Чтение онлайн

С середины февраля 2011 г. в Бенгази начались массовые демонстрации с категорическим требованием отставки правящего страной более 40 лет Муаммара Каддафи. Эти демонстрации весьма быстро переросли в вооруженную форму противоборства с центральной властью страны.

Застрельщиками, то есть прямыми провокаторами обострения вооруженного конфликта, выступили как ливийские граждане, специально подготовленные иностранными спецслужбами, так и заранее десантировавшиеся на территорию Ливии «Силы специальных операций» (ССО) США, Англии, Франции, Италии, ОАЭ и Катара (то есть преимущественно боевые подразделения западных спецслужб: ЦРУ, МИ-6 и другие){177}.

Ливийцы — снайперы-террористы — в нужные моменты, с целью дестабилизировать обстановку, открывали огонь по гражданским лицам без разбора (в этом просматривался типичный метод провоцирования конфликтов со стороны ЦРУ). Что касается ССО, то они начали действовать в этой стране намного раньше того, как страны международной коалиции приступили к авиаударам по позициям каддафистов (то есть до 20.03.2011 г.). Для выполнения специальных задач их забрасывали в тыл ливийских войск и вне главных населенных пунктов. Причем ими одновременно использовались и методы «маскировки под журналистов». Таким образом, совместные провокационные действия снайперов и ССО привели к появлению «оппозиционных сил», готовых к применению силовых методов в отношении тех или иных своих обидчиков в государственной структуре, то есть к началу открытых вооруженных столкновений с властями.

Кто был прав, в целом, в разгоравшемся внутреннем конфликте?

Прежде чем ответить на этот вопрос, отметим, что Ливийская Джамахирия при правлении Муаммара Каддафи, опираясь на высокие доходы от экспорта углеводородов, достигла сравнительно неплохих показателей уровня ВВП на душу населения. Нищеты и проявлений голода не наблюдалось как у собственно ливийцев, так и среди иммигрантов (см. обобщенные макропоказатели по Ливии [12] .

С начала же боевых действий между оппозицией и сторонниками М. Каддафи стали разрушаться государственность и система общественной безопасности. Был также нанесен урон городам страны. В результате, по сведениям иностранных информационных агентств, уже к апрелю 2011 года поток беженцев из Ливии составил 550 тысяч человек (что составляло не менее 15% населения северных районов страны, в которых происходили боевые действия. Следует отметить, что весь цифровой и информационный материал о беженцах по-разному оценивался агентствами, исходя из своих соображений, — так как это была уже политическая плоскость их интересов).

В связи с широкомасштабным соучастием в борьбе за власть в Ливии иностранного фактора будет целесообразным затронуть вопрос о том, какие внешние силы были задействованы в военных действиях против Ливийской Джамахирии.

Уже 17 марта 2011 года, по инициативе западных держав, СБ ООН принял резолюцию № 1973, предусматривавшую «введение бесполетной зоны над Ливией». Таким образом была открыта ограниченная возможность для иностранного военного вмешательства в события внутри этой североафриканской страны. По сути своего содержания указанная резолюция Совета Безопасности была односторонней: направлена только против правительственных сил, так как на начальном этапе внутриливийского вооруженного противоборства правительство обладало полным административным и военным превосходством над противниками не только на суше, но и в воздушном и морском пространствах. Причем военно-технологический потенциал Ливийской Джамахирии был более современным и оснащенным, чем в Ираке и Афганистане накануне иностранных вторжений в эти страны. Данное обстоятельство было учтено державами НАТО и соответственно просчитано для большей результативности своих военных операций.

По своему реальному назначению резолюция Совета Безопасности № 1973 (принятая срочно вслед за № 1970) нужна была только в качестве формальной зацепки — прикрытием для внешних сил, чтобы они «под мандатом» ООН и для «защиты гражданского населения Ливии» развернули в расширенном масштабе свои военные акции против режима Муаммара Каддафи.

В начавшейся 19 марта 2011 г. операции «Рассвет Одиссеи», которая впоследствии под условным наименованием «Объединенный защитник» превратилась в долговременную антикаддафийскую военную кампанию НАТО, активное участие приняли США, Франция, Италия, Великобритания, а определенную поддержку им оказывали Канада, Бельгия, Испания, Дания, Норвегия и др.{178}

Как подробно освещалось в мировых СМИ, и, в частности, в специализированных военных изданиях: «GUNMAN, ВОЕННЫЕ НОВОСТИ» и «Авиация НАТО в операции против Ливии», к началу «Рассвета Одиссеи», для «работы» над решением «ливийской внутренней проблемы», в относительной близости от ливийских берегов была размещена крупная группировка ВВС и ВМФ западных союзников: двадцать пять боевых кораблей и подводных лодок, в том числе два крейсера и три подводные лодки ВМС США с ракетами «Томагавк» на борту, и вспомогательных судов 2-го и 6-го флотов США, включая авианосец «Энтерпрайз», десантные вертолетоносцы «Керсадж» и «Понсе», флагманский (штабной) корабль «Маунт Уитни». Была сформирована мощная авиационная группировка разведывательной авиации и радиоэлектронной борьбы{179}.

