. А если не расскажу? Шутки шутками, но сейчас она, похоже, рассержена всерьёз. Мало-помалу я приходил к осознанию: Александре что-то известно. Она уже знает про наш с Микой поцелуй. Но что именно? Что он случился во сне? Или что мы повторили его дважды наяву?

Пока я обдумывал ответ, Сашка меня не торопила, хотя обещала, что за промедление будет наказывать шпалой. Её губы оставались где-то у моего уха, но я не мог видеть Сашиного лица, потому что смотрел в сторону светильника.

На мою щеку вдруг капнуло что-то тёплое. Капнуло снова. А после Сашка коротко, шумно втянула мокрым носиком воздух, коснулась моей щеки влажными губами и прошептала прямо на ухо:

— Любимый, пожалуйста, не ври мне. Я этого не переживу.

Меня обдало жаром, холодом, моё сердце сделало два сильных удара и пропустило третий, словно его сжало тисками. Я окончательно понял, что это уже ни фига не шутки.

Сашины слёзы были не оружием и не попыткой манипулировать. Они безмолвно кричали о настоящей, глубокой боли, которую ей причинил я. Осознание этого моментально обожгло похлеще выплеснутого в лицо кипятка.

Полиаморные отношения предполагали, что у Саши или меня могло быть более одного партнёра. Но ничто… Ничто не давало мне права предавать её чувства втайне с кем-то другим!

Кажется, моя Сашка сломалась.

То, что начиналось как фарс, и казалось мне нелепой игрой, на самом деле скрывало куда более серьёзную проблему. И Сашину нестерпимую боль.

Если бы она реально считала, что я ей изменил, то не стала бы устраивать это представление. А так она, видимо, просто хотела узнать обо всём от меня, а не кого-то другого. Но в какой-то момент не выдержала напряжения, эмоции её переполнили, и она сорвалась.

И вот сейчас, не скрывая своих чувств, Сашка тихо сопела над моим ухом. На фоне абсолютной тишины комнаты, погружённой в полумрак, это сопение оглушало. Воздух стал вдруг неимоверно душным, а стены и потолок будто давили, призывая меня к побегу из этой тесной и переставшей казаться уютной спальни.

Моё сердце стучало в висках и отдавалось тупой болью руках, придавленных коленями Александры. Момент осознания кончился. Я должен что-то, наконец, сказать или сделать, пока она по ошибке не решила, что мне есть, что скрывать.

Резким движением я освободил свои руки, сжал её талию и повалил Сашку на кровать. А затем расположился над ней, усадил и заключил в крепкие объятия.

— Я не предавал тебя, — отчётливо произнёс я. — Да, я сделал то, чего мне делать не стоило. Я запутался. Я не собирался делать этого за твоей спиной с мыслью тебя обмануть. Но ты, наверное, не знаешь всех обстоятельств. Я расскажу тебе. Обо всём. Но начать придётся со дня нашего приезда.

Саша перестала хныкать. Смахнула слезинки ладошкой и осторожно, почти невесомо меня обняла:

— Я готова тебя выслушать.

— Хорошо. Может, тогда отпустим Мику? — предложил я и украдкой взглянул на взволнованную хозяйку комнаты, сидящую рядом и нервно теребящую нижний край своей тельняшки.

— Нет. Я останусь! Я уже говорила вам обоим, что это моя вина! И это моя спальня. Никуда я отсюда не уйду, пока вы не поговорите, — дрожащим от волнения голосом выпалила Микаэла.

Что же. У меня от неё тайн больше нет. Пусть остаётся, так будет даже лучше.

И я начал свой рассказ с самого начала, с той самой ночи, когда Мика впервые пробралась ко мне на мансарду, чтобы порисовать свои комиксы. Говорил ровно, не торопясь, стараясь опускать ненужные детали и объяснять мотивы Микаэлы, чтобы у Сашки сложилось верное понимание всей ситуации.

Она всегда была на моей стороне, когда речь шла о других девушках. С её подачи у меня появилась Валерия. Да и Динка не стала бы моей, если бы не Александра. Но тогда, в отличие от поцелуя с Микой, я никого не обманывал и ничего не скрывал. Всё происходило на глазах Саши и Кати. И всё, что было, всегда оговаривалось, хоть и не совсем в серьёзной форме.

Александра внимательно меня слушала. Не перебивала, не задавала вопросов, пока я минут двадцать обстоятельно описывал детали случившегося. Мика же всё это время сидела рядом, как мышь, не издавая ни звука.

Когда я закончил, между нами повисла напряжённая тишина. Через полминуты Микин светильник, следуя своему причудливому алгоритму, сменил оттенок света, и в спальне вдруг стало светлее.

— Так значит, ты видишь сны, которыми управляешь? И они всегда-всегда эротические? — поинтересовалась Сашка у Микаэлы. Ко мне вопросов, видимо, не осталось.

— Да, осознанные сновидения. Но, строго говоря, они могут быть любыми. Просто это я хочу, чтобы они… Ну…

Мика запнулась, не зная, как объяснить необычную направленность своих фантазий. И тогда я снова взял слово. Прямо как есть, выложил, чем бы хотела Микаэла заниматься в своих снах, почему не могла и почему для неё это было так важно.

— А… Да, понимаю, — отреагировала Саша, вспомнив, что у Мики ещё ни с кем не было ни секса, ни поцелуя. — И поэтому ты её поцеловал? Во сне.

— Ну да! А утром она спросила, насколько те ощущения из сна похожи на реальные, — продолжил я.

— И тогда уже я поцеловала его по-настоящему. Мой самый первый в жизни настоящий поцелуй! Артемис очень сопротивлялся… — старательно выгораживала меня Мика. Хотя, мне помнится, она только просила. Но я да, согласился не сразу.

Мы вновь замолчали, пока Сашка переваривала всё, сказанное нами.

— Так. Правильно ли я вас поняла? — заговорила, наконец, она и повернула голову к хозяйке комнаты. — Ты можешь создать любой сон и делать в нём всё, что захочешь. И ты хочешь в нём заниматься любовью. Но из-за того, что ни с кем не делала это в реале, не можешь и во сне. Пока всё верно? — Мы с Микой кивнули, и Саша продолжила: — Значит, как и с поцелуем, ты должна заняться сексом с кем-то во сне или наяву. Вот зачем тебе нужен Артём?