Чтение онлайн

Джордж Бэнкрофт стал первым историком, поставившим перед собой задачу написания систематической истории США, с момента основания первых европейских поселений и до приобретения независимости. Ее реализация, воплотившаяся в публикацию 10 томов «Истории Соединенных Штатов Америки», потребовала 40 лет напряженного труда (1834 – 1874), но усилия Бэнкрофта были вознаграждены. Он не только приобрел всемирную славу и статус «отца американской истории», но и заработал на многочисленных переизданиях несколько сотен тысяч долларов – огромные по тем временам деньги. Столько не удавалось заработать не только его американским, но и европейским коллегам.

Бэнкрофт был человеком активным, как сейчас бы сказали «пассионарным», и его деятельность не ограничивалась историческими изысканиями. После окончания Гарварда в 1817 г. Бэнкрофт, по существовавшей традиции, отправился продолжать свое образование в Европу, обучался в нескольких европейских университетах. Вернувшись в США, Бэнкрофт поначалу пытался пойти по стопам отца и стать проповедником, но быстро разочаровался в этом поприще и восемь лет (1823 – 1831 гг.) работал учителем созданной им экспериментальной школы в Массачусетсе. Затем он увлекся политикой и достиг в этой сфере серьезных успехов: в 1845 – 1846 гг. занимал пост морского министра, а с 1846 по 1849 гг. был посланником США в Великобритании. Дипломатическая работа пришлась ему особенно по душе, так как позволяла проводить параллельные научные изыскания в европейских архивах.

В 1830 – 1840-е гг. Бэнкрофт был ярым приверженцем джексоновской демократии, и это не могло не отражаться на его исторических сочинениях. Впрочем, уже в 1860-е гг. Бэнкрофт из убежденного демократа превратился в прагматичного республиканца, что, помимо прочего, обеспечило ему продолжение дипломатической карьеры на постах посланника в Пруссии, а затем в Германской империи (1867 – 1874).

Считается, что в трудах Бэнкрофта чрезвычайно заметно влияние немецкой исторической школы. Именно немецкие историки, с их стремлением к объективности и критической оценке источников, но и, одновременно, романтизмом, проявлявшимся в поиске философских оснований истории человечества, стали для Бэнкрофта примерами для подражания. Замысел «Истории США» основывался на идее о прогрессе государственности, и Бэнкрофт стремился показать, что американское государство является наиболее совершенным. Вместе с тем, Бэнкрофт не пытался вычленить американскую историю из мировой. Американский колониальный опыт и обретение независимости представали в его трудах кульминацией усилий всех народов, действовавших в истории, в их стремлении к свободе – высшей ценности, согласно Бэнкрофту.

Десять томов «Истории» Бэнкрофта, которые он в 1882 г. дополнил еще двумя томами «Истории создания федеральной конституции», стали для американцев не просто выдающимся научным исследованием, но и одним из фундаментальных оснований национальной самоидентификации, своеобразным «научным доказательством» реальности американской истории и ее высокого предназначения. Без большого преувеличения можно сказать, что до Бэнкрофта американской национальной истории, как единого связного нарратива, не существовало, и он был не только ее исследователем, но и, в значительной степени, созидателем. В этом смысле Бэнкрофта можно считать «отцом-основателем» американского государства, наравне с Вашингтоном, Джефферсоном и Мэдисоном.

Фрэнсис Паркмен

Биографии великих американских историков 19 века – У. Прескотта, Дж. Бэнкрофта и Ф. Паркмена, удивительно похожи. Все они родились в Новой Англии, закончили Гарвард, путешествовали по Европе, избрали для своих исторических исследований тему, которой занимались затем всю жизнь. С Прескоттом Паркмена дополнительно роднит то, что оба они обладали слабым здоровьем, страдали от ревматизма и проблем со зрением (кроме того, Паркмен периодически на протяжении жизни испытывал нервные срывы, и по нескольку лет практически не занимался исследовательской работой). Как и Бэнкрофт, Паркмен происходил из семьи протестантского священника, человека высокообразованного и пользующегося большим влиянием в Бостоне. Родители Прескотта также были людьми состоятельными – таким образом, все три классика американской историографии не испытывали материальных затруднений (Бэнкрофт – после удачной женитьбы) и могли выделять значительные суммы на исследовательские нужды (главным образом на копирование документов из европейских архивов).

Однако Паркмен был младше своих коллег практически на целое поколение. Когда он заканчивал Гарвард в 1844 г. и Прескотт, и Бэнкрофт уже были известными состоявшимися историками. Их труды, в особенности «История США» Бэнкрофта, были для Паркмена настольными книгами и примерами для подражания.

Уже в университетские годы Паркмен проводил изрядную долю свободного времени в путешествиях по Новой Англии и изучении исторических достопримечательностей. По возвращении из Европы в 1846 г. он предпринял путешествие на Запад, по знаменитой тогда «Орегонской тропе». Путевые впечатления легли в основу первой, пока еще не исторической книги Паркмена, увидевшей свет в 1849 г. («Орегонская тропа»).

Для американских историков 19 века чрезвычайно важной и в тоже время непростой задачей был выбор темы для исследования, тем более, что менять ее впоследствии было не принято. Классические сюжеты, занимавшие их европейских коллег еще с 18 века, типа греческой и римской истории, были актуальны и привлекательны, но американцы чувствовали, что тут им за европейцами не угнаться. К примеру, из дневников Прескотта видно, что его выбор истории Испании в качестве стержневой темы был связан именно с недостаточным вниманием к ней европейских, и, прежде всего, английских историков. А после того, как Бэнкрофт взял на себя смелость написать историю С. Америки от эпохи Колумба до провозглашения независимости США, мало кто из современников мог решиться бросить ему вызов.

Первый литературный опыт Паркмена, «Орегонская тропа», определил и направление его последующих исторических изысканий. Через интерес к американским индейцам Паркмен пришел к изучению англо-французского соперничества в Северной Америке. Этому сюжету он посвятил семь больших монографий, которые обычно вместе именуются «Франция и Англия в Северной Америке». Первая из них вышла в 1851 г., последняя незадолго до смерти Паркмена, в 1892 г. Сам Паркмен любил говорить, что он занимается «Историей американского Леса», чем повергал в смятение своих родственников, которые считали, что подобное занятие не подходит для джентльмена. Однако со временем, и во многом благодаря усилиям Паркмена, изучение «Леса» и «Дикого Запада» превратилось в Америке в одно из самых респектабельных и популярных научных направлений.

Наряду с уже традиционным для формирующейся американской исторической школы сочетанием скрупулезной работы с источниками и блестящего литературного стиля, в некоторых сочинениях Паркмена (особенно в книге «Старый режим в Канаде», вышедшей в 1874 г.) просматривается поворот от политической, военной и событийной истории к истории социальной. По совершенно непроторенной дороге Паркмену приходилось идти и повествуя об истории различных индейских племен, вовлеченных в англо-французское противоборство. Как известно, этнография и антропология как отдельные научные дисциплины делали тогда только самые первые шаги, и многие особенности внутренней организации традиционных обществ Паркмену приходилось постигать интуитивно. С аналогичной проблемой за несколько десятилетий до Паркмена сталкивался Прескотт, характеризуя цивилизации майя, ацтеков и инков. Впрочем, и тому и другому удалось блестяще справиться со своей задачей.

Подвергая критике некоторые аспекты работ Паркмена, современные историки говорят, что он был не вполне объективен в оценках действий французов и англичан в С. Америке, отдавая явное предпочтение последним. Противоборство Англии и Франции представало в его трудах как соревнование «хорошей» и «плохой» социально-политической моделей – соревнование с предопределенным исходом в пользу Англии. Конечно, историческая предопределенность сейчас не в моде, однако работы Паркмена по-прежнему привлекают внимание богатством представленного фактического материала и несомненными литературными достоинствами.

Хуберт Бэнкрофт

Хуберт Бэнкрофт вошел в американскую историографию совершенно иным путем, нежели его знаменитый однофамилец. Можно сказать, что этот путь специфически американский, где-нибудь в Германии или России возможность подобной траектории развития карьеры историка представить себе достаточно сложно. Дело в том, что Бэнкрофт сумел превратить написание исторических трудов в образцовое бизнес предприятие, с привлечением труда наемных работников и миллионным доходом. Самое удивительное, что результаты данного проекта до сих пор достаточно высоко оцениваются в академических кругах, а некоторые научные выводы Бэнкрофта (или, точнее говоря, созданной им исторической мини-корпорации) считаются оригинальными и новаторскими для своего времени.