Интенсивные ракетно-авиационные удары по намеченным объектам на территории Ливии наносились как в ночное, так и в дневное время. На первых порах главными целями союзников стали ракетные системы С-200, способные поражать цели на расстоянии до 300 километров, и около 50 ракет типа «Куб», которыми, как известно, сербы еще в 1995 году сбили американский F-16. Ливийская интегрированная система противовоздушной обороны, так же как и в Ираке, имела около 30 установок «земля-воздух», связанных с 15 радарными системами раннего оповещения на побережье Средиземного моря. По данным Пентагона, они представляли собой серьезную угрозу для иностранных военных самолетов, совершавших полеты в воздушном пространстве Ливии или рядом с ним.{180}

С 31 марта, в отличие от войн в Ираке и Афганистане (где интервенционистские действия извне инициировались Пентагоном), руководство иностранными вооруженными операциями в Ливии было предоставлено представителям командования НАТО (фактически инициативу в реализации операций на наиболее важных участках взяли на себя представители все тех же США и ведущих европейских держав). Как провозглашалось в мировых СМИ на основе заявлений НАТО, «целью военной кампании Североатлантического альянса являлось обеспечение эмбарго на поставки оружия, бесполетной зоны и мер по защите гражданского населения. Однако военные действия НАТО практически сразу же вышли далеко за пределы предоставленных ООН полномочий»{181}.

Фактически Ливия превратилась в полигон для боевого испытания многих новых видов вооружений НАТО. Так, уже 19 марта корабли ВМС США и Великобритании выпустили 112 КР «Томагавк», уничтожив, как было заявлено, 20 из 22 подвергавшихся ударам целей (в последующем пуски новых крылатых ракет стали производиться в значительно меньшем количестве). Одновременно самолеты В-2 («Стеле») наносили удары 2000-фунтовыми управляемыми бомбами GBU-31B/ JDAM. В качестве целей для поражения были выбраны правительственные пункты управления войсками, резиденция Муаммара Каддафи, штаб ВВС Ливии в Матейге к востоку от Триполи, база ВВС Аль-Гардабия (где размещался основной контингент истребителей и бомбардировщиков ливийских ВВС), узлы связи и базы ВМС, радары ливийской системы ПВО и объекты связи, места дислокации и позиции войск М. Каддафи, мобильные батареи противокорабельных ракет.{182}

Список всех нападений вооруженных сил западных держав на Ливию был весьма обширным, так как бомбардировки объектов на ее территории и другие военные акции проводились интенсивно. Более того, боевые корабли НАТО, включая авианосцы и другие военные корабли США, Франции, Италии и Англии, постоянно патрулировали вблизи ливийского побережья Средиземного моря, проводя обстрелы объектов ВМС Ливии. Они полностью поставили под свой контроль морские коммуникации, порты и побережье Ливийской Джамахирии. К примеру, с момента начала операции «Рассвет Одиссеи» в течение только одного месяца военнослужащие альянса остановили для проверки 982 судна, направлявшихся в подконтрольные центральной власти порты. Большинство из них, по настоянию иностранцев, изменяли курс своего следования.

Что касается воздушных атак на ливийской территории, то только за первый месяц открытого иностранного включения в войну, то есть с 31 марта по 26 апреля 2011 г., согласно официальному сообщению пресс-службы НАТО, авиацией альянса было проведено 1658 боевых вылетов{183}.

Плотность налетов натовской авиации и обстрелов Ливии сохранилась вплоть до окончания военной кампании Североатлантического альянса в этой стране. К примеру, радиостанция «Голос Америки» сообщила, что в мае того же года авиаудары НАТО только за один из дней поразили восемь боевых кораблей, использовавшихся силами ливийского лидера Муаммара Каддафи. Согласно заявлению альянса, удар по судам производился в портах Сирта, Аль-Хумса и Триполи. Заместитель командующего операциями в Ливии, контр-адмирал Рассел Хардинг, камуфлируя, отметил, что силы НАТО нанесли удар после того, как сторонники Каддафи разместили мины и начали расширять использование ливийских ВМС{184}.