Чтение онлайн

Непосредственно в Триполи воздушным атакам подверглись: здание центра связи и правительственный комплекс, здание парламента, военной разведки, гостелерадио и информагентства, укрепленный комплекс Баб-эль-Азизия, аэродромы, радарная система аэропорта Триполи, радиолокационная станция близ города Эль-Брега, системы энергоснабжения. Причем, видимо, не случайно был нанесен бомбовый удар и по зданию посольства КНДР.{185}

При этом НАТО осуществляло постоянную координацию действий своих служб с отрядами оппозиции, чтобы своевременно нейтрализовать какие-либо возможности правительственных войск сопротивляться последним.

Кстати, именно «Силы специальных операций» (ССО) Великобритании и Франции разрабатывали план штурма Триполи и координировали действия повстанческих отрядов. Они обеспечивали также наводку натовских ВВС для нанесения ударов по правительственным целям и проводили разведывательные операции внутри Триполи. Так, штурм правительственного комплекса «Баб аль-Азизия» (в конце августа 2011 г.) ливийскими повстанцами возглавляли военнослужащие спецназа ОАЭ и Катара, и далее, разведывательные подразделения НАТО постоянно следили за перемещениями Каддафи и навели авиацию на его кортеж. Словом, использование ССО позволило НАТО «сэкономить» на больших боевых бригадах, которые могли бы «увязнуть» в проведении наземных боевых действий{186}.

Таким образом, с самого начала реализации резолюции ООН ее рамочные установки были полностью нарушены, НАТО использовало свои силы без колебаний против ливийской авиации, морского военного и торгового флотов, даже против правительственных сухопутных подразделений. Параллельно западные державы ввели эмбарго на зарубежные активы семьи М. Каддафи и его правительства и стали всемерно финансировать оппозицию, предоставляя кредиты и помощь за счет конфискованных вложений Каддафи и ливийского правительства в американские и западноевропейские банки и компании. Так, к примеру, президент США Барак Обама подписал распоряжение, предусматривавшее выделение ливийским повстанцам 25 миллионов долларов «для защиты гражданских лиц и гражданских объектов, находящихся под угрозой атак в Ливии».{187}

Чтобы оправдать свое «персональное» вмешательство во внутренние дела стран БСВ, Вашингтон по существу выдвинул ультимативные условия. Президент США заявил о необходимости проведения радикальных реформ в регионе: «Мы должны использовать все наше влияние для того, чтобы поддержать реформы в регионе. Наше послание (властям этих государств) просто: если вы примете на себя риск проведения реформ, вы приобретете полную поддержку США». Вслед за Вашингтоном глава МИД Франции Ален Жюппе сообщил, что его страна также готова предоставить оппозиционному Переходному национальному совету (ПНС) Ливии 290 млн. евро. «Это будут льготные кредиты, мы разморозим некоторые активы Центробанка Ливии, которые находятся в банках Франции», — сказал он{188}.

Всемерная поддержка ливийской оппозиции исходила также от аравийских монархий Персидского залива: кроме заранее и скрытно задействованных спецподразделений в начале вооруженного конфликта в Ливии, они и в дальнейшем открыто и масштабно вмешивались во внутренние коллизии в этой стране на стороне оппозиционного Переходного национального совета (ПНС). Вслед за Катаром Кувейт, Бахрейн, ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия признали режим главы Ливии Муаммара Каддафи утратившим легитимность. Более того, по заявлению главы Переходного Национального совета Ливии Мустафы Абдель Джалиля, «Кувейт объявил о намерении оказать финансовую помощь ливийским повстанцам в размере 177 млн. долл.».

По его словам, «силам оппозиции сейчас (то есть уже в начале конфликта) просто необходима финансовая поддержка, которая позволит платить зарплату солдатам армии повстанцев». Власти Кувейта утверждали, что эти средства являются также срочной гуманитарной помощью жителям государства, где идет гражданская война. В свою очередь, Катар практически сразу же, как началось противостояние между Бенгази и Триполи, стал выступать посредником в продаже ливийскими повстанцами нефти на мировые рынки, а телеканалы «Аль-Джазира» (Катар) и «Аль-Арабия» (Саудовская Аравия) изначально занялись резкой критикой режима полковника Каддафи.{189}

Нельзя не отметить привлечение в помощь антикаддафийским силам наемников. Так, в составе Переходного национального совета (ПНС) участвовали три группы компаний военных услуг наемников. Первые — настоящие частные армии — непосредственно планировали и проводили боевые операции в интересах клиента; вторые — как консалтинговые компании — обучали войска и консультировали ПНС; третьи — как логистические компании — осуществляли тыловую поддержку, строительство и обслуживание сложных систем вооружений.{190}

Причем бывших военнослужащих из западных армий и других военных структур, после «якобы увольнения», нанимали на работу в частные военные компании в Ливии. Они также принимали участие в боевых действиях в этой стране. Именно «наемники» из частных военных компаний совместно с натовскими спецподразделениями занимались отслеживанием в Триполи Муаммара Каддафи и членов его семьи и их ликвидацией{191}.

Бомбардировки западными державами, а также секретные операции их спецподразделений в Ливии не прекращались и после физического уничтожения М. Каддафи вплоть до полного разгрома правительственных сил и подавления других очагов сопротивления. Более того, по сообщениям мировых информационных агентств, Катар направил в североафриканский регион 15 военных самолетов, а также, совместно с другими аравийскими странами, стал оказывать помощь ливийской оппозиции вооружениями и военными специалистами.

Что касается количества жертв военной кампании в Ливийской Джамахирии в 2011-2012 гг., то, даже по признанию министра здравоохранения в ПНС Ливии, в ходе гражданской войны с обеих сторон погибли не менее 30 тысяч человек (по другим оценкам, 50 тысяч), свыше 50 тысяч человек было ранено, около 4 тысяч считаются пропавшими без вести. Все эти цифры весьма приблизительные (скорее преуменьшенные) и будут корректироваться, разумеется, в сторону увеличения.{192}

Разумеется, масштабы ливийской трагедии определяются не только количеством жертв. Так, председатель российского комитета солидарности с народами Ливии и Сирии Сергей Бабурин отмечал после посещения этой страны: «В условиях войны, постоянных бомбардировок мирное население было лишено возможности перемещаться, иногда для того, чтобы спастись. При этом прекрасно известно, что танки и самолеты правительственных войск не заправлялись бензином. Восточная часть Ливии бензином снабжается бесперебойно. В больницах мне показывали пустые полки — не хватает антибиотиков, даже перевязочных материалов. Очереди за хлебом — мука есть, нет газа, чтобы его испечь. Не хватает детского питания. Все это последствия морской блокады. Все это — и бензин, и медикаменты, что не подпадает под запрет ООН. Но в резолюции стоит формулировка «экономические ресурсы». И под это можно подогнать что угодно. В результате нечем заправить «Скорую помощь» или пожарную машину, которая должна тушить пожар на месте бомбежки. А в госпитале иногда могут только посочувствовать и смазать рану зеленкой… Мы должны оказать гуманитарную помощь, страдающему населению. Но и любое слово правды может помочь»{193}.

Таким образом, главную роль в развязывании войны в Ливийской Джамахирии, свержении правившего режима, а также в «самосудном» изуверском физическом устранении Муаммара Каддафи, ряда членов его семьи, его ближайшего окружения сыграли западные державы. Именно западные державы своим активным вооруженным вмешательством создали условия неотвратимости уничтожения Муаммара Каддафи — этой значимой и знаковой политической фигуры на Ближнем Востоке, которая, хотя и противоречиво, проводила самостоятельный арабский националистический антиимпериалистический курс